День Индюшки
Шрифт:
– Сбой в системе энергоснабжения, – вещал диктор, – принял катастрофические последствия. Без электричества остались восемь американских штатов. Представители национальной электрической компании пытаются понять, что именно вызвало странную цепную реакцию, в результате которой по крайней мере тридцать миллионов жителей лишились света в праздничный вечер.
– Хи-хи, – ухмыльнулся
– Черт бы тебя побрал, старая, подлая скотина! – Вышел я из себя. – Как ты посмел коварно предать меня в самый неподходящий момент, на пустынной дороге! – Стартер скрежетал, но двигатель не подавал абсолютно никаких признаков жизни.
Я вылез из машины и оказался в кромешной тьме. Было холодно, изо рта шел пар, а над головой сверкали звезды. Боже всемогущий, никогда не видел таких ярких, близких звезд, казалось, что их можно потрогать руками. Вот и Млечный путь, а это, наверняка, Юпитер. Ба, привет, старая знакомая - Большая Медведица, перевернутая вверх ногами.
Я остро почувствовал свое одиночество. Каким образом мы оказались в этой стране пожирающей миллионы индюшек всего за один день? Что мы здесь делаем? Я, Андрей, его недоделанный дядюшка с супругой, подпитый бородач в тельняшке, эти симпатичные Ивановы, поселившиеся в соседнем доме. Как ничтожны все мы по сравнению с этой черной вселенной. Как смешны государства и границы, языки и традиции. Как коротка наша жизнь, преходящи все страсти и страдания. Неуловимое мгновение, пшик... А эти звезды как светились, так и будут светиться еще миллиарды лет. Есть ли хоть какой-нибудь, мало-мальски ничтожный смысл во всем этом? Боже, направь меня на путь истинный, я, кажется, забрел в кусты...
Ветка пребольно хлестнула меня по лбу, я выругался, и сейчас же как по-волшебству зажглись фонари. Мистический
Где ты, магия ночи? Неужели при электрическом свете нельзя задуматься о вечном? Нет, проза жизни решительно овладевала душой. "Покупайте Мак-Турки!" – светился каннибальский плакат с радостным индюком, держащим в перьях крыла гамбургер, сделанный из тел сородичей.
– Черт бы его все-таки побрал, этот день благодарения, – устало бормотал я, добравшись домой. – Теперь еще с машиной придется разбираться.
И тут за окном закудахтало. Я отодвинул занавеску. На улице уже светало, над горами, покрытыми лесом, стелился туман и у самой их кромки небо начинало розоветь. А на лужайке бесцеремонно разгуливала невесть откуда взявшаяся дикая индюшка, выклевывая что-то в траве. Время от времени птица косила на меня красным глазом, угрожающе раздувая шею.
– Достойное завершение дня индюшки! – вдохновился я. – Приветствую тебя, историческая птица, пережившая все исторические катаклизмы! Твоя одомашненная, безымянная родственница героически сгорела как птица Феникс. Плотью своей она вывела из строя систему электроснабжения на всем Западном побережье Соединенных Штатов, а ты, дикая и свободная, как и твои далекие предки, восстав из пепла, пасешься на моей лужайке. – Я задумался над тем, правильно ли обращаться к индюшке по-русски, начал переводить речь на английский, утратил стройность мысли и запнулся.
Появился первый лучик солнца, где-то вдалеке истерически заорал петух. Индюшка невозмутимо проигнорировала мой монолог, развернулась ко мне задом и ушла на соседский участок.
До следующего дня благодарения оставалось ровно триста шестьдесят пять дней.
.oOo.