День, когда наступило будущее
Шрифт:
Конечно же, домочадцы очень обрадовались его приезду, особенно когда Роман сообщил, насколько приехал. Сестрёнка Тайка тут же стащила с него голубой берет с красивой кокардой и, нахлобучив, повсюду ходила в нём. Хотела надеть берет и в школу, но мать запретила. Однако Роман чувствовал, что мать была недовольна его решением остаться на сверхсрочную службу. И опять его поддержал отец:
– Молодец, сынок! Чувствуется военная косточка. А университеты от нас никуда не денутся.
А когда Роман сказал, что сверхсрочникам предоставляется возможность получить
В части Романа ждал приказ о присвоении звания старшего сержанта и назначение на должность помощника командира роты. А через день прилетел Сашка. Ему сразу же присвоили младшего прапорщика и доверили, кроме электромеханики, читать лекции по стрелковому оружию. Десантники должны владеть всеми видами вооружения. Как раз начали прибывать новобранцы.
Роман попытался уговорить Сашку вместе поступать в ВУЗ (приём документов уже начался), но тот решительно отказался:
– Нет, Ромыч, чё-то неохота. Я своё уже отбарабанил.
– Смотри, так и останешься прапором.
– А-а, ну и пускай, - махнул рукой Сашка.
На следующий день Роман отослал документы в Рязанский Государственный Университет. Скоро в часть пришло письмо на имя старшего сержанта Волгина Романа Ильича с приглашением на собеседование.
Так он стал студентом специального курса... Два раза в неделю Роман мотался в город - в университет, где сдавал уже выполненные задания и получал новые. И набирал в университетской библиотеке целую гору специальной литературы. Иногда за книгами засиживался до самого утра. Но старался, чтобы занятия не мешали службе, и наоборот...
Через полтора года, вместе с вручением красного диплома, Волгину присвоили звание лейтенанта.
Заканчивался срок сверхсрочной службы и вставал вопрос: куда податься на гражданке. Впрочем, Роман уже давно решил: поедет в Ленинград, где попытается поступить в ЛГУ на археологический факультет. Сейчас он уговаривал Сашку вместе махнуть в город на Неве. Тот немного поколебался,видно у него были свои планы. Потом решился:
– Ладно, куда же я от тебя. Только учиться не заставляй.
Но их планам не суждено было сбыться. На Северном Кавказе грянула война!
Хотя из их части срочников не забирали, но в административном здании открылся кабинет по набору добровольцев-контрактников. Роман не колебался. Ещё в детстве он страшно завидовал "афганцам". Даже подумывал сбежать на войну! И конечно сейчас не мог упустить такой возможности.
Почти сразу, после открытия пункта, они с Сашкой подписали контракт. В Астрахань полетело письмо... Ответ Роман получил уже по пути на войну. На двух страницах мама умоляла отказаться от "безумной затеи". В нескольких местах слова расплылись явно от её слёз. А в конце письма, твёрдым отцовским почерком, было написано:
СЫН, Я ГОРЖУСЬ ТОБОЙ! ПОМНИ: НИКТО, КРОМЕ НАС!*
ГЛАВА 12 ВСЕ ДОРОГИ ВЕДУТ В РИМ
Неожиданный и настойчивый звонок во входную дверь раздался, когда Роман заканчивал завтракать, - хлебным
На пороге стояла Ирочка. Что-то неуловимо изменилось в ней. Секретарша сунула ему в руку плотный лист бумаги:
– Это ваш экземпляр договора. Я его заверила в налоговой. А это ключи от машины.
– В другой его руке оказался брелок.
– Подадите машину к подъезду через полчаса. И не забудьте свои документы.
Роман взглянул на бумагу.
– А-а...
– начал он, желая уточнить некоторые детали. Но по кафелю коридора уже цокали каблучки. В следующее мгновение Ирочка скрылась в соседней квартире, громко хлопнув дверью.
"Ну вы посмотрите, ни здрасте тебе, ни до свидания.
– Роман осмотрел себя, пытаясь понять, отчего девушка так поспешно ретировалась. Он был в брюках и майке.
– И ширинка застёгнута!" - недоуменно пожал он плечами.
Вернувшись на кухню, Роман сложил грязную посуду в мойку, решив помыть её позже.
В спальне, первым делом, надел свои "командирские". Часы показывали начало девятого. Застёгивая ремешок, подумал, что надо бы купить браслет. Ремешок изрядно потёрся. Да и вчера перехватил явно неодобрительный взгляд Трубецкого, брошенный на его запястье.
Полностью одевшись, вышел в коридор. На секунду задумался: запирать ли дверь? Потом всё же вставил ключ в скважину замка и повернул на один оборот. Проходя мимо квартиры-офиса Трубецкого, замедлил шаг, - в голове мелькнуло: "не зайти ли?" Но раздумал и, миновав лифт, быстро стал спускаться по лестнице.
Консьерж Володя в ответ на поднятую, в знак приветствия руку, кивнул Роману как старому знакомому.
По узкой лестнице Волгин спустился ещё ниже - в подземный гараж. Открыл дверцу "Опеля" - согласно номеру на брелке с минуту изучал приборную панель и осматривал салон, с наслаждением вдыхая запах новой кожи. "Опель" был намного шикарней, чем его красотка. Сиденья обтянуты светло-коричневой мягкой кожей. Никелем блестело всё, что могло блестеть - ручки, верньеры, кнопки. На дверках - вставки красного дерева. Автомобиль явно не с конвейера.
Мотор запустился, что называется с полуоборота и заурчал почти беззвучно. Роман взглянул на спидометр - пробег 72 километра.
– Эге-е, - прошептал он, - да ты необъезженная кобылка. Ничего, объездим.
– Ещё пару минут сидел, дожидаясь, когда прогреется мотор. Когда уже готов был выехать со стоянки, по проходу медленно проехала машина бледно-зелёного цвета. "Рено", - отметил он. И вдруг сознание пронзила молния! Яркая вспышка ослепила его...
Очнувшись, он обнаружил себя всё так же сидящим в "Опеле". Тихо урчал двигатель. Заметил, скрывавшийся за поворотом задок "Рено". Что это было?! Вспышка длилась всего долю секунды, но он мог поклясться, что видел во вспышке чьё-то лицо! Это было похоже... На что же это было похоже? Образ исчез так же быстро, как и возник. Роман взглянул на наручные часы. Секундная стрелка замерла на месте. "Чёрт, неужели придётся менять!" Отыскал взглядом хронометр на панели приборов. Приятным голубым цветом высвечивались цифры: 08. 30.