Демон
Шрифт:
Космодром поразил меня обилием совершенно разной техники — от тяжелых крейсеров эпохи Первой Галактической до новейших линкоров класса «Викинг-2», которые я видел только в Академии. Причем в учебных голофильмах. Уже на подлете к Башне — контрольно-диспетчерскому пункту — я наткнулся взглядом на пять одинаковых корабликов с совершенно незнакомыми обводами корпуса. Сравнив их координаты с полученными от майора Родригеса, я образованно ткнул сидящую рядом Орлову и взглядом показал на весьма отличающиеся от стандартных «Торнадо» машины.
— Обойди по кругу… Хочу посмотреть на их
Я послушно снизил скорость, приблизился к посадочному квадрату и, завершив необходимую ей эволюцию, аккуратно втиснул бот между крышкой погрузочного терминала и одним из новых кораблей.
Полковник Эдвардс выглядел слишком белым, слишком чистым и слишком аккуратно выбритым. Заметив его лицо в люке небольшого катера, припаркованного прямо под оружейным пилоном одного из истребителей, я недоуменно покосился на Иру и мысленно поинтересовался причиной такого странного цвета лица.
— День второй после процедуры омоложения. Идет процесс восстановления нормальной пигментации. Наверное, вышел из госпиталя раньше, чем надо…
— Ясно… — Первым выбравшись из бота, я подошел к полковнику и, не дожидаясь, пока он поинтересуется целью нашего прибытия, скинул ему на комм наши допуски…
— Лейтенанты Волков и Орлова, сэр! Прибыли для совершения пробных полетов, сэр! На всех кораблях по очереди!
— Вольно! А вам мало одного?
— Полковник Родригес разрешил мне выбрать себе машину, сэр!
— Что-то я раньше не замечал за Рамоном такой доброты… — удивился Эдвардс и тут же усмехнулся: — Какая тебе разница, они ведь только с завода. Что ты в них поймешь? Кстати, что ты заканчивал, мальчик?
— Восемь курсов Академии Оборотней, сэр. Минус один месяц.
— И кто учил тебя летать? — новый вопрос звучал немного уважительнее.
— Капитан Кощеев, сэр!
— Алексей? Тогда понятно. Есть смысл выбирать. Бери ключ-карты и пробуй два крайних. Остальные чуть похуже.
— Спасибо, сэр! Можно начинать?
— Угу. Значит, так: за границу зоны ответственности орбитальных крепостей не выходить, в гиперпространство не прыгать, гражданские корабли не пугать. Собственно, все. Я буду на связи. Частоты сейчас скину. Кстати, кораблик называется «Кречетом»…
…Все время, которое потребовалось, чтобы прогреть двигатели и запросить разрешения на взлет, Ира мучила меня вопросами:
— Скажи, а зачем выбирать? Какая разница, ведь эти «Кречеты» только с завода. И все абсолютно одинаковы!
— Щаззз… — усмехнулся я. — У каждой машины есть характер: какая-то чуть лучше набирает высоту; какая-то немного хуже реагирует на эволюционники, в какой-то может немного привирать дальномер и т. д. Погоняешь каждую и начинаешь понимать, что она собой представляет. Конечно, какие-то мелкие недочеты сборки могут проявиться и позднее, но главное — характер машины — можно понять сразу. Лично мне нужна самая буйная!
— А что за Кощеев, о котором Эдвардс тебя спрашивал?
— Мой инструктор в Академии. Один из лучших пилотов ВКС. Кавалер восьми высших орденов Конфедерации. Его уважают все, кто
— Понятно! Наверное, такой же ненормальный, как и ты… Ладно, нефиг ждать у моря погоды. Поднимай птичку! — Она зачем-то продублировала только что проведенные мною предполетные тесты, подключила БК к искину машины и замерла в ожидании старта…
— Башня, я — Демон — пять! К взлету готов!
— Демон — пять, я — Башня! Взлет разрешаю! — тут же отозвался подключившийся к их каналу Эдвардс.
Я привычно дал тягу на оба двигателя и чуть не потерял сознание от дикой перегрузки: корабль прыгнул в небо в таком режиме, что у меня потемнело в глазах.
— Ты что, сдурел? — прохрипела Ирина, когда я убавил мощность и с моих глаз спала кровавая пелена. — Надо же, вспомнил про Кощеева и вашу чертову Академию!
— Извини, но я дал всего пятьдесят процентов… — Я вывел на тактический экран шлема информацию с навигационной системы и присвистнул: — Мы уже почти прошли атмосферу! По-моему, пора тормозить!
— Демон — пять! Я — Башня! У вас все в порядке? Что-то мне показалось, что вы немного поторопились при взлете.
— Башня, я — Демон — пять! Все нормально, машинка позволяет… Начинаем первый пробный тест… — Я вернулся обратно в атмосферу, перевел истребитель в горизонтальный полет и начал гонять его по самым сложным фигурам высшего пилотажа, все увеличивая скорость и уменьшая радиусы поворотов. Долетавшись до черных пятен в глазах, я уважительно провел рукой по подлокотнику кресла и восторженно отметил: — Вот это машина! Ни одного ограничителя маневра, и напрочь отсутствует защита от дурака. А какие двигатели и маневренность…
— Я заметила! — еле ворочая языком, буркнула Ирина и стерла с лица выступившие капельки пота. — Попробуем вторую, что ли?
…Второй «Кречет» мне понравился немного меньше: он чуть запаздывал с реакцией на эволюционники [10] и иногда, в самых резких виражах, начинал неприятно вибрировать корпусом. Ограничившись десятью минутами полета, я посадил машину на место, выбрался на бетонку и сразу же направился к первой опробованной машине. Постоял перед ней минут пять, пытаясь привыкнуть к необычным обводам. Ирина, сообразив, что я ушел в себя, почесала в затылке и, сказав, что заведет бот, лениво поплелась в его сторону.
10
Вспомогательные двигатели, используемые для маневров.
… — Рыскает на виражах? Это с какой перегрузкой? — удивленно выслушал мои выводы полковник. — Я что-то не заметил!
— Где-то при шестнадцати-восемнадцати «же»!
Вспомнив удовольствие, испытанное во время пилотирования первого, я со вздохом протянул ему ключ-карты от обоих истребителей.
— От своего «Кречета» можешь оставить себе… — Эдвардс почесал кончик носа и переспросил: — Ты ничего не путаешь?
— Данные можно скачать с бортового компьютера. Там идет постоянная запись, сэр! — обиделся я, — Если этого будет недостаточно, я могу скинуть файлы с комма и шлема…