Демон внутри

Арис Юрий

Нас предупреждали, что в озере сидит демон, но мы не поверили, что это действительно так. Он там, поверьте! Это огромная хищная тварь, которая не просто убивает прикосновением. Самая страшная сила этого демона заключается в том, что он может проникать в наши тела. Неважно, какой волей мы обладаем, это не может быть защитой. Это паразит, от которого нет спасения.

Именно поэтому я предпочитаю умереть. Когда я закончу запись, я войду в озеро. Я хочу, чтобы демон видел, как я умираю, и понимал, что он не смог полностью подчинить меня. Это будет моя победа над ним.

Я очень прошу того, кто читает эти строки: уничтожь его.

Таких чудовищ нужно уничтожать, а не исследовать. А озеро это, пусть и уникальное, высушить до последней капли, потому что теперь это общая могила для самых близких моих друзей и для меня.

Меня звали Григорий Емельянов, мне было 26 лет".

***

Прочитав это, я почувствовал себя опустошенным, но закрыть дневник все еще не мог: к записи прилагалась фотография. Видимо, одна из тех, на которых он заснял демона...

Фотография была вовсе не такой четкой, как хвалился этот Гриша, создавалось впечатление, что у фотографа дрожали руки. И все же я мог различить на снимке сияющую гладь воды, испуганно сжавшуюся девушку и темный силуэт у нее за спиной. Только это была не огромная голова со щупальцами или что там описывал этот двинувшийся эколог. Это была фигура, напоминающая человеческую, но только больше, с шипами, плавниками, длинным хвостом...

Это был Кархародон.

Я отбросил от себя дневник, будто бумага ужалила меня. Уверенность в моем сумасшествии крепла, и это не могло не пугать.

Я и забыл, что утратил свои способности, поэтому голос Оскара, прозвучавший совсем близко, заставил меня подпрыгнуть на месте:

– Кароль!

Он стоял шагах в десяти от меня, вид у Оскара был очень серьезный, даже мрачный.

– Зачем ты пришел?

Мне казалось, что зверь первой серии видит меня насквозь; возможно, он сохранил свои способности и теперь понимал, что я не в себе.

– Я... за тобой...

Можно подумать, сам бы я не нашел дорогу в лабораторию! Но мне туда нельзя, я слишком опасен. Если я в таком состоянии причиню вред Лите, даже смерть будет недостаточным наказанием.

– Пошел вон, не до тебя сейчас!

– Ты должен... Она зовет...

Лита... Зовет, конечно, мы с ней черти сколько не виделись! Но я не могу вернуться.

– Потом приду, убирайся!

– Она сказала... Знает, что происходит...

Вот оно как. Я столько времени пытаюсь разобраться, и ничего! А она отсиделась в лаборатории, в тепле, и каким-то образом узнала, что тут происходит!

Я почувствовал крепнущее раздражение. Что-то я их избаловал. Совсем уважение потеряли!

– Уходи, или я заставлю тебя!

– Не заставить, - Оскар спокойно сложил руки на широкой груди.
– Не... можешь...

Я был в ярости: это я-то не смогу?! Да сколько раз я его побеждал! Пора кое-кому преподать урок!

Я вскочил на ноги и кинулся на Оскара. Он и не думал убегать, только напрягся, понимая, что я не шучу и схватки уже не избежать.

С самого первого движения я почувствовал, что со мной что-то не так. Мои удары были очень быстрыми по человеческим меркам, но бесконечно медленными - по звериным. Я двигался без своей обычной грации, необдуманно и неуклюже. Самое страшное заключалось в том, что я прекрасно все это понимал, но ничего не мог поделать с собственным телом, оно просто не слушалось меня!

Мое нападение на Оскара было примитивным и грубым, как прыжок неразумного детеныша. Естественно, зверь первой

серии без труда ушел от атаки, но сам пока не напал, что разозлило меня еще больше.

Это ведь я научил его так двигаться! Зверей, которых я считал своими друзьями, я лично учил сражаться. Это давало им определенное преимущество и существенно повышало шансы выжить на задании. Среди этих зверей были Оскар, Цербер, Титан, Алтай и Лино, которому, впрочем, мои уроки не помогли.

Не работали мои инстинкты, не работала способность чувствовать ауру - ничего не работало! У меня осталось только мое сознание и грубая физическая сила, даже скорость замедлилась. Создавалось впечатление, что кто-то сдерживает меня изнутри. Неужели демон сумел попасть и в меня? Бред, Кархародон не обладал такими способностями!

И все-таки... Я ведь считал, что он мертв! Может, он способен не большее, чем я от него ожидаю? Но почему он тогда сдерживает меня? Наверное, Оскар тоже на его стороне. Да и не удивительно, подчинить зверей первой серии всегда было проще, чем сломить меня!

Я все равно нападал, отчаянно, изо всех сил, хоть и знал, что ничего не выйдет. Долгое время Оскар просто уворачивался, надеясь, что я успокоюсь сам. Это меня унижало и злило до бесконечности.

Наконец зверь первой серии сообразил, что мои атаки так просто не прекратятся. Удар был простым и сильным: одно небрежное движение его хвоста отозвалось вспышкой боли во всем моем теле, заставило меня отлететь далеко назад, к скоплению камней. В другое время я бы с легкостью избежал такой атаки или, по крайней мере, приземлился бы более удачно. Но теперь мое собственное тело было против меня!

– Хватит...
– покачал головой Оскар.
– Ты не сможешь... Не победишь...

– Почему?
– я чувствовал кровь во рту, но это не от внутренних повреждений; я просто прикусил язык.

– Он не даст...

– Кто? Демон?

– Нет демон... Ты... Другой ты...

По идее, такой ответ должен был смутить меня, но не смутил. Я сразу понял, кого Оскар имеет в виду.

Я давно уже знал, что у меня есть две половины: человеческая и звериная. Звериная половина большую часть времени дрыхла где-то в глубине моего подсознания, пока однажды не подставила меня: именно это моя часть подчинилась зову стаи. Тогда человеческое сознание оказалось на грани гибели и только чудом спаслось.

С тех пор я всегда считал зверя внутри себя своим врагом номер один. Еще бы, ведь он мог претендовать на мое тело! Мне казалось, что я полностью контролировал его, но я ошибся. Это он все это время был внутри меня, он подавлял мои силы и мешал сражаться с Оскаром!

Но почему?

Оскар подошел поближе, чувствуя перемены в моем состоянии. Я уже не злился на него, я окончательно запутался.

– Оскар, что здесь происходит? Это все демон?

– Нет демон, - нахмурился Оскар.
– Здесь никого нет...

Мои способности вернулись так резко, что было больно. Однако благодаря им я смог понять, насколько же Оскар прав.

Здесь и правда никого не было. Ни демона в озере, рядом с которым мы находились, ни в лесу, ни во всей долине. В этом месте не жили животные, сюда не залетали птицы. Но чей крик тогда слышали люди?

У меня не было времени разбираться с этим, потому что вместе с моими способностями вернулась и моя связь с Литой. В этот момент я почувствовал, что моя смотрительница на грани гибели.