Демон под диваном
Шрифт:
Какая разница, все смертные на одно лицо.
Пока дожидались полицию, Фурундарок очаровал всех присутствующих. Он вел себя как образцовый младенец – не плакал, не кричал, не мочился под себя. Всем улыбался и радовался, кушал просроченный йогурт и пил молоко, за которым сбегала Лариса Павловна.
– И ведь кто-то же бросил такого малюточку! – возмущалась Клара Борисовна. – Ути-пути мой слядький! А кто тут у нас такой халёсий?.. А кого тут сейчас поцелуют?..
Фурундарок засмеялся, с интересом размышляя, какова эта женщина на вкус. Выглядит аппетитно –
Он невольно облизнулся, но тут же закрыл рот, пока никто не заметил зубы. Пластиковый стаканчик из-под йогурта есть тоже не стал, хотя вообще-то Фурундарок любил пластиковые стаканчики.
А тут и полицейский явился. Местный участковый, лейтенант Елизаров. Он выслушал историю находки, озадаченно крякнул и стал осматривать и ощупывать Фурундарока.
– Ну вроде младенец как младенец... – пробормотал он. – Вроде травм нет, чистый, не плачет... Месяц ему где-то?..
– Даже меньше, может быть, - влезла Нинель Зиновьевна. – У меня внучке меньшенькой сейчас месяц как раз – она покрупней чуток.
– Умгу, ясно... То ли подбросили, то ли потеряли... место странное, конечно. Впервые вот на моей памяти. В классе, под партой... эм... а это что?..
Участковый уставился на живот Фурундарока. На его двойной пупок.
– У него что, два пупка? – изумилась Лариса Павловна. – А я и не заметила...
– Мутация, наверное, - заявила Клара Борисовна. – Экология-то сейчас сами знаете какая. Это американцы наверняка на своих базах рядом с нашими границами опыты ставят.
– Может, учителя биологии позвать? – предложил директор. – У него кто там сейчас, одиннадцатый «А»?..
– Да незачем, - отмахнулся участковый. – Ну что, я его в перинатальный центр доставлю первым делом... а то мало ли. Потом в опеку сообщу. Криминалиста вызову, кинолога... будем искать, чей он. Это же вы его нашли... м-м-м?..
– Лариса.
– Ага. Ну мы вас вызовем потом, свидетельские показания дать. Хорошо? Там еще присутствовал кто-нибудь?
– За партой дети сидели, брат и сестра. Померанцевы, Денис и...
– ...Полина, - закончил участковый. – Вот я даже не удивлен почему-то. Ладно, мы с этим всем потом разберемся, а сейчас я просто ребенка отнесу, а потом начну все, что полагается.
Выйдя из кабинета, участковый вздохнул. Потерявшийся ребенок – это всегда головная боль. А уж если это месячный младенец – тут вообще караул.
Младенцы редко теряются. Их, бывает, выкидывают – по разным причинам. Но это обычно сразу после родов. С таким случаем Виктор Елизаров уже однажды сталкивался.
Бывает, что их крадут. Про тех же цыган слухи ходят очень упорные. С этим, правда, Елизаров сам пока что не сталкивался, но на его участке цыган и нету.
А вот чтоб младенец просто обнаружился под школьной партой, голышом... нет, надо точно расспросить Померанцевых. Строго расспросить. Полицейское чутье настаивало, что без них тут не обошлось. Хотя, конечно, похитить где-то младенца и притащить его в школу – чересчур даже для этих двоих... но любые другие варианты еще менее вероятны.
Фурундарок
И этот местный стражник еще и очень неловко его держал. Нес на вытянутых руках, как горшок с мочой. Фурундарок поначалу даже попытался ему намекнуть, что так дело не пойдет, что нужно проявлять хотя бы минимум уважения, если удостоился чести держать демолорда... но стражник намеков не понимал.
Тогда Фурундарок хмуро посмотрел на него и пробасил:
– Тебя что, никогда не учили правильно держать младенцев?
– Какого... – выпучил глаза участковый.
– Отпусти меня.
– Ты что за х...
– Все, ты мне надоел, - отрубил Фурундарок.
И проглотил участкового. Просто открыл рот – и втянул одним глотком.
– Товарищ полицейский, подождите минуточку!.. – донесся запыхавшийся голос.
Фурундарок приземлился и приветливо ухмыльнулся бегущей женщине. Вот она правильно его держала.
Лариса страшно удивилась, увидев его сидящим на полу в одиночестве. Она подхватила Фурундарока на руки и пробежала с ним по коридору, окликая участкового, но тот, понятное дело, не ответил.
– Да твою мать, - растерянно произнесла учительница. – Это нормально вообще?
Вернувшись в учительскую, ответа она не получила. Никто понятия не имел, с чего участковый вдруг бросил младенца посреди коридора и куда-то ушел.
– Прямо мистика, - развела руками Нинель Зиновьевна.
– Не мистика, а безответственность, - отрезала Клара Борисовна. – Они все такие. Никому ничего не надо, никого ничего не волнует.
И она выдала обычную свою тираду, костеря пропавшего лейтенанта и всю полицию разом. Потом – правительство и президента, которые в данном случае были вроде как и ни при чем, но все равно заслуживали порицания.
– Совсем общество прогнило! – подытожила Клара Борисовна.
И с ней даже и не спорили. Поступок участкового удивил всех ужасно. Директор морщил лоб, но так и не придумал ему убедительного оправдания или хотя бы объяснения.
– Странное что-то... – сказал он, снова позвонив в полицию. – Они там тоже не могут связаться с лейтенантом, у него телефон вне зоны...
– Ну и что делать тогда? – спросила Лариса. – Может, я его пока домой отнесу? Я тут рядом живу, вон в том доме. А часов после четвертого у меня сегодня нет.
– Ну... давайте, - согласился директор. – Я тогда к вам направлю... ну... тех, кто приедет... если приедет. Куда все-таки участковый-то делся?..
Возвращаться в класс Лариса не стала. Сразу понесла подкидыша домой. Она его нашла и внутренне ощущала себя ответственной.
К тому же он так внимательно на нее смотрел... Как будто прямо все-все понимал.
И прижимался так, словно успел полюбить.
Жила Лариса на шестом этаже обычной высотки, в однушке-малометражке. Тесная, зато в собственности – это уже немалого стоит. Спасибо родителям, разменяли семейную трешку, чтоб дочь могла жить самостоятельно.