Демоны огня
Шрифт:
– Но…
– Везде предательство, милая! И мы еще не научились как следует бороться с ним. Слишком доверчивы, слишком.
Глядя на приближавшиеся корабли, правитель Обеих земель махнул рукой командиру охраны:
– Приготовиться к битве!
– Мы уже давно готовы, мой господин!
– Тем лучше, Сетимес! Сообщи всем, чтобы держались вместе.
– Слушаюсь, мой господин!
Взвились на передней мачте сигнальные ленты. И точно такие же чуть погодя вздернулись и на всех других кораблях, сообщая, что приказ понят. Максим оглянулся на щитоносцев – расставив ноги, они стояли на палубе, не обращая
Макс раньше думал, что на древних кораблях обязательно использовались всякие там метательные машины – катапульты, баллисты, онагры… Так вот – ничего подобного! И не потому, что не знали. Куда полетит камень или огромное бревнище, выпущенное с постоянно качающейся поверхности? Правильно – в белый свет как в копеечку! И упадет в лучшем случае в море, а в худшем – на свою же палубу, убивая и калеча людей. Вот крепкий таран – другое дело, да и то в дальнем плавании непригоден, потому как требует четкой загрузки судна. Чуть выше, чуть ниже – и пользы от него мало. Потому одно и главное оружие морского боя – абордаж, лихой и кровопролитный натиск. К нему и готовились.
Еще с вечера, сразу после беседы с Батой, фараон приказал вылить на борта оливковое масло из числа взятых с собою припасов. Чтоб не так-то легко вражины могли вскарабкаться на палубу. Заодно выстроили из щитов укрытие для лучников на носу и корме. С бортов ощетинились копьями. Именно к бортам, нарочно убрав с весел гребцов, Максим выставил лучших бойцов. С секирами, палицами, мечами. Обычно такие концентрировались на носу и корме. По приказу царя, так же загодя, были свернуты шатры и стяги, и теперь ничего не указывало на флагманское, царское, судно. А ведь все корабли были похожи! Теперь поди-ка сообрази, где главная добыча? Ищи, ищи – не найдешь! А раз не найдешь, так будешь вынужден распылять почем зря силы… Как вот сейчас и случилось.
Ветер был слабым, и вражеские – пиратские! – суда использовали еще и весла. Вот-вот нагонят, вот-вот…
Гребцы на всех судах фараона, мускулистые лихие парни, стояли по бортам не с веслами – с копьями и секирами, усиливая мощную оборону.
Ага, вот они, вражины, – все ближе и ближе. Вот уже спустили паруса – чтоб не мешали маневрировать в битве – и теперь окружали мирные суда Черной земли.
Взмах весел. Слышно, как что-то гортанно прокричал вражеский командир – высоченный мужик с всклокоченной бородою, в синей набедренной повязке, с голой мускулистой грудью. Двойная секира сверкала в руках его, глаза блестели яростью и предчувствием близкого боя.
Гребцы слаженно махали веслами. Пиратский корабль разворачивался по пологой дуге, заходя с левого борта. С правого заходил другой, правда поменьше, с одной мачтой. Вот оба вышли на расстояние удара… Вскипела вода от весел! Угрожающе качнулись тараны, словно бы играли с жертвой… Вражины резко ускорились… И-и-и…
По знаку царя кормчий Сетимес резко навалился на рулевое весло… Оп! «Повелитель ветра» чуть-чуть повернулся. Так, самую малость, но
Вражеские тараны раздраженно скользнули по обоим бортам, не причинив никакого вреда. Запели стрелы.
– У-а-у-у-у-у!!! – взмахнув секирой, истошно заорал бородатый пират, и на борт царского корабля полетели абордажные крючья.
Под прикрытием повешенных на борт щитов воины перерубали их острыми серповидными мечами хепешами.
Все же пиратам удалось броситься на «Повелителя ветра» – с криком и гнусной руганью они взобрались на борт… прямо под копья отборных воинов фараона. Началась сеча – жуткая, грязная, кровавая, когда вопли и звон клинков раздаются, кажется, сразу со всех сторон, когда уже не разберешь, кто где, когда нет никакого порядка и надеешься только лишь на себя.
Удар! Удар! Удар!
Натиск пиратов оказался настолько отчаянным, что все же им удалось прорвать казавшиеся непоколебимыми ряды щитоносцев.
– У-а-а-а-ау-у-у-у!!! – Здоровенный бугай, тот самый бородач, с силой метнул дротик, пронзив сразу двоих гребцов, после чего схватился за палицу.
Ух! Ух! Ух! – она летала над его головой, словно невесомая былинка, проделывая в рядах защитников широкие бреши, куда тотчас же бросались враги.
Ах ты ж, гад!
Макс поудобнее перехватил секиру и, чуть наклонив голову, ринулся в гущу боя. Остановить главного – вот что было сейчас нужно. А там уж пойдет получше.
Уклонившись от нацеленного прямо в глаз копья, фараон отбил чей-то меч, снова уклонился, бросаясь вперед, туда, где за лесом копий и лезвиями секир виднелась кудлатая борода предводителя разбойников.
Вот он уже рядом! О, какой веселой злобой – именно так! – сияют глаза. Как летает в руках палица, с какой несокрушимой мощью падает вниз, круша черепа воинов и гребцов. Ну нет, так не пойдет. Хватит!
– Хватит, я сказал! – грозно рявкнув, Макс оттолкнул ногой не вовремя повернувшегося вражину – какого-то мелкого и плюгавого типа, на которого вовсе не хотелось тратить силу и мощь удара, – и нанес первый удар…
Пират успел подставить окованную железом палицу – полетели искры, противно скрежетнул металл о металл.
Сверкнув глазами, противник сразу же перешел в наступление… махнув палицей, угодил по брошенному кем-то из своих же копью. А вот тебе – поделом. Не в чистом поле сражаешься!
О, он учитывал! Несмотря на дикие вопли и злобно выпученные глаза, бился дерзко, но вполне осмотрительно, умело действуя своим страшным оружием – удары сыпались градом, и Максу приходилось прилагать немало усилий для того, чтобы сдержать подобный бешеный натиск.
Блеск железа… Пристальный быстрый взгляд. Оскаленные зубы… Удар!
Скрежет!
Еще удар.
Отбивая и контратакуя, Максим старательно уходил в сторону, к мачте – она как раз оказалась бы ему по левую руку, таким образом оставив простор для замаха правой. Противник тоже оказался правшой – это было видно, – и в случае успеха задуманной царем ситуации мачта сильно осложнила бы ему возможности маневра. Мачта и мешавшиеся со всех сторон люди.
Вот кто-то бросился на Максима слева… захрипел, упал, наткнувшись на копье… Бата! Молодец, прикрыл. Однако надолго ли хватит этого мальчика? Подросток против взрослых вооруженных бугаев уж никак долго не выдержит.