Демон Жалын
Шрифт:
– Купсах, атакуй его! Сбоку или в лоб – но атакуй!
Купсах посмотрел на Лотара, который стоял всего в десятке шагов, как на полоумного, но вдруг замер на миг, окинул цепким взглядом расстояние до противника и принялся крутить руль в противоположную сторону.
Лотар склонился над Сухметом:
– Если ты не сделаешь этого теперь, мы все погибнем. Давай, и без ошибок… У нас нет времени на ошибки!
Старик поднял руку в успокаивающем жесте, в его глазах появился огонек понимания.
– Я знаю, господин мой, все будет хорошо. Иди на носовую баллисту, скорее всего у нас будет всего один
Лотар осторожно отпустил восточника, но тот не упал на палубу, а просто оперся на посох. Жесты его стали тверже, он снова колдовал.
Лотар бросился на нос. Но тут хозяйничали Бостапарт и Рамисос, и он не стал им мешать. Сейчас они могли справиться с делом не хуже, чем он. Пожалуй, даже лучше, – они это уже проделали несколько раз, и на редкость удачно. И теперь понимали, в чем опасность, но были уверены в своей победе. Приглядевшись к ним, Лотар только буркнул:
– Сухмет сказал, что будет только один выстрел, не промахнитесь.
На закопченном от грубого фитиля лице Рамисоса появилась улыбка.
– Тогда нужно подойти ближе.
– Мы подойдем очень близко, в этом вся суть. Только не промахнитесь.
– Если они подпустят, – сказал Бост, готовясь прицелиться.
– Они попытаются не подпустить, но ошибутся, – сказал Лотар.
И тут началось. Он и сам не мог бы определить, что это за чувство, но знал, что это то самое. Сначала они все словно оглохли – пропали все звуки, потом весь мир вокруг стал туманным, неясным, будто растворялся в прозрачной воде, таял, как медуза под солнцем. Потом звуки вернулись, но Лотар был убежден, что их корабля уже не видно. Потом…
Все даже замерли на мгновение – настолько это было неожиданно. Вокруг фойского корабля прямо из воздуха вдруг возникла цепь бесчисленных кораблей, как две капли воды похожих на «Летящее Облако» . Они все атаковали, изготовившись к стрельбе.
Пожалуй, решил Лотар, Сухмет перестарался – их тут не меньше полусотни. Их нельзя было отличить от настоящего, даже сам Лотар ошибся бы в этом сумраке, доведись ему напороться на такую вражескую уловку. Своим магическим зрением он видел у носовой баллисты каждого из этих кораблей-призраков себя, Рамисоса, Боста… поврежденное правое крыло… пробитую неведомо как левую скулу корпуса…
Фойский корабль попытался стрелять во все стороны разом. Сначала он пальнул из трех своих баллист в те фантомы, которые были ближе других. Фантомы, как полагается, лопнули с тихим, механическим треском. Потом около носовой баллисты появился джанский монах. Он зорко осматривался вокруг, пытаясь различить, где настоящий враг, а где замаскированная пустота.
Лотар присмотрелся к нему. Монах был высок, умен и великолепно тренирован бесчисленными медитациями, но он не был воином и не сразу понял, что хитрость тут сложнее простого колдовства, – ближайшие фантомы не могут быть реальным противником, ведь тогда случайный выстрел наугад может поразить настоящее «Летящее Облако» , а искать нужно среди тех, кто подойдет позже, когда фойские стрелки окончательно запутаются.
– Бост, бей в носовую баллисту. Если можешь, чуть за нее, где лежат все бочки с вендийским огнем.
Бост усмехнулся жесткой, почти каменной улыбкой:
– Я
Лотар покачал головой:
– Хоть сейчас и не тренировка, но забудь о мести. Иначе можешь ошибиться.
Бост вдруг выпрямился и церемонно поклонился. Теперь он полностью владел собой, и Лотар понял, что не промахнулся.
– Прошу простить меня, и спасибо за помощь.
Все-таки, может, они и переборщили с этими восточными трюками, решил Лотар. Но как быть, если все высокое воинское искусство совершенно лишь на Востоке? В любом случае тут чувствуется рука Сухмета.
Один из фантомов врезался в фойский корабль и лопнул, как будто в него попала огромная стрела. Второй фантом тоже достиг цели и лопнул, не причинив никакого вреда противнику.
– Будь готов, Бост.
Юноша кивнул, не отрываясь от прицела. Он замер, слившись со своим оружием воедино. От «Летящего Облака» до противника осталось не больше сотни саженей, потом футов пятьсот, триста…
– Рано, – посоветовал Лотар.
Фантомы уже беспрерывно натыкались на фойский корабль, который продолжал наугад бить во все стороны из своих трех баллист. И все-таки фантомов стало настолько меньше, что в действиях монаха появилась осмысленность. Он научился понимать, какой из кораблей – призрак. И даже пару раз указал рукой, чтобы скорректировать цель для стрельбы. Лотар отчетливо видел, что он идет по кругу и скоро упрется взглядом своих узких темных глаз в настоящее «Летящее Облако» …
До противника осталось футов двести, потом сто пятьдесят… Вдруг глаза монаха расширились. Он испугался, заверещал что-то, схватил за руку офицера у баллисты…
Но тут Бост спустил рычаг, и бочонок с давно коптящим фитилем почти по прямой прочертил линию в воздухе в сторону монаха. Промахнуться было невозможно. Лотар повернулся к юту и закричал, взмахнув рукой:
– Купсах, отваливай!
Теперь нужно было так уйти от врага, чтобы не попасть под огонь двух других баллист, которые еще некоторое время могли стрелять…
Но опасность уже миновала. Насмотревшись, как горящие корабли бьются об воду, фойский галеот, едва получив удар, стал резко снижаться. Он даже не пытался продолжать бой с «Летящим Облаком» . Капитан, видно, давно решил спастись любой ценой, даже ценой трусости.
Когда стало ясно, что никто с этого корабля в них больше стрелять не будет, Лотар посмотрел на последний фойский галеот.
Тот шел вперед на полной скорости. Он собирался уничтожить этого коварного и ловкого врага, отомстить за смерть товарищей. И не намерен был повторять их ошибки.
– Ну вот, – сказал Лотар, ни к кому особенно не обращаясь, – а с этой громадиной придется сражаться мне.
Глава 24
Превратив руки в крылья, Лотар стал отращивать еще небольшие крылышки на ногах. Конечно, он не мог ими взмахивать в полете, но они были незаменимы для уверток в воздухе. Он давно придумал этот вид трансмутации, еще когда сражался с волшебником Перегрином, который любил превращаться в огромного и свирепого мастодонта и топтал деревни, небольшие городки и поля фермеров.