День игры

Лоусон Пайпер

Девушки одобрительно закивали, и все было решено.

Бармен приносит нам «Маргариту» — или «Невестариту», как он их называет, — и мы произносим тост. Я делаю большой глоток, а затем ставлю остатки на кофейный столик перед диваном, стоящим напротив сцены.

Преподаватель подходит и представляется Анной. Ее светлые волосы собраны в хвост, а сильные, подтянутые ноги облачены в шорты для йоги.

— В течение следующих девяноста минут мы будем веселиться и чертовски хорошо тренироваться, а в конце нас ждет приз для того,

кто лучше всех выполнит упражнение.

Брук хлопает в ладоши.

— Я люблю призы, — заявляет Кэт.

— Но сначала вам нужна соответствующая форма. — Анна берет с угла корзину, полную боа из перьев, и раздает их нам.

— Не задушите себя, — предупреждает Хлоя.

— Они сломаются, если на них навалиться, — уверяет нас Анна.

Инструктор начинает с движения вокруг шеста, обхватывает его рукой и переходит в прогиб назад.

— Я слишком стара для этого, — жалуется Мари, ее волосы расчесывают пол.

— Может, ты просто слишком замужем, — поддразнивает Хлоя. — Твоя мотивация снизилась. Харлан влюбился по уши, а развод стоит дорого.

Моя сестра бросает в Хлою боа, которое трепещет на полу на полпути к своей цели.

— Хорошая работа, дамы. Это становится все труднее. — Анна включает музыку, басы проникают мне под кожу, и я чувствую, что становлюсь их частью.

Моя сестра бросает тренеровку и идет за своей «Маргаритой».

— Что, ты закончила? — жалуюсь я.

Она со вздохом удовлетворения опускается на диван напротив столбов.

— Я восстанавливаю силы. Прошлой ночью я провела три часа с закрытыми глазами. Регрессия сна — реальная вещь. — Она делает долгий глоток своего напитка и машет Хлое, которая заканчивает свое движение и присоединяется к Мар.

Остальные бросаются в движения все большей сложности. Перевернутый сплит Джей Ло не удается, хотя Брук впечатляюще близка к этому.

Я окликаю ее.

— Майлз видел эти движения?

Она пытается отмахнуться от меня, но со своей позиции не может.

— Кто такой Майлз? — спрашивает Кэт, ухмыляясь.

— Он из «Кодиаков», — говорю я, наслаждаясь своей ролью подстрекателя для разнообразия. — Играет с Клэем. И с братом Брук, Джеем.

— Подожди, твой брат в команде? — спрашивает Кэт.

Брук кивает.

— И тебе нравится этот парень, Майлз?

— Нет.

Я беру свой напиток и делаю глоток.

— В приемной я видела иное.

На этот раз Брук действительно отшивает меня.

Остальное время пролетает незаметно. Танцы невероятно сложны, но в то же время приятны. Все просто, когда есть только вы и металлическая барная стойка.

А еще проще, когда вы выпиваете одну «Маргариту», а на место пустого бокала тут же ставится второй.

— Кто готов к танцам? — спрашивает Анна, когда мы останавливаемся, чтобы передохнуть и выпить стакан воды. — Это ваша собственная оригинальная хореография, и вы сами выбираете песню. У вас есть пять минут на подготовку.

Когда

пришло время выходить, Кэт начинает. Она выбирает Bloodhound Gang, и мы кричим о своем одобрении. Она сильная и спортивная, и хотя они с Клэем выглядят по-разному, кажется, что в их семье есть ген атлетизма.

Затем наступает очередь Брук, и она выступает еще лучше.

Затем наступает моя очередь, и я исполняю свой танец под Backstreet Boys.

Я начинаю с простых стоек, готовясь к большому завершению, где я раскачиваюсь вокруг шеста.

К концу крики выходят из-под контроля.

— Нова — победительница! — объявляет Анна, и я поднимаю руки и боа в воздух.

Бармен доливает нам напитки, и Брук приносит пакет.

— Это тебе.

У победы есть свои плюсы. Я роюсь в папиросной бумаге, но там не так уж много. Наконец мои пальцы обхватывают что-то похожее на кружево. Я вытаскиваю руку и беру в руки самые крошечные в мире трусики-стринги.

— Это был специальный заказ, — говорит Брук.

— Из чего, из зубной нити?

Мари задыхается, Хлоя фыркает вместе с Кэт, а Брук горделиво ухмыляется. Я переворачиваю его и вижу, что на клочке кружева что-то вышито.

Номер футболки Клэя.

— Там еще и бюстгальтер есть.

Я берусь за него, натягивая едва ли не больше ниток, чем раньше. На одной груди написано «Миссис», а на другой — «Уэйд».

— Это твой наряд «да, мэм». У каждой девушки должен быть такой. Тот, который заставляет парня сказать «да» всему, что она захочет.

— Этот конкурс явно подстроен, — решаю я.

— Никогда, — говорит Брук, насмешливо обидевшись.

Мне приятно быть здесь с друзьями, чувствовать, что меня принимают, любят и радуются этой свадьбе.

— Не странно ли говорить о своем брате так? — спрашиваю я Кэт после того, как кладу подарок на стол поверх груды наших вещей.

— Абсолютно. Но я рада, что это ты. — Она сжимает мою руку.

Ее слова значат для меня весь мир, но они также напоминают мне, что Кэт тоже выросла с родителями Клэя.

— Я не уверена, что нравлюсь твоей маме.

— А, Нова. — Кэт фыркнула, ее глаза стали добрыми. — Добро пожаловать в семью. Она всех ненавидит.

— Она не ненавидит Клэя. — Честно говоря, я не могу понять, зачем человеку постоянно быть таким осуждающим.

Она вздыхает.

— Это сложно, но я скажу тебе, что она была беременна Клэем, когда выходила замуж. Я не уверена, что она выбрала бы моего отца, если бы не обстоятельства. Они никогда не были дико влюблены или что-то в этом роде, но они всегда могли объединиться вокруг одной цели. Клэй был их изначальной целью, и тот факт, что он их самый лучший, лишний раз напоминает о том, что она сделала правильный выбор.

Моя грудь сжимается от сострадания. Думаю, я понимаю, почему она предостерегает нас от принятия быстрого решения.