Демон
Шрифт:
Просторная комната, большую часть которой занимали недописанные картины, все еще напоминала о своем былом богатстве. Отделка полов и стен говорила о внушительной ренте. Вид из окон дополнял эту картину. Что же касается мебели, то ее было слишком мало для того, чтобы здесь могла проживать семья, но слишком много для одного человека. Кровать, на которой спал Мольбрант, занимала дальнюю часть комнаты, возле стены напротив многочисленных высоких окон. Иногда, приходившая к Мольбранту девушка, любила открывать их. Ей нравилось, как свежий воздух ласкает ее обнаженное тело. Мольбрант казался ей превосходным любовником. Не слишком оригинальный, зато
Карина Фелаева, так звали приходившую к нему девушку, каждый раз покидая его квартиру, никогда не говорила точную дату, когда она придет снова, и это даже нравилось Мольбранту. Ее визиты всегда были неожиданностью. Она могла прийти через пять дней или же через пять недель и никто, даже она сама, не знал, когда ей захочется снова посетить Мольбранта. Единственное, в чем она была постоянной - время ее визита. Она никогда не приходила утром или днем, если ее не было вечером, то ночью ее тоже можно было не ждать. В остальном, она делала то, что нравится ей. Капризная и эгоистичная, с бронзовой кожей, слишком чувствительной к холоду. У нее были глубокие темные глаза, внимательный взгляд которых смазывал красоту ее лица. Лишь когда она засыпала, Мольбрант мог позволить себе рассмотреть ее, изучить, ощупать пристальным взглядом художника. Он никогда не хотел ее нарисовать. Она была слишком обыкновенной для картины. Он смотрел на нее, когда она спит, чтобы запомнить, как выглядит эта девушка и не забыть ее лица, когда она уйдет.
Сегодня Карина не спала. Она лежала рядом с Мольбрантом и курила сигареты, купленные для нее Мольбрант. Это было тем немногим из длинного списка неофициально составленного Карина, как неоговоренное условие, что только при выполнении этого, она будет приходить сюда. Некоторые пункты Мольбрант добавил лично от себя. Например, гели для душа и средства женской гигиены, которые он убрал в ящик над раковиной в ванной. Карина не оценила это внимание, но и отказываться от дополнительных бонусов не стала.
– Открой, пожалуйста, окно, - попросила она.
Ее отрешенный взгляд проследил за Мольбрантом. Карина не знала, нравится ли ей его обнаженное тело. Возможно, оно обладало слишком правильными пропорциями, чтобы воспринимать его, как что-то живое. Высокий, идеально сложенный, с развитой естественной мускулатурой - иногда он напоминал Карине нефритовую статую, выполненную в человеческий рост рукой скульптора, поставившего себе целью изобразить идеал человеческого тела.
– Ты никогда не хотел написать свой автопортрет?
– спросила Карина.
– Нет.
– Почему? У тебя очень красивое тело.
– Нет.
– Мой первый парень гордился своим телом, - сказала она, прикуривая следующую сигарету.
– Он даже фотографии мне дарил, где он по пояс голый, - она улыбнулась, вспоминая оставшиеся в прошлом моменты своей жизни.
– Ты помнишь свою первую девушку?
– Не очень, - Мольбрант нахмурился, пытаясь вспомнить лицо той, первой, с которой он вкусил плотскую любовь.
– Она была намного старше меня.
– Мой первый парень был тоже старше меня, - Карина снова улыбнулась, повернулась на бок, разглядывая лицо Мольбранта.
– Сколько тебе было лет, когда ты впервые переспал с женщиной?
– Шестнадцать.
– А ей?
– За двадцать.
– Ты был влюблен в нее?
– Это был
– Тебе понравилось?
– Я был напуган.
– Ты боялся, что у тебя не получится?
– Я боялся, что она увидит мои картины и станет смеяться.
– Ты хорошо рисуешь.
– Поэтому, я и боялся.
– Ты боишься до сих пор?
– Страхи проходят.
– Это хорошо, - Карина поднялась с кровати и начала одеваться.
– Мне пора, - сказала она, стоя к Мольбранту спиной и убирая в сумочку купленные для нее вещи.
– Ты не дашь мне еще немного денег?
– спросила она, пересчитывая те, что лежали на тумбочке.
– В следующий раз.
– Хорошо.
Карина небрежно натянула юбку, зная, что Мольбрант наблюдает за ней. Деньги, которые он давал ей, она не считала платой за секс. Мольбрант тоже так не считал. Это была просто небольшая финансовая помощь, подобная той, когда один друг, у которого есть деньги, помогает другому, у которого этих денег нет. Карина приходила к нему раньше, не получая денег, так почему сейчас, она должна смущаться его помощи, списывая это на плату за ее тело и компанию.
Она ушла, помахав ему на прощание рукой.
Какое-то время он лежал на кровати, закрыв глаза, все еще чувствуя запах ее духов и сигаретный дым, который так долго не выветривался после ее визитов. Поднявшись с кровати, Мольбрант выбросил скопившиеся окурки и сунул грязную пепельницу под струю горячей воды. Он вернулся в комнату, сдернул черную тряпку с недописанного холста и замер, разглядывая рисунок, продолжая восхищать окружившую его пустоту своим обнаженным телом.
Лизавета Степченко пыталась заставить себя быть осторожной. Она отправила сестру со своими детьми на прогулку в парк аттракционов, убедилась, что муж задержится на работе, выбрала себе в качестве алиби неизвестный никому солярий на окраине города, но заставить себя перестать волноваться перед встречей с Глебом Гуровом, она не могла.
Лизавета пришла в квартиру сестры чуть раньше назначенного срока. Постелила купленное по дороге белье, чтобы потом, когда эта встреча закончится, выкинуть его в мусорный бак. Она выключила телефон, чтобы случайный звонок не побеспокоил их. До назначенной встречи оставалась четверть часа.
Лизавета вышла на балкон и позволила себе впервые за последнюю неделю выкурить сигарету. Она жадно втянула в легкие дым, надеясь, что дрожь пройдет. От попавшего в кровь никотина закружилась голова. Лизавета подумала, что нечто подобное она испытывает при виде Дерека. Подобно сигаретам он - яд, отказаться от наркотического воздействия которого не так просто, даже зная о последствиях. Он слишком умен и слишком порочен. Лизавета вспомнила Дарью Козыреву. Как же она ненавидела эту женщину! Ненавидела за то, что она встала у нее на пути, сначала уложив в свою постель ее мужа, а теперь, возможно, и Дерека. Лизавета снова затянулась сигаретой. Руки по-прежнему дрожали. Дерек. Как он смог устроить встречу Груббера и Дарьи? Да. Это был он. Лизавета не сомневалась ни на секунду. Она попросила его помочь, думая, что он сможет унизить и растоптать Дарью, но он пошел дальше в своей изощренной игре. Он растоптал Дарья в глазах Роберта и показал Лизавете, что она ничуть не хуже своей соперницы. Кому уделял внимание и делал комплименты Ганс Груббер? Ей - Лизавете. А с кем он решил утолить горечь от невозможности покорить желанную женщину? С этой подстилкой Дарьей.