Демон
Шрифт:
– Да, – кивнул магистр, – вид, который находится практически на самой низшей ступени иерархии демонов. Они не обладают особыми силами, а в мире демонов составляют рабочий класс или попросту – рабы. Из плюсов – они довольно чистоплотны и трудолюбивы, а еще умны в отличие от бесов, – указал он на лежавшего в крайней клетке зелёнокожего демоненка и медленно направился к нему.
Девчонка повернулась к преподу, слушая его в два уха. И тот с чувством собственной значимости продолжил внеклассную лекцию для лучшей ученицы.
–
– А чем они отличаются от нолов? – спросила Стелла, разглядывая спящего бесенка.
– Они не обладают умом, постоянно норовят что-то разрушить. Им природой противно созидание. Но всё же по сравнению с нолами они имеют небольшую силу. Умеют телепортироваться на несколько метров, да и признаки телепатии тоже имеются, но… – сделал паузу профессор, – это за редким исключением. Основная же роль для бесов в иерархии – вся чёрная работа. В войсках же их и вовсе используют как мясо. Во всех смыслах.
– Как-то печально, – ответила кротко Ди Мартинус.
Маг кивнул и предложил:
– Скажи что-нибудь нолам, – и посмотрел на серокожих, – думаю, они ответят.
Девчонка задумалась на мгновение…
– Вы что, правда едите людей?
Кхаш посмотрел на нее как на дурочку, но всё же даже под упрекающим взглядом сестры решил ответить:
– Правда, человеческая женщина, – он уже успел разглядеть различия человеческих особей по дороге в Нефердорс.
– Он ответил! – изумилась Стелла.
И тут же принялась задавать вопросы…
– А сколько вам от роду? А как вы понимаете наш язык? Почему вы сражаетесь с людьми?
– Стелла, дорогая, успокойся! – усмехнулся маг. – На все эти вопросы ты и так вскоре узнаешь ответ.
– Но, магистр! – схватила она старика за рукав и посмотрела красивыми глазами… так близко.
– К-хм! – кашлянул он от смущения. – Демоны понимают нас из-за способности dialectus. Она дарует им возможность понимать любой язык и разговаривать на нём.
– Ого-о, – удивилась первокурсница, – а почему такого нет у людей?
– У нас отсутствует отдел мозга, отвечающий за dialectus. Такая вот несправедливая причина. Нол, – обратился маг к серому демону, – сколько тебе от роду?
– Пять дней, – ответил спокойно демон, понимая, что лучше идти на общение, чем почувствовать инструменты на дальнем столе в своем брюхе.
Да и нолы всё же отличались своей покладистостью. Это у них заложено в крови.
– Такой молодой! – удивилась Стелла.
Она, потеряв интерес, подошла к другой клетке со спящим бесенком.
– Здравствуй, демон, – произнесла девчонка,
Но ответом ей было лишь больное сопение.
Магистр создал на кончике пальца маленький шарик огня и запустил сквозь прутья клетки.
– Ах! блеа! – подорвавшись, зашипел демоненок от боли и захлопал лапами по своим длинным волосам.
Пламя потухло, а он вылупил алые глазенки на согнувшуюся девушку.
– Девчонка, – получилось у него невнятное шипение вместо слов, – ты пришла вытащить меня отсюда?
– Здравствуй, – сказала Стелла и присела ближе к клетке, слишком уж внимательно разглядывая его глаза. – Учитель, он такой миленький!
– Не думаю, – не согласился профессор, вспоминая этих грязных существ на поле боя. – Нет там ничего милого, кровожадные звери и только.
– Сколько тебе дней, малыш? – ласково спросила Стелла.
Но демон лишь непонимающе смотрел на нее.
– Отвечай, гадёныш! – гаркнул маг, ударив носком ботинка по клетке.
– Ты чё так орёшь, дед?! – зашипел в ответ демоненок и взялся руками за голову, которая раскалывалась, словно орех между молотом и наковальней.
– Человеческий маг! – послышалось из клетки с нолами.
– М? – перевел Штрук взгляд на серое отродье.
– Этот, – хотел сплюнуть Кхаш от омерзения, – бес. Он не проходил инициацию!
– Вот оно что… – удивился старик, – впервые встречаю неинициированного беса.
– Учитель, – оторвала Стелла свой взгляд сапфировых глаз от бесенка и посмотрела на мага, – а что значит инициация?
Штрук провел рукой по своей длиннющей бороде, намереваясь блеснуть перед любопытной девушкой обширными знаниями.
– К-хм. Когда демон рождается, то сразу же проходит инициацию – обряд, в который включают как приобретение способности dialectus, так и, что более важно для демонов, приобретение имени и клейма рода, к которому он будет принадлежать.
– То есть, – задумалась Ди Мартинус, – у этого малыша нет ни имени, ни семьи? – кажется, ее голос погрустнел.
– Да, – кивнул маг, – безродный безымянный бес, – и хмыкнул, – что может быть хуже?
– Эй, – прошипел снова зелёный демоненок, – я готов заплатить вам, если вытащите меня! Что у вас в ходу? Золото? Алмазы? Кони? Я могу всё устроить!
Стелла хихикнула.
– Учитель, этот бес такой смешной, – улыбнулась она милой улыбкой, – что он говорит?
– Наверное, проклинает нас, – пожал плечами маг и взмахнул рукой в пространстве, вырисовывая идеальный круг. – Малый огненный шар, – произнес он название техники, и фаербол сорвался с его руки, влетев в клетку, врезался в плечо демона…
– А-а-а! – заверещал зелёный малец.
– Учитель! Что вы делаете?! – возмутилась Стелла.
– Успокоил его адскую тираду, – ровным тоном ответил Штрук, – ничего ему не будет.