Дело Кольцова

Фрадкин Виктор Александрович

Сталин, безусловно, знал цену показаниям и методы их получения у допрашиваемых. И я думаю, что судьбы людей, на которых выбивали «компромат», зависели не от того, в чем их якобы уличали, а только от мнения о них самого Сталина, а может быть, иногда и от его сиюминутного настроения. Так это или не так, можно только предполагать. Во всяком случае, если судить по материалам «Дела» Кольцова, то все люди, которые, по версии следствия, были соучастниками Кольцова по «шпионской» и «антисоветской» деятельности, не были арестованы. В том, что Сталин читал показания Кольцова — можно

не сомневаться. (Вспомним то, что со слов Фадеева написал Симонов). Есть и еще одно: в тексте «Дела» очень многое подчеркнуто, есть и несколько ремарок. Я не сомневаюсь, что «подчеркивать» и писать что-то в «Деле» не мог ни один из работников НКВД, включая и Берию, зная, что это дело будет читать Сталин. Скорее всего, Сталин решил, что эти люди пока могут ему быть полезны, и он отдал приказ: «Нэ трогать!» А если он передумает, то в архиве НКВД «вечно хранятся» показания на них — «доказательства» их «преступной деятельности», которые всегда можно пустить в ход. И не имело никакого значения, что Кольцов, Бабель и Мейерхольд отказались от своих «признаний».

Читая в «Вечерней Москве» рубрику «Расстрельные списки», я обратил внимание на сроки, в течение которых «расследовались» дела, — от момента ареста до расстрела. Как правило, это от двух до четырех месяцев. Кольцов провел во внутренней тюрьме на Лубянке почти 14 месяцев, Бабель — почти 9, Мейерхольд — около 7. Такие сроки следствия бывали только у тех, кого готовили к «показательным спектаклям» — так называемым «открытым процессам».

СЛЕДСТВИЕ ЗАКОНЧЕНО

1939 ГОД. ВНУТРЕННЯЯ ТЮРЬМА НКВД

ПРОТОКОЛ

Об окончании следствия 1939 года декабря «13» дня. Я, ст. следователь Следственной части

НКВД СССР Лейтенант Госуд. Без. Кузьминов рассмотрел следственное дело за № 21 620 по обвинению Кольцова Михаила Ефимовича в преступлениях, предусмотренных ст. 58 п 1-а и 11 УК РСФСР.

Признав предварительное следствие по делу законченным, а добытые данные достаточными для предания суду, руководствуясь ст. 206 УПК, объявил об этом обвиняемому, предъявил для ознакомления все производство по делу и спросил — желает ли обвиняемый чем-либо дополнить следствие.

Обвиняемый Кольцов М. Е. ознакомившись с материалами следственного дела в двух томах заявил, что дополнений не имеет.

Подпись обвиняемого Мих. Кольцов

Следователь следственной части НКВД СССР Кузьминов

«УТВЕРЖДАЮ»

Нач. Следчасти ГУГБ НКВД СССР Майор госуд. безопасности (СЕРГИЕНКО)

«15» декабря 1939 года.

Обвинительное заключение по делу УТВЕРЖДАЮ.

Дело передать для слушания в Военную Коллегию Верхсуда в Порядке закона от 1.XII.34 и.о. Главн. Воен. Прокурора 21. 1. 40

ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ По следственному делу № 21 620, по обвинению КОЛЬЦОВА М.Е. в преступлениях, предусмотренных Ст. 58 п. 1/а, 10, 11 УК РСФСР.

В НКВД СССР поступили данные о том, что КОЛЬЦОВ Михаил Ефимович, является участником право-троцкистской антисоветской организации и на протяжении ряда лет проводит активную шпионскую

работу.

На основании этих данных КОЛЬЦОВ М.Е. 14-го декабря 1938 года был арестован и привлечен к уголовной ответственности.

В процессе следствия по его делу установлено, что КОЛЬЦОВ М.Е. на путь борьбы против партии и советского правительства встал в 1932 году.

КОЛЬЦОВ М.Е. будучи допрошен по существу предъявленного обвинения виновным себя признал и показал:

«…Я виновен также в том, что в 1932 г. был привлечен РАДЕКОМ к антисоветской работе и в течение ряда лет снабжал германские разведывательные органы шпионскими сведениями.

Я виновен далее в том, что став на путь предательства интересов советского государства, я впоследствии в 1935–1936 г.г. дал согласие вести шпионскую работу и в пользу французской разведки и таковую работу вел» (л.д. 81–89).

Являясь агентом иностранных разведок, КОЛЬЦОВ М.Е. систематически снабжал последние шпионскими материалами. Признав это, КОЛЬЦОВ показал:

«Практически мое участие в этой шпионской группе выразилось в том, что я через МИРОНОВА сообщал агентам германской разведки ЮСТУ и БАСЕХЕСУ, работавшим в качестве корреспондентов германских газет, о различных известных мне неопубликованных распоряжениях правительства» (л.д. 90–102).

КОЛЬЦОВ также признал себя виновным в принадлежности к антисоветской заговорщической организации, существовавшей в Наркоминделе.

Признав это, КОЛЬЦОВ показал:

«Признаю, что я действительно скрыл свои связи с рядом участников антисоветской организации, существовавшей в Наркоминделе» (л.д.112–124).

Являясь участником антисоветской заговорщической организации в Наркоминделе, КОЛЬЦОВ проводил антисоветскую работу, направленную против мероприятий партии и правительства в области международных отношений.

КОЛЬЦОВ виновным признал себя полностью, а также изобличается показаниями арестованных: ЛЕОНТЬЕВОЙ Т.К., ЕЖОВА Н.И., ГЕНДИНА Е.А., ГИРШФЕЛЬДА Е.В., АНГАРОВА, САБАНИНА А.В., УРИЦКИЙ С., БИНЕВИЧ А.И., БАБЕЛЯ И.Э.

На основании изложенного — КОЛЬЦОВ-ФРИДЛЯНД Михаил Ефимович, 1898 года рождения, ур. г. Киева, из семьи кустаря-кожевника, еврей, гр-н СССР, писатель-журналист, в 1918–1919 г.г. принимал участие в белогвардейских газетах, быв. член ВКП(б) с 1918 г. по день ареста, до ареста член редакционной коллегии газеты «Правда»,

обвиняется в том, что:

1) с 1932 года являлся участником шпионской группы созданной РАДЕКОМ и проводил шпионскую работу в пользу Германии;

2) с 1935 года проводил шпионскую работу в пользу французской разведки;

3) с 1936 года снабжал шпионскими сведениями американского агента Луи ФИШЕР;

4) с половины 1935 года, является участником антисоветской заговорщической организации в Наркоминделе и проводил вражескую работу против мероприятий партии и советского правительства в области международных отношений; т. е. в преступлениях, предусмотренных ст. ст. 58 п. 1/а, 10 и 11 УК РСФСР.

Считая дело следствием законченным, а обвинение доказанным, руководствуясь ст. 208 УПК РСФСР

ПОСТАНОВИЛ: