Демоны огня
Шрифт:
В ответ послышался гул.
– Выходите все! – радостно воскликнул флейтист. – Хека хасут бежали! Слава царю Ах-маси!
– Слава царю Ах-маси!!! – разобрав, что к чему, разом заголосили узники. – Да хранят во веки веков его боги!
Звеня цепями, они потянулись к выходу.
– Бата! Здесь был такой мальчишка, шардан… Не видали?
– Шардан? Такой угрюмый светловолосый юноша?
– Да-да! Он не очень-то разговорчив.
– Он в дальнем углу.
– Умер?!
– Идем, господин, я покажу.
– Факел! Дайте кто-нибудь факел!
Максим вынес его на руках, едва дышащего, с головой, перевязанной какой-то кровавой тряпкой. Такой же тряпкой была обвязана и грудь, бурая от запекшейся крови. Горячий… Мальчишка был очень горячий, кожа его, казалось, обжигала. Срочно лекаря!
А в город сквозь распахнутые ворота уже входили тяжелые пехотинцы южан. Щитоносная пехота шла почти что парадным строем, за ней устремились лучники, пращники, колесницы…
– Первая сотня – налево, вторая – направо, третья – здесь, – деятельно и толково командовал тысячник, в котором Макс не без некоторого удивления признал начальника колесниц Секенрасенеба. Высокого, улыбчивого, длиннорукого.
– Что пешком? Гаишники прав лишили? – громко выкрикнул Макс. – Жаль, колеса мне сейчас понадобятся.
Начальник колесниц услышал. Обернулся, строго повел бровью…
Максим улыбнулся, кивнул…
– Господин?! Клянусь Амоном… я…
– Ну вот, узнал наконец!
– Колесницу! Колесницу сюда, живо! – быстро распорядился Секенрасенеб. – О государь, воистину, счастье…
– Потом будешь говорить о счастье. Ты как здесь?
– Великая царица Тейя Нофрет-ари доверила мне командовать передовым отрядом. Вода едва спала – колесницы вязнут, быстрее – пешком.
– Тейа?! Так она здесь?
– Да, господин! Она командует штурмом.
– Да уж, придется прийти к ней на помощь…
– Вот колесница, государь…
Кивнув, Максим осторожно положил на днище Бату и хлопнул по плечу возницу:
– Вези к лекарю! Самому лучшему.
Колесничий недоуменно посмотрел на своего командира – что это здесь раскомандовался какой-то там оборванец?
– Вези, вези, – оглянувшись, приказал Секенрасенеб. – Потом ты будешь очень горд этим! Вези на барку Ах-маси, там хороший лекарь.
– Ах-маси?! – обрадовался Максим. – Так он таки оправился от своих ран?!
– Оправился, правда, еще не совсем. Да и Каликха идет на поправку.
– Слава богам! Вези, вези, колесничий, не стой же!
При виде
– Воистину вот они… поля Иалу! Сам царь… несет меня… сам…
Глаза Баты вновь закрылись…
– Эй, там, на барке! А ну, принимай раненого! – ступая на сходни, распорядился Макс. – Да побыстрее.
– Кто это тут разорался? – оглянулся стоявший на носу… анхабец! – А ну, парни, выкиньте нахала в реку!
– Я тебе выкину! Что, не признал собственного человечка?
Юноша сузил глаза:
– О боги!!! Вот так счастье!!! Люди! Радуйтесь! Трубите трубы! Царь с нами! Великий государь Черной земли!
Сразу двое осторожно подхватил Бату.
Максим распахнул объятия:
– Дай-ка обниму тебя, дружище! Что, твои раны больше не беспокоят тебя?
– О, нет, великий государь!
– Слава Амону! Слушай, а где моя супружница? Говорят, теперь она тут всем рулит?
– Что делает? Ах да… командует. Представляешь, государь, задумала меня женить!
– Она давно задумала, – засмеялся Макс.
– Так уже и девушку подобрала!
– Ну и правильно. Что же, мне одному женатому быть? Да, как там твой лекарь?
– Уже осматривает.
– Так вылечит?
– Сказал, что вылечит, правда не очень-то скоро. Да не беспокойся, государь, Бата – это такой парень, что вряд ли помрет в своей постели.
Немного поговорив с приятелем, Максим на разъездной лодке поплыл к барке царицы. Встал, вытянул шею, еще издали увидев супругу. Между прочим – супругу любимую. Тейя стояла на возвышении в узком зеленом платье и царской короне, с золоченым посохом в левой руке. Черные глаза ее вглядывались вдаль напряженно и строго, губы казались тонкими, а милое лицо – чрезвычайно серьезным.
– Личико попроще сделай! – Ловко ухватившись за борт, Макс перепрыгнул на палубу барки. – А то прямо страшно и подойти.
– Что?! О, муж мой! Боги… Вы послали его вовремя!
Они обнялись и принялись целоваться, не обращая внимания ни на кого и ни на что… Покуда первой не оторвалась Тейя.
– Воины должны видеть тебя. И народ – народ Хат-Уарита – это теперь наш народ. Как и все люди Дельты! Штурм уже закончился… Многие ворота нам просто открыли. А царь хека хасут позорно бежал, мне только что доложили. Переодевайся же скорей, о муж мой. Мы въедем в Хат-Уарит вместе. Да, и пусть тебе подкрасят волосы басмой… Хотя нет – наденешь парадный парик.