Демон
Шрифт:
— Господа офицеры! Все вы знаете о том, что еще одна планета пала жертвой нашего беспощадного врага. У меня нет слов, чтобы описать чувства, которые сжигают меня изнутри. Я и не буду пытаться этого делать: каждый из вас наверняка ощущает что-то в этом же духе. Увы, эта потеря не первая. Но в наших силах постараться сделать все, чтобы она была последней… Да, вы еще не готовы занять места рядом со своими старшими товарищами, но от лица всей Конфедерации, всего Человечества, я вынужден просить вас о помощи… Просить, ибо у меня нет морального права посылать вас на смерть. Посмотрите на этих ребят! — он показал на короткую шеренгу моих Демонов. — Они вышли из Проекта не так давно, но на счету каждого из них больше пятидесяти сбитых кораблей врага. Они должны были научить вас воевать, но, увы, им не хватило времени… Все это время они своими душами и сердцами сдерживали продвижение Циклопов, теряя друзей и подруг… Да, будь у них возможность, они бы продержались еще немного. Но ее нет, и в этом наша общая трагедия!
Роммель сглотнул комок в горле, прокашлялся, зачем-то посмотрел на меня и продолжил:
— У вас самое лучшее оружие, которое могли дать вам наши ученые. Вы — самые быстрые, самые выносливые, самые опасные бойцы в Конфедерации… Единственное, что вам не хватает, это опыта. А его вам не даст никто… Повторю еще раз — если бы не крайняя нужда, то я бы не просил вас присоединиться к ним… Но, увы, я не могу иначе! Поэтому завтра утром вы уйдете в свой первый рейд. А я, как и все население этой планеты, останусь здесь ожидать вашего прилета. Вы знаете, я был бы счастлив сражаться плечом к плечу с каждым из вас, но, к моему сожалению, я уже слишком стар. И мне остается только надеяться и верить…
Роммель снова сглотнул, тяжело вздохнул, и жестом подозвал меня к трибуне:
— Мне больше не чего сказать… Я просто прошу вас вернуться… И вернуться с победой! А теперь я даю слово вашему командиру…
— Друзья! Я говорю вам «друзья», хотя не знаю никого из вас. Просто вы пойдете в бой рядом со мной, и я хочу надеяться, что вы прикроете мою спину так же, как я буду прикрывать ваши… Посмотрите на меня: я мало чем отличаюсь от вас… Я прошел все то же, что и вы! Быть может, меня мучили чуть хуже или чуть лучше, — методика подготовки меняется постоянно. Не суть важно! Я научился выживать. И знаете, почему? Посмотрите вправо: там, за забором базы, лежит обыкновенный маленький городок. В нем живут обычные люди, со всеми их проблемами, радостями и бедами. Поднимаясь в небо на своем «Кречете», я всегда помню, что их жизни зависят не от той храбрости, которую я проявлю, а от того, сколько времени я провоюю… Я хочу, чтобы вы поняли: мне нужны бойцы, умеющие не воевать, а ПОБЕЖДАТЬ! Только побеждать, и никак иначе. Только, учтите, не за счет жизней своих друзей. Война в наше время не дает второго шанса: почти каждое попадание в наши маленькие корабли бывает смертельным. Взрыв двигателя, боекомплекта, разгерметизация скафандра в разбитой рубке, — и вы трупы! А вместе с вами, с вероятностью процентов в девяносто — труп и ваш напарник. Поэтому-то мы всегда вместе, даже на земле. Привычка! Своего напарника я не променяю ни на что… И все эти парни — тоже… Берегите друг друга… И еще одно: не смотря на то, что вы прошли то же, что и мы, вы пока не доказали своего права называться Демонами. Но, каждый, кто вернется из рейда, станет полноценным членом самого элитного подразделения Человечества, и получит право украсить свой боевой корабль эмблемой подразделения Демонов… А сейчас я попрошу вас пройти в тактический класс, чтобы проработать ваши действия в предстоящей операции…
…Первая рота молодежи рванула в атаку на корабли Циклопов, как только увидела их корабли на своих радарах. Пятьдесят два корабля, под командованием Гельмута Шварца, рассыпавшись попарно, неслись к кораблям противника, старательно уворачиваясь от встречных трасс и ракет. Вслед за ними в другом секторе системы вывалилась вторая рота, которую вел Вольф Краузе. Еще через минуту объявились корабли Гашека. Все остальные «старички», к которым причислили и второй поток, неподвижно висели рядом со мной немного в стороне от плоскости эклиптики, и внимательно наблюдали за происходящим на своих радарах. Армада врага поражала количеством вымпелов: более полутора тысяч кораблей, из которых треть составляли тяжелые корабли, спокойно ждали атаки. За три минуты до огневого контакта заговорили дальнобойные орудия линкоров, потом к ним подключились крейсера и корветы, и молодежь начала нести потери: сначала взорвались сразу два корабля у Гельмута, потом один у Гашека, потом еще два — у Краузе и еще два — у Гельмута. Однако стоило ребятам дорваться до противника, как начали разваливаться корабли Циклопов. Углубившись в порядки врага, ротные вели свои подразделения по касательной к краю армады, стараясь максимально проредить
На этот раз первыми атаковали мы. Разворотив фронт армады Циклопов, мы устроили там такую кашу, что противнику стало не до приближения остальных трех рот: мельтешение обломков, не нашедших «адресата» ракет, испуганно мечущихся кораблей на экранах радаров, мешало ориентироваться даже нам. Убедившись, что роты добрались, по моей команде «старички» ушли в стороны и освободили дорогу свежим, полным боекомплекта, «Кречетам». Молодежь воевала истово: командиры взводов сорвали себе горло, пытаясь тормозить особо буйных. Через двадцать минут по моей команде они вырвались в открытый космос и под прикрытием наших кораблей отступили к окраине системы. Отправив две роты на перезарядку, я со своей «бандой» совершил еще один десятиминутный рейд, громя и без того порядком потрепанные подразделения циклопов, державшие дальние подступы к комплексу верфей. Снова отступив, мы вместе с третьей ротой ушли на перезарядку. Первых двух рот там уже не было: Гельмут и Вольф повели ребят обратно. Пообщавшись с операторами систем перезарядки транспортов, я снова расстроился: наши ряды поредели еще на семнадцать кораблей… И опять за счет молодых…
Третий заход оказался немного удачнее: мы потеряли всего шестерых, а в рядах кораблей Циклопов появились довольно солидные прорехи. И в четвертый заход мы шли чуть в лучшем настроении, чем раньше. Вынырнув из гипера, все Демоны разбились по звеньям и атаковали противника попарно. Я углубился в позиции врага довольно далеко, сбив три линкора, семь корветов, один крейсер и несколько истребителей, наконец, смог увидеть собственными глазами огромные конструкции заводского комплекса. Не долетев до него минуты полторы, я повернул назад и чуть в сторону, чтобы не нарваться на случайные выстрелы своих же кораблей. Вырвавшись из свалки на периферии «линии фронта», я пристроился в хвост уходящих на перезарядку «Кречетов» и снова принялся за свои грустные подсчеты: у нас опять были потери… Этой атаки не пережили четыре корабля…
Нам потребовалось еще почти двое суток, чтобы получить возможность совершить первые пуски ракет в конструкции верфи. К тому времени из полутора сотен молодых Демонов осталось лишь шестьдесят восемь! А «старики» потеряли одну пару. Уставшие, держащиеся на одних стимуляторах ребята не желали отдыхать, после каждой перезарядки прыгая обратно и вгрызаясь в ряды поредевшей армады врага. Я давно перестал им что-либо говорить: в системе Виолетты была такая каша, что там было трудно даже просто ориентироваться, не говоря о том, чтобы строить сложные тактические планы. Циклопы просто сжимали диаметр охраняемой сферы, а мы все терзали и терзали их ряды…
Еще через восемь часов мы снова влепили в комплекс десятка полтора ракет, и с замиранием сердца наблюдали, как в атмосфере сгорела добрая четверть верфи. Увы, погибло еще трое… А в следующей атаке мы взорвали еще треть от оставшегося на орбите строения, не потеряв никого.
…Следующие сутки вымотали нас до полного изнеможения: даже я уже мало что соображал, автоматически атакуя, уходя, перезаряжаясь. Оставшуюся на орбите жалкую пятую часть конструкций словно заколдовали: выпускаемые ракеты то проходили мимо, то попадали в корабли Циклопов, то уходили в никуда… Наконец, ценой еще двадцати восьми жизней мы смогли ее уничтожить и, наконец, ушли к Квидли.
Неделю в гипере я не помню: отходил от стимуляторов. Вывалившись в системе, сорок три «Кречета» молодых и шестнадцать — «старичков», меньше трети от уходивших в рейд, неторопливо добрались до планеты и так же неторопливо пошли на посадку.
Башня и Ключи мрачно молчали, ограничившись коротким приветствием. На космодроме, кутаясь в плащ, чтобы укрыться от проливного дождя, стоял Роммель и грустно смотрел на поредевшие, потрепанные корабли и усталые, расстроенные лица моих ребят.
— Господин генерал! — приложил я руку к пилотке. — Здание выполнено. Верфь уничтожена. Наши потери — сто одиннадцать человек…
— Сколько сбито кораблей? — дрожащим голосом спросил генерал.
— Тысяча двести семьдесят один, сэр… Осталось еще около четырехсот, но я решил вернуться… Боеприпасов осталось на пару атак, а ребята устали настолько, что начали натыкаться на свои же транспорты, сэр…
— Все правильно, Вик! Отошли от рейда?
— Не особенно, сэр: у меня, например, болит все тело…
— Сколько времени вы работали?
— Четверо с лишним суток, сэр! — признался я. — Циклопы дрались, как черти…