День мертвеца
Шрифт:
Дверь в смежную комнату отворилась, вошел Толливер с полотенцем, обернутым вокруг талии. Его волосы еще не высохли после душа. Я заметила движение в его комнате и увидела официантку, натягивавшую одежду. Лицо ее было сердитым.
Толливер уселся на кровать рядом со мной, молча обнял меня за плечи. Я тоже молчала. Только тряслась с каждым проблеском молнии.
Глава третья
Сарн оказался непростым городком. Я буду рада, когда мы отсюда уедем. Спустя два дня
Бывало, мы сидели в нашей квартире в Сент-Луисе по две недели кряду, а потом один за другим начинались звонки. Поскольку мое рабочее расписание совершенно непредсказуемое, нам следовало быть ко всему готовыми. Мертвые могли ждать вечно, зато живым было недосуг.
Шериф позвонил мне на следующее утро около семи. Обычно в это время я совершаю пробежку, однако накануне я была не в себе из-за грозы. Прежде чем взять трубку, я взглянула на часы.
– Тело Тини находится в лаборатории в Литтл-Роке, - сообщил шериф.
Его голос, несмотря на ранний час, звучал устало.
– Можете забрать свой чек в офисе Пола Эдвардса.
– И с этими словами шериф повесил трубку.
Он не добавил: «И больше никогда сюда не приезжайте», но я и так отлично все поняла.
Вошел Толливер, одетый и готовый к завтраку своей любимой трапезе. Я как раз вешала трубку, брат, взглянув на меня, сказал:
– Не вините гонца… Опознание, насколько я понимаю, дало положительный результат?
Я кивнула.
– Ну никак не пойму! Каждый раз одно и то же: меня зовут найти некое тело. Я его нахожу, а люди злятся и дают мне чек с таким видом, будто я должна была сделать эту работу бесплатно.
– Мы могли бы делать это и бесплатно, - по жал плечами Толливер, - если бы с нами расплачивалось правительство.
– Да уж, правительство меня просто обожает!
Меня замучили налогами. Не то чтобы я возражала против их уплаты, но мои доходы были непостоянными, к тому же трудно было объяснить, кто я такая. Я называла себя консультантом. Таким образом мне пока удавалось выворачиваться, но рано или поздно все могло измениться.
Толливер улыбнулся.
Я натянула футболку и свитер и, поскольку собиралась провести день в разъездах, надела джинсы. Одежда меня не слишком интересует, за исключением голубых джинсов. В этом случае я очень разборчива. Сейчас на мне были самые любимые, протертые в некоторых местах.
– Заедем к Эдвардсу, а чек получим по дороге из города.
– Надо его быстро обналичить, - сказал я, наученная горьким опытом.
Снова зазвонил телефон. Мы переглянулись, и я сняла трубку.
– Мисс Коннелли, - услышала я женский голос.
– Харпер Коннелли?
– Да?
– С вами говорит Хелен Хопкинс. Я мать Салли и Тини. Вы можете ко мне приехать?
Это была теща Холлиса. Интересно, рассказал ли он ей, что я обнаружила на кладбище?
Я закрыла глаза. Мне очень не хотелось ехать. Но она была матерью двух убитых
– Да, мэм, могу.
Она продиктовала мне адрес и спросила, не могу ли я приехать к ней через полчаса. Я сказала, что буду у нее через час.
У нас ушло больше часа, потому что сначала надо было выписаться из мотеля, погрузить вещи и позавтракать. Обслуживала нас Джанин, официантка, которую брат развлекал накануне. Она еле таскала ноги. Джанин сердито поглядывала на меня и старалась ненароком прикоснуться к брату. Это было жалкое и неприятное зрелище. Уж не думает ли она, Что я силком заставляю брата ездить с собой по всем Штатам? Уж не вообразила ли она, что стоит мне чуть ослабить хватку, и Толливер останется в Сарне, устроится на работу в магазин и сделает из нее честную женщину?
Иногда я дразнила Толливера его девушками, но сейчас был не тот случай. Щеки брата раскраснелись, и, пока мы ехали к офису Пола Эдвардса, он не проронил ни слова.
Офис находился в старинном доме рядом с центральной площадью. Здание было окрашено в два цвета - голубой и желтый. Причудливое сочетание. Вряд ли архитектор, построивший этот дом, одобрил бы такой выбор. Должно быть, Пол Эдвардс старался вписаться в имидж, который Сарн продавал туристам, - имидж старинного города, в каждом уголке которого можно найти нечто интересное.
– Я подожду в машине, - сказал Толливер.
Я полагала, адвокат оставит чек в конверте на столе в приемной, но Эдвардс сам вышел ко мне, когда я назвала секретарше свое имя. Он пожал мне руку, а крашеная блондинка заворожено следила за каждым его движением. Я могла ее понять: Пол Эдвардс был красивым мужчиной.
Адвокат пригласил меня в кабинет.
– Чем могу служить?
– нехотя спросила я.
Мне не терпелось уйти, однако пришлось сесть в кожаное кресло для посетителей возле огромного письменного стола.
– Вы удивительная женщина!
Он покачал головой, дивясь моей феноменальности.
Я не знала, рассмеяться в ответ или покраснеть, и вскинув бровь, молча ждала, что он еще скажет.
– За один день вы изменили жизнь двух моих клиентов.
– Каким образом?
– Хелен Хопкинс благодарна вам за то, что вы нашли тело Тини. Теперь ее дочь будет наконец-то похоронена. А Сибил Тиг рада, что на бедного Делла перестанут возводить напраслину.
Я молча выслушала это, ожидая, когда он перейдет к сути дела.
– Если вы ненадолго задержитесь в Сарне, мне бы хотелось пригласить вас на ужин и побольше о вас узнать.
Я посмотрела на дорогой костюм Пола Эдвардса, на его белую рубашку и блестящие туфли, на ухоженные волосы, гладко выбритые щеки, на светящиеся дружелюбием карие глаза.
– Дело в том, - с запинкой проговорила я, - что мы с братом через час уезжаем из Сарна. Только заглянем к Хелен Хопкинс, по ее просьбе, и тут же уедем.
– Плохо!
– воскликнул Эдварде.
– Я упустил свой шанс. Если поблизости для вас найдется дело, непременно мне позвоните.