Дело одержимого убийцы
Шрифт:
Даша отрицательно помотала головой.
— Ну и зачем оно тебе нужно-то? — продолжала уговоры Марина. — Всё равно давно растаяло уже там всё внутри. Откроешь упаковку — а там мерзкая липкая жижа. Я тебя лучше чем-нибудь нормальным покормлю, пока деда ждем.
— А что у тебя есть? — оживилась девочка.
— Что у меня есть? — принялась вспоминать Марина. — А! Ну вот бутерброды есть. С сыром. И бананов пара штук.
— Не люблю бананы, — помотала косичками Даша. — Я мясо люблю. И мороженое.
С этими словами она решительно
— Вот ведь гадость какая! — расстроилась девочка. — Точно ведь растаяло!
— Что, на слово никому не верим, да? — усмехнулась Марина. Они уже подходили к самой двери подъезда, на третьем этаже которого и был их офис. — Вон урна у дверей. Выкидывай своё сокровище и пойдем отмывать одежду.
Даша прицелилась и швырнула липкий пакетик в урну. Он, естественно, перелетел и смачно шмякнулся перед самой дверью.
— О, прелестно, — оценила Марина. — Теперь первый же, кто выйдет…
Договорить она не успела — в подъезде один за другим бухнули два выстрела, а через несколько секунд дверь распахнулась. Выбежавший человек наступил точно на липкое пятно, нелепо подлетел, взметнув ноги выше головы, и с размаху грянулся об асфальт. Следом выскочил отчего-то полуголый Валуйский с дымящимся пистолетом и коршуном накинулся на упавшего.
— Ничего себе… — только и смогла сказать Лещинская.
— Ты его задержала? — спросил вышедший из дверей подъезда Горячев. — Ну нюх у тебя, просто удивляюсь. А я-то всё не понимал, чего ты так настаивала, чтобы девочку на базу доставить.
— Я его не задерживала, — открестилась Марина. — Это всё Даша. Большой специалист по использованию мороженого в боевых целях Дарья Кузнецова немедленно надулась от гордости.
Глава 8
— Красиво меня уделали, конечно, — весело признал Краснов, садясь на кресло верхом. — Меня и Серегу. Одного не учли — нас тут целая банда, и все один другого стоят. Да еще и девочки всякие мороженым кидаются, против такого вообще не попрешь. Это как Аннушка, которая разливает масло — поражающий эффект примерно тот же. Фатум, понимаешь.
— Я лично вообще ничего не помню, — признался Скрипка. — Очнулся на лестничной площадке, от того, что тошнит меня ужасно и под лопаткой ноет. Какая-то дрянная полоса пошла в жизни, с обильной потерей физиологических жидкостей — то, понимаешь, потею, то кровью асфальт замарываю, теперь вот вообще, пардон, всю лестницу заблевал…
— А я так и не поняла, что у него был за план, — сказала Марина. — Вернее, вы объясняли, но у меня какой-то совершенно нечеловеческий тупняк. И я ничего не соображаю толком.
Накормленную и клюющую носом Дашу забрал генерал-майор Кузнецов еще полчаса назад, и у Марины словно кончился завод. Ее дело было сделано, а прочее окружающее воспринималось уже как-то размыто и в единую картинку складываться
— Объясняю популярно, — сказал Краснов. — Это был хитрый и умный план, не удавшийся только потому, что враги не знали — кроме меня и Скрипки, у нас водится еще целый эскадрон других лихих джедаев. При прошлом покушении врагу досталась майка Сергея, пропитанная его потом и кровью. Вряд ли ее снял этот несчастный метатель баллонов, которого сейчас Игорь с Николай Василичем допрашивают, скорее — тот второй, который колдует.
— А, их двое? — поняла Марина.
— Да, — кивнул Краснов, откусывая разом половину банана. — Ых жвое… прдон.
Он сделал паузу, прожевал и продолжил:
— Их двое. Хозяин и его верный пес на поводке. Одержимый и тот, кто им командует. И они придумали неплохой план: колдун сковывает меня прямым магическим поединком — уж в чем-в чем, а в этом я совершенно точно не силен, и он это знал. Одновременно он использовал какую-то мощную дрянь, работающую на крови — скорее всего, вудуистский ритуал — чтобы завладеть телом Сергея. А на лестнице уже ждал идущего на заклание Серегу его «верный пес» с ножом и бомбой… или с чем там?
— С самодельной бомбой из газовых баллончиков для зажигалок, — ответила Лена. — Он ее выронил, как только наших доблестных ментов увидел, и сразу задал стрекача. Всё-таки газ, прав был Николай Васильевич насчет способа покушения… Но нож у него тоже имелся, это да; на всякий случай, надо полагать.
— Из-за чего меня отпустило-то, интересно? — задумчиво поинтересовался Скрипка. — Если ритуал на крови, то это чертовски сильная дрянь, особенно в исполнении специалиста — а против нас специалист, в этом можно не сомневаться. Не должно было оно так резко взять и кончиться. И тошнота всего лишь… хилые какие-то последствия, обычно всё гораздо печальнее в таких случаях.
— Иголка? — спросил Краснов у Сочиной. Та неторопливо кивнула.
— Ага, — сообразил Сергей. — То-то у меня так под лопаткой болит.
— Последний подарок от Розы, — улыбнувшись, сказала цыганка. — Мощная вещица. И увидеть, и изгнать злых духов с ней можно, и еще, подозреваю, по-всякому ими командовать. Изучать еще и изучать мне ее.
Дверь в комнату отдыха, сейчас служившую допросной, открылась, и наружу выбрался Горячев. Старший следователь по особо важным делам устало присел на подоконник под форточкой и закурил.
— Как оно, Николай Васильевич? — спросил его Краснов.
— Пустышка, я бы сказал, — затягиваясь, ответил Горячев. — Не наш профиль. Тут психиатр нужен. Девяносто девять процентов, что именно этот пассажир и совершил все убийства — но он заявляет, что давно страдает выпадениями сознания и не помнит, что делал в какие-то моменты своей жизни. Часто приходит в себя в других, мол, городах, со следами странной деятельности, а то и крови вокруг — но списывает это всё на «злую силу», которая им временами овладевает.