Демоны мрака
Шрифт:
Алина перевела взгляд на другой конец комнаты. В противоположном кресле сидел парень, ничем не напоминавший первого. Он, скорее, походил на Максима или Влада: красивый, обаятельный, с озорными искорками в светло-голубых глазах, с поднятыми гелем пшеничными волосами и ужасно курносым носом. Наверное, он был высоким, но, из-за полулежачего положения, точно определить его рост было сложно.
Последняя девушка положила голову на колени блондину. Смуглая кожа, черные как ночь глаза, распущенные длинные волосы цвета воронова крыла, слегка волнистые, и очень яркий макияж, особенно вокруг глаз, выдавали ее восточное происхождение. Она беспрестанно
Шесть пар глаз с интересов уставились на Алину.
– Алина, – нарушила молчание Соня. По тому, как она произнесла имя, было непонятно, рада она встрече со случайной знакомой или нет. Только сейчас Львова обратила внимание, что девушка не накрашена, над бровью отметина от свежего, но почти полностью зажившего пореза, длинные волосы собраны в небрежный хвост. Чувствовалось, что ее неожиданно выдернули из кровати, в которой она занималась просмотром минимум десятого сна.
– Выкладывай, пока мы не уснули, – проворчал Влад, сладко потягиваясь. На правой руке парня красовалась бинтовая повязка, случайно задев ею о спинку кресла, он громко чертыхнулся и выпрямился.
– Выпить найдется? – спросил Максим и уселся прямо на пол. Алина так и осталась стоять в дверях, не решаясь шелохнуться.
– Опять сядешь за руль нетрезвым? – спросила блондинка, ее подобная перспектива ничуть не смущала. Подмигнув одним глазом, она кинула Максу бутылку пива, перед всеми остальными уже стояло по одной.
– Будешь? – спросила хозяйка, обращаясь к Алине. Девушка отрицательно покачала головой. Только напиться сейчас и не хватало.
– Познакомь нас, – впервые заговорил тот, кого Львова определила как Стаса. Он вел себя как главный, чей авторитет непререкаем, а слово – закон. Его голос был еще ниже, чем казалось через телефонную трубку. Так мог бы рычать проголодавшийся тигр, завидев добычу, Алина невольно вздрогнула.
– Это Алина, – начал Максим и, притянув девушку за руку, заставил опуститься на пол рядом с собой. Ей такое положение не нравилось, теперь она смотрела на окружающих снизу вверх, что ее страшно нервировало. – Это Стас, наш глава, – продолжил Максим и, ожидаемо, указал на самого старшего из присутствующих.
– Очень приятно, – проблеяла Алина надтреснутым от напряжения голосом.
– Мне тоже, девочка. Много слышал о тебе, – карие глаза смотрели не агрессивно, скорее, по-отечески тепло. На «девочку» Алина решила не обращать внимания, она наверняка годится ему в праправнучки.
– Лиза, – представил Максим блондинку. Она еще раз подмигнула и сделала глоток из стоящей рядом бутылки.
– Соня, Влад, – продолжал Максим.
– Мы знакомы, – улыбнулся парень. Соня только молча пожала плечами. Алина чувствовала, что брюнетке она не нравится, но не могла понять почему.
– Хадижа – наша восточная принцесса.
– Брось придуриваться, – огрызнулась арабка, – очень приятно познакомиться.
– И Роберт, – закончил Максим.
– Hi! – помахал рукой парень.
– Надеюсь, Макс, ты разбудил нас посреди ночи не для того, чтобы познакомить со своей девушкой? – поинтересовался Стас.
– Нет, конечно, хотя было бы забавно глянуть на ваши рожи, если бы это было именно так, – осклабился Максим, но кроме него смешной шутка не показалась никому.
– Не тяни, спать хочется, – попросила Хадижа.
– Во-во, – Роберт опять зевнул.
– Она хочет к нам присоединиться, –
– Безумие, – первая нарушила молчание Соня.
– Ты уверена, девочка? – спросил Стас, он слегка приподнялся в кресле и внимательно следил за выражением лица Алины.
– Да, – твердо ответила она, стараясь игнорировать бешеный ритм сердца и трясущиеся от страха руки.
– Тогда мне придется просканировать тебя, чтобы понять, подходишь ли ты нам, – сказал глава после минутной паузы, показавшейся Алине вечностью. Он встал и, поставив на журнальный столик бутылку пива, подошел к девушке. – Максим рассказал, что это значит?
Алина отрицательно покачала головой, но слово «просканировать» ей однозначно не понравилось.
– Между собой мы общаемся мысленно, – встряла в разговор Хадижа. – Это возможно, только если оба собеседника не против поболтать. Во время боя открываться для диалога обязательно, отдавать команды и согласовывать действия посредством ора на всю вселенную весьма неосмотрительно и потенциально смертельно опасно. У главы есть дополнительные возможности: при желании он может читать мысли кого-то, кто не принадлежит к нашей группе.
– Процедура не очень приятная, – добавил Стас, – но если ты решила стать одной из нас, это обязательно.
– Что от меня требуется? – обреченно спросила Алина.
– Освободи голову от лишних мыслей и постарайся расслабиться, – распорядился Стас.
Алина прислонилась к стене, закрыла глаза и попыталась успокоиться. Учитывая ситуацию, ни о чем не думать было сложно. Потребовалось не меньше пяти минут, чтобы только сосредоточиться. Собравшиеся хранили гробовое молчание, казалось, они даже не дышали, чтобы не мешать девушке.
Довольно долго ничего не происходило, и Алина уже подумала, что процедура не столь неприятна, как она опасалась. Внезапный удар по голове стал для нее неожиданностью. Он сотряс ее изнутри, а затем появилась щекотка, словно кто-то невидимый дотрагивается перышком до мозга. Ей было очень смешно, хотелось рассмеяться в голос, но она сдержалась. А потом началось. Казалось, рухнула прозрачная стена, отделявшая Алину от ее прошлого. Перед глазами замелькали картинки. Они быстро сменялись одна другой, и каждая отражала отдельный миг ее жизни. Она вспомнила все, даже то, что происходило с ней в младенчестве.
Мама держит ее на руках, она еще не умеет говорить и криком требует достать ей вазу, которую отец предусмотрительно поставил на шкаф…
Она идет в детский садик, холодный ветер бьет в лицо, жесткий шарф, закрывающий больше половины лица, страшно мешает. Она трясет головой, надеясь избавиться от колючей повязки, но та упрямо остается на месте…
Первое сентября восемьдесят девятого, на улице промозглая сырость. Алина стоит на школьном дворе, в руках у нее огромный букет гладиолусов, каждый цветок сравним по росту с ней самой. Вокруг творится что-то невообразимое: целая толпа детей разного возраста – от таких же, как она, первоклашек до людей почти взрослых, ничем не отличимых от провожающих своих чад родителей. Ей одновременно любопытно и страшно. Хочется заговорить с девочкой, стоящей ближе всех, но она не решается. Мама берет ее за руку и подводит к сурового вида женщине в очках. Алине та не нравится с первого взгляда, но отец наклоняется и шепчет, чтобы она отдала учительнице букет. Трясущейся рукой первоклассница протягивает огромный сверток.