Демон Войны 2
Шрифт:
— Даже если придется заключить сделку с дьяволом? — тихо поинтересовался я и хищно ухмыльнулся, перехватывая пулемет поудобнее и усаживаясь на колено. Во мне, конечно, дури много, но так-то меня система характеристика обделила. Прицельно стрелять с пулемета с рук не получается. Хотя не удивлюсь, если тот же Десант сможет делать это играющи.
— Бля, да за такие игрушки, я стану самым ярым демонопоклонником, — оскалился десантник, подхватывая щит и крутанув меч в руке. Судя по всему, собралась критическая масса протестующих. Что ж, почему-то вспоминается старый анекдот, который я некогда услышал.
Идет
Вот и мы сейчас выступали в роли жесткого решения проблемы несанкционированного митинга. Жаль, конечно, что я без брони. Если камни метать начнут, то будет больновато. Впрочем, Десант это тоже приметил и шагнул поближе, готовясь прикрывать меня щитом. Все-таки, основная огневая мощь в моих руках.
— Свалите по-хорошему! — внезапно выкрикнул кто-то из толпы.
— Предлагаю вам аналогичный выбор, — отозвался я. — Даю десять секунд на размышление. Десять, девять…
Толпа пришла в бурление и стоило мне досчитать до трех, как народ ринулся к нам. Ну что ж, они сами выбрали смерть. Как говорится, мирного решения не будет.
Пулемет загрохотал так, что у меня вновь заложило уши. Что-то совсем туго со слухом становится. Надо бы постоянно активные наушники таскать. А то, чего это я, Пушистику главное заказал, а себя обделил.
— Пушистик! Добивай, раненых! Чтоб никто не выжил! — проорал я, почувствовав азарт.
Лавина людей сначала замерла, когда я совершил первый перенос по сектору, выкашивая сразу с пару десятков человек, а затем и вовсе бросилась на утек. Кто-то испугался грохота, но куда больше народу испугалось того, что после первых же секунд стрельбы, на земле оказалось с пару десятков тел. Довольно урчащая лисица, прижившись к земле, на четвереньках рванула меж тел, выпустив когти и вскрывая глотки тем, кто пытался подняться, дергался или отползал.
— Как же ахуенно, — восхищенно прошептал Десант, когда я продолжая расстреливать ленту, принялся выкашивать уже убегающих.
Практически не бронированные тела гопоты валились на брусчатку как тряпичные куклы. Кому-то отрывало конечности, кому-то сносило часть головы, кто-то и вовсе в миг лишался одного из органов. Я прекрасно видел, как какой-то молодой парнишка, развернувшись на месте и пробежав лишь пару метров, тут же рухнул навзничь, складываясь пополам. Пуля пробила ему позвоночник, попросту переломив его скелет на две части.
Будут ли они приходить ко мне во снах? Да нет конечно же. Список моих личных пожатых душ уже переваливает за несколько тысяч, и что-то пока так никто и не пришел. Но возможно это особенности моего отношения к работе. Мне ведь попросту пофиг. Я выполняю свою задачу и выполняю ее хорошо. Поэтому я живой, а около семи десятков гопников, мертвые.
Подаватель дошел в сухую, ознаменовав конец ленты. Пустая цепочка звеньев, представлявшая собою кусок ленты на двадцать-пять, спокойно упала к моим ногам, где лежало уже три такие.
— Хорош, — десантник отставил щит и убрав меч в ножны, лишь похлопал. — Ты че, маг оружейный какой-то? Такой расход бэка. Мое
Я глянул на счетчик и невольно поморщился, всего семнадцать душ. Это кто умер сразу. Остальных добивала Пушистик. Ну, хотя бы можно надеяться на ее очередное преображение.
— Пушистик! Давай быстрее, осмотри тела, деньги и драгоценности в мешок, а дальше… Дальше ждем патруль. Слышь, Десант, смотри, я сейчас тебе кое-что скину. Если хочешь такие игрушки, то подтверждай, понял? — Аккуратно поднявшись и все еще пошатываясь после столь длинной очереди, я разложил сошки и отставил пулемет на них.
Прикрыв глаза, я постарался максимально сосредоточиться на контракте с Десантом и на его условиях. Выходило так себе, но типовой контракт в итоге выглядел так.
'Демон Войны Бес предлагает (раса, класс, позывной) контракт покровителя.
Покровитель обязуется предоставлять вооружение, экипировку и боеприпасы, в соответствии с количеством направленных ему душ, полученных с убийства разумных противников…'
Дальше шло описание подводных камней, договор о том, что контрактор и покровитель не могут причинить друг другу вред и прочие демонические нюансы. Я даже вписал организацию демонического алтаря, который решил обозвать оружейной комнатой, где должно храниться предоставленное мною оружие. Вместо молитвы, чистка и смазка оружия. На счет этого я даже проконсультировался с Крысюком. Он поржал, но дал свое согласие, мол, так можно делать. Контрактор ведь все равно будет тебя вспоминать, пока оружие будет чистить. Так что все в плюсе.
Предложив десантнику договор, я ожидал чего угодно. Что он задумается, что начнет торговаться, что пошлет меня нахрен, но вместо этого, он лишь усмехнулся и сразу же подтвердил, став первым членом моей паствы.
— И что, даже не изучил договор? — я удивленно приподнял бровь.
— А что ты мог там такое понаписать, что мне бы не понравилось? — усмехнулся Десант. — Тебе выгодно заиметь меня в товарищи, а значит козлить не будешь. То, что ты демон, я еще в банке срисовал. Потому что одет как опытный легионер, а ходишь со стволом, который у тебя давным-давно должен был потеряться. Этот мир не шибко любит огнестрел. Словно кто-то на божественном уровне все регулирует. Я вот тоже, призвался, когда, был с табельным Макарычем. И знаешь, что произошло? Он рассыпался в труху, когда я вытащил его из кобуры! А твой Ярыгина вполне спокойно в руки взял. А сейчас ты вообще пулемет хрен пойми откуда высрал… Да еще и лиса твоя демоническая его спокойно таскает!
— Понятно. Остальные, кого ты привел, в курсе, что я… ну, того… — я невольно поморщился. Не хотелось так в открытую представляться.
— В курсе, но ничего против не имеет. — он согласно кивнул. — Я его уже предупредил, что ты не совсем обычный…
— В смысле, ЕГО? — возмутился я. — Ты че, только одного авантюриста притащил?
— А ты думал, тут дохрена наших братов будет? Бес, опомнись, здесь в принципе русских мало, а чтобы еще и с боевым прошлым. Ты критерии отбора-то снизь. Сюда в основном всяких задротов и диванных борцунов тащит. Ну еще школьников японских. Вот этих тут как листьев сакуры во время цветения, — он философски изрек. — Заманали эти узкоглазики. Всю работу отнимают.