Демон

Парсиев Дмитрий

— Она занята, — бросаю на ходу и быстрым шагом иду к выходу, вот только мой ответ вольному демону не нравится. Вот прямо сильно не нравится.

— Как ты смеешь, низший! — орет вольный демон и цапает меня за грудки.

Мирно сидящие демоны все как один подскакивают, роняя на бок пластмассовый столик и бросаются на меня. Я не успеваю ничего сообразить, как оказываюсь на полу с заломленными за спину руками, а мои, сука, новоявленные соплеменники пинают меня по ребрам. Вольный орет, брызгая слюной, о том, что низшие совсем распоясались.

—

На улицу его, — приказывает вольный, — Забить плетьми, как собаку!

Демоны подхватывают меня под руки и тащат к двери. Капец, я приплыл. Сейчас эти клоуны будут тупо забивать меня насмерть из-за пары слов. Но в этот миг подключается Кукла.

— Обожаю таких брутальных мужчин, — голос ее полон такой сексуальной хрипотцы, что тащущие меня демоны сбиваются с шага и роняют мое тело на пол.

Кукла подходит к вольному демону, цокая каблучками так, что от этого цоканья даже мои перепуганные колокольчики начинают отзываться возбужденным звоном. Кукла проводит ладошкой по лицу вольного демона, припадает щекой к его гусарской груди, что-то волнующе шепчет. Вольный плывет, как теплый воск, и дополнительную достоверность сходства с горящей свечой добавляет потекшая из угла его рта струйка слюны.

— Ради вас, госпожа, я готов на все, — вольный снова включает гусара и небрежно бросает остальным демонам, — Всыпьте ему десяток плетей и оттащите в казарму, — и тут же снова переключает внимание на Куклу.

Глава 3

Демоны выволакивают меня на улицу и бросают в грязный подтаявший снег. Начинают переругиваться, получив приказ всыпать мне плетей, быстро обнаруживают, что плети ни у кого из них нет. Вообще-то, если верить системному описанию, плеть есть у меня и даже «огненная», правда, я ее пока ни разу не доставал, и в текущем положении считаю, доставать не стоит.

Один из демонов предлагает блестящий компромисс, припомнив, как его самого однажды отдубасили черенком от лопаты. Однако идея развития не получает, ни лопаты, ни даже черенка от нее, у них тоже не обнаруживается. Тогда демоны пускают в ход то, что есть при себе всегда, начинают пинать меня ногами. При чем считать их, сука, явно не учили, а если и учили, то учителя их тоже не носили с собой ни плетей, ни лопат, и элементарный счет в этих недоумков не вколотили. Количество пинков по моим бокам сильно превысило предписанный вольным демоном «десяток».

«Вы получили ушиб тупым предметом, 4 ед. урона поглощено способностью силовой доспех, 3 ед. урона поглощено способностью каменная кожа, итоговый урон — 1ед… вы получили ушиб… итоговый урон — 2 ед… итоговый урон — 0 ед… итоговый урон — 1ед…» Вот значит, как работает мой силовой доспех. Урон держит хуже щита, зато закрывает все тело, а главное невидим, невесом и руки не занимает. По-моему, неплохо.

— Чо, хватит что ли? — наконец, осведомляется один из демонов.

— Да, точно хватит, — соглашается другой.

В этот миг из здания выходит вольный демон с Куклой

под ручку. Бросает удовлетворенный взгляд на мое извалянное в грязи тело и довольно лыбится.

— Сколько плетей всыпали, низшие? — спрашивает строго.

— Ровно десять, вольный, как вы и приказывали, — не моргнув глазом врет демон.

Но вольный уже утратил интерес к моей экзекуции, он вовсю обхаживает Куклу.

— Прошу вас, госпожа… осторожно, госпожа, здесь скользко, позвольте я вас поддержу, — при этом поддерживать он старается Куклу исключительно за сиськи.

— Ой ну что вы, — манерничает Кукла, — Такие хлопоты из-за меня…

— Да какие хлопоты… сейчас доставим вас в расположение, так сказать, нашей скромной военной части… вот там вы почувствуете настоящую заботу… — обещает вольный, — Докатим, так сказать, на лихом кучере… да с ветерком… да в карете с резвым жеребцом.

Вольный выходит на проспект, что раньше был полностью забит машинами, а теперь снова чист, и неожиданно громко свистит в четыре пальца. С парковки выезжает и подкатывает к крыльцу повозка. В качестве кучера сидит сонный хоббит в дохе, вместо жеребца запряжен ослик, да и карета больше телегу напоминает. Однако качество транспортного средства вольного не смущает. Он подсаживает Куклу на телегу, откровенно лапая ее за зад, а затем забирается сам.

— В «Котлы», — бросает вольный, и сонный хоббит видимо в курсе местонахождения названного географического объекта. Ничего не сказав, трогает поводья. Ослик на удивление резво выкатывает повозку на проспект и, грохая подкованными копытами, удаляется.

— Э-эх, какая суккубочка, — мечтательно говорит один из демонов, провожая взглядом повозку.

— Не борзей, низший, — осаживает его другой, — Такая суккуба даже вольному не по рангу. К лейтенанту отойдет, не меньше.

— Вот именно, низший, — поддерживает еще один, — Ты в кости выиграл, так вали. Тебе и так смачная шлюха достанется.

Выигравший в кости демон спохватывается и уметывается в здание универа. Трое оставшихся помогают мне подняться на ноги и даже отряхивают.

— Мне кажется, тот низший смухлевал, — говорит один демонов, косясь на дверь универа, — Помните тогда, мы тоже в бордель пошли, у нас денег тоже на один талон хватало, и он тоже выиграл.

— Не, то другой был. Того твари из метро разорвали.

— Все равно смухлевал, надо ему темную устроить, — по-прокурорски упрямится демон.

— Это можно, — соглашаются демоны.

— Пошли что ли, низший, — это уже ко мне обращаются.

— А что за Котлы? — спрашиваю на ходу.

— Так поселение наше называется, — отвечает демон и ностальгически вздыхает, — А ты кто таков, коли не знаешь «Котлов»?

— Да я… это… — судорожно подыскиваю ответ, — … мне по башке крепко дали, память потерял… несколько месяцев на чер… — я осекаюсь, выдавать «чердак» нельзя.

— Чего? — переспрашивает демон.

— В подвале провалялся несколько месяцев, а потом та суккуба меня нашла и вытащила.