День Мертвых
Шрифт:
— Что за черт…
Парень набрал в легкие воздух, чтобы позвать его, но осекся, услышав тихое женское пение.
— В лесу… откуда она здесь…
Голос ему показался знакомым. Он хотел пойти на него. Развернулся в противоположную сторону, но, заведя ногу, опустил ее на землю.
— Это чертовщина…
Если это был человек, то он не чувствовал его тепло.
Кратер вновь захотел позвать Владимира, но вдруг увидел на другой стороне поляны между деревьями, как мелькнуло белое платье. Мурашки пробежали по коже. Любопытство тянуло Кратера сорваться с места и узнать, что
Кратер начал вспоминать обратную дорогу к дому Владимира, как они пробирались через заросшую чащу и поваленные деревья. И что за весь путь Кратер ни разу не обратил внимания на положение солнца.
В душе начала нарастать тревога. Нервными импульсами она поднялась по ногам, животу, груди и яркой искрой потрясения зажглась в голове.
— Владимир… Он тоже ненастоящий?
Он не ощущал чужой энергии вокруг. Только себя и свое беспокойно стучащее сердце.
Краем глаза Кратер заметил приблизившееся белое пятно. Девушка стояла между деревьями, держась за ветки, и наблюдала за ним. Ему казалось, что она улыбалась, но он никак не мог разглядеть черты ее лица. Они расплывались и смазывались, превращаясь в пустое овальное полотно. Однако он знал, что она смотрела на него.
Девушка звала его взглядом, но Кратер не решался сделать шаг ей навстречу. Его тянуло к ней, но он продолжал ощущать внутреннее беспокойство.
Тогда она затянула грустную песню:
Утром ласточкой летала,
Ночью мирно я спала.
Лишь тебя я увидала -
Свою душу обрекла.
Без тебя мне жить не мило.
Ты — затмение мое.
Твое сердце я добыла,
Чтобы быть с тобой вдвоем.
От этих слов у Кратера защемило в груди. Запрятанные глубоко любовные чувства просыпались в нем. Как молодой бутон раскрывалась ушедшая влюбленность, поочередно распуская алые лепестки. Чем сильнее рдел цветок в его душе, тем ближе и роднее казалась ему девушка в белом платье. Он ее видел раньше и знал, только не помнил имени.
— Анюта? Шарада? Николь? Алина? Холера?.. Нет?
Девушка покачала головой.
— Может… П-п-п-п… Полночь?
Знакомка улыбнулась, говоря ему, что он почти правильно угадал.
— Не понимаю, как я почти отгадал?
Кратер вскинул к ней руку и чуть не упал со ствола дерева. В тот же миг он словно очнулся ото сна. Солнечный свет показался слишком ярким и резал глаза. Он протер их рукавом свитера и опять посмотрел на окраину поляны. Девушка стояла там же и звала за собой. Она не показалась ему.
— Черт! Будь что будет. Я с ума сойду, если не узнаю, кто она, — сказал он сам себе и спрыгнул с дерева.
Но приземлился он не на твердую землю, а в воду. Чувствуя погружение ко дну, Кратер начал перебирать ногами и плыть вверх. Руками он делал большие взмахи, но сколько бы не плыл, свет на поверхности воды не становился ближе.
Кратер остановился и посмотрел на свои руки. Между пальцами он разглядел перепонки. От испуга он поперхнулся оставшимся воздухом и сделал глоток воды, но не захлебнулся. Вода вошла
Красная кровь выступила на пальце и растворилась в темной воде. Тут же Кратер услышал какие-то вибрации. Наверху все так же сияло яркое солнце. Взглянув по сторонам, он никого не увидел. Тогда медленно он перевел взгляд на ноги, где на него смотрела сплошная темень. Оттуда к нему кто-то неслышно приближался.
Вобрав полные легкие воды, Кратер стремительно поплыл вверх, где думал найти спасение. Руки месили воду широкими потоками, но он по-прежнему оставался на месте. Когда его снизу что-то задело, в этот момент он понял, что не сможет подняться наверх. Его легкие были полны воды — он был слишком тяжелым, чтобы его собственное тело могло вытолкнуть его на поверхность.
Кратер опять взглянул вниз. Под ним кто-то плавал. Сначала он рассмотрел нечто одно, затем оно раздвоилось, а потом разделилось на три части. Кружась в танце, существа подплывали ближе к нему. Он уже мог разглядеть их длинные волосы и рваные платья. Кратер начал понемногу успокаиваться, когда в существах разглядел девушек. Но когда одна из низ задрала голову и он вместо лица увидел череп, он закричал и забарахтался.
Вмиг безобразные девушки его скрутили по рукам и ногам. А третья, с синими волосами, подплыла к нему и стала тянуться длинным мертвым языком к его губам.
Кратер вскрикнул и закашлялся. Он дергался, цеплялся руками за траву, но его кто-то упорно тащил за ворот свитера. Горло сильно болело, словно было разодрано. Кашлял он постоянно — легкие выталкивали остатки воды.
Кто-то вытащил его на берег и бесцеремонно бросил. Хотя конечности и не слушались, Кратер перевернулся, встал на колени и ошарашенно начал озираться по сторонам. Он увидел, что неподалеку от него на пне сидел Владимир, блестя лысиной на солнце, рядом с ним стояло большое, черное и мохнатое чудовище, которое костлявыми лапами выбивало морзянку на полотне топора. А позади него в озере купались девушки и мило улыбались.
— …слушай… — пытался ответить Владимир мокрому чудовищу, но монстр не разрешал его перебивать. — Да, я понял… Нет, это не турист… Да, сколько можно, не ворчи… Будет, будет печенье! Нет, денег не будет!.. Уже поздняя осень, никто к нам не приедет!.. Да хрен с тобой, за него заплачу, а за то, что ты ныряла — нет! Это было твое желание.
Чудовище яростнее застучало по топору и Владимир, нетерпеливо протирая лысину, согласился. После этого монстр воткнул топор в пень, отряхнулся от воды словно кошка и побрел куда-то в лес.
— Каждый мертвяк пытается что-то урвать. Скажи, зачем кикиморе деньги? На что она их будет тратить?
Ворча, Владимир подошел к Кратеру и поднял его на ноги. Девушкам он показал кулак, а те по-ребячески рассмеялись.
— Я что-то не понял, в какой момент тебя утащили русалки к себе?
— Кто?.. Русалки?
— Ну да! Вон те, тухлые селедки, что тебе лыбой светят.
Кратер обернулся к девушкам и увидел у одной из них синие волосы.
— Утопленницы? — тихо спросил он у Владимира.