День 21. Книга вторая

Грэм Анна

Раньше я была уверена, что влюбиться можно только с первого взгляда, но Дэмиан сломал мои шаблоны. Влюбляться лучше в тех, кого знаешь хорошо и давно. В тех, с кем безопасно. В тех, кому можно доверить свою жизнь.

Тем более, в эту жуткую для нас эпоху. Хождение по краю заводит лишь первое время, а после лишь изматывает. Надежность и уверенность в завтрашнем дне, уверенность в том, что тебя любят и принимают по-настоящему, заводит куда сильнее. Ремень его джинсов упирался мне в живот, и мне захотелось расстегнуть его, вытащить из шлиц и с металлическим грохотом бросить на пол, но я не смела снова переходить к решительным действиям. Пусть всё идёт само. Я доверяла Дэмиану и отдала ему инициативу.

— Мне хочется встать на стульчик. — когда для поцелуя не осталось воздуха, мы прервались и замерли, соприкоснувшись лбами. Я тихонько улыбалась, чувствуя, что Дэм сложился в три погибели, чтобы держать своё лицо наравне с моим.

— Если сменить положение, разница будет не так заметна, — поддел он.

Я прыснула, потом рассмеялась, почти беззвучно. После, когда он выпрямился, уткнулась лбом в его грудь и горько выдохнула:

— Прости, я вела себя паскудно.

— Это ты прости.

Я знаю, ты плакала, но я не мог… вообще никак не мог подойти. Я бы не смог сдержаться, и ты бы потом пожалела…

Его чувства были сильнее, чем просто пьяный перепих. Мало кто сумел бы остановиться, а он сумел. Он точно существует? Я подняла голову, посмотрела ему в глаза, дотронулась рукой до колючей щеки. Настоящий, тёплый, живой. Мой. Всё, что происходило, казалось почти нереальным и оттого было особенно ценным.

— Спасибо, Дэм. Ты лучший, ты идеальный.

Я заметила, как потеплел его взгляд и порозовели вершинки скул.

— Даже не мечтал когда-нибудь услышать это от тебя.

— Врёшь. Ты всё рассчитал.

— Нет, это был экспромт.

Его глаза лукаво блеснули, и я, не отрываясь, смотрела в них, открывая для себя всё новые и новые грани его эмоций. Узнавая, проникаясь, проваливаясь в чувства, которых, казалось, давно во мне уже нет.

Самый-самый. Теперь я смотрела на старшего аналитика нашего подразделения глазами влюблённой дурочки. Не хуже присной Левицки. И ощущала себя удивительно необычно. Потому что не надеялась, что когда-нибудь смогу пережить эти чувства снова.

Конец 2 книги.