Дело грусти

Волков Николай Владимирович

Ранее, подобное отношение было для нее не свойственно, но сейчас, привилегии ее ранга в гильдии не казались уже столь пустяковыми, и помогали хоть немного восстановить душевное спокойствие.

Наскоро перекусив в столовой, она вернулась в комнату, и застала растерянного духа, который боялся прикоснуться к ее вещам.

– Во имя Ока! Что ты здесь болтаешься?

Ее уставший разум не сразу нашел ответ, хотя разгадка до сих пор лежала в кармане брошенных ей в угол шорт,

наполняя комнату своим свечением. Несчастный дух боялся прикоснуться к столь мощной вещи как Печать, но, зная нрав Ильты, боялся и уйти, не выполнив поручение.

Тихо рыча на себя за недогадливость, Ильта порылась в ящике письменного стола и достала оттуда пару перчаток для работы с опасными реактивами. Натянув их на руки, она максимально быстро извлекла камень и сунула его в стол, после чего отдала духу шорты и приказала не появляться ей на глаза до тех пор, пока они не будут вычищены.

Повалившись на кровать, она отключилась в считанные мгновения.

Примерно через сутки, когда она проснулась, ее ждал очередной сюрприз.

Сюрприз сидел в виде одного из Высших Магов в ее кресле, и, в текущий момент, развлекался построением каких-то непонятных ей расчетов, пользуясь воздухом ее комнаты как тетрадным листом.

– Вон из моей комнаты – заявила Ильта, наведя на него пистолет.

– Прошу прощения, за такое вторжение, сударыня, но нам необходимо поговорить.

– Нам не о чем говорить. Я не разрешала вам войти, а эта комната является моей собственной, а не принадлежит Гильдии.

Маг спокойно свернул все свои записи в единый светящийся шарик, и спрятал его в карман.

– Сударыня, мне бы не хотелось прибегать к крайним мерам. Я пришел сделать вам предложение, которое вам стоило бы выслушать.

– Я сказала – «Вон из моей комнаты». Как вы думаете, эти слова имеют несколько толкований?

Маг улыбнулся.

– Разумеется, как и любые другие. Впрочем, вы еще слишком молоды, чтобы уловить подобное. Я буду ждать вас в заведении напротив здания Гильдии.

С негромким хлопком он телепортировался, а Ильта, наконец, смогла подняться и одеться.

На ее душе было погано. Хорошего самочувствия и настроения не прибавляло и то, что этот маг, столь бесцеремонно заявившийся к ней, чего-то хотел от нее. Впрочем, что именно он хотел, Ильта вполне могла себе представить, и даже удивилась тому факту, что Печать, небрежно закинутая в ящик стола накануне, до сих пор оставалась на своем месте.

Одевшись в темно-синие брюки, белую рубашку и натянув на ноги пару удобных туфель, она почувствовала себя несколько лучше, и собиралась было выйти из комнаты, когда в дверь постучали.

– Кто там еще?

– Завтрак – раздался голос Грома.

Ильта

открыла дверь.

– Входи, Гром. Как Шелти?

– Плохо – ответил Гром, внося поднос заставленный едой.

Слегка пооглядывавшись, он пристроил поднос на край стола.

– Все время плачет. Откуда у нее столько слез? А ты как?

– Тоже плохо. И еще хуже от того, что ко мне, пока я спала, заявился один из Высших.

– За Печатью?

– Да.

– Ты еще не отдала ее Дайрусу?

– И не отдам. Ни Дайрусу, ни кому-то еще. Она нам стоила жизни Сейса.

Гром нахмурился, и на его лице отразился тяжелый мыслительный процесс.

– Лучше отдать. Ильта, это плохая вещь. Из-за нее наш друг погиб.

Девушка соорудила себе сложную конструкцию из хлеба, мяса, сыра и овощей, и оглядев ее пыталась прикинуть с какой стороны будет лучше откусить.

– Все не так просто, Гром. Наш друг, погиб из-за Высших Магов, которым плевать на таких как мы с тобой. Я не хочу, чтобы Печать попала к ним.

– Тогда ее надо уничтожить.

– Ее нельзя уничтожить. По крайней мере – вряд ли ее можно уничтожить, не разорвав при этом весь мир на куски.

– Тогда спрятать.

Ильта куснула свой бутерброд, и, пытаясь его прожевать, сказала:

– У еня ет ни наний ы овмовнофти.

– Что?

Ильта проглотила еду и повторила:

– У меня нет ни знаний, как это сделать, ни возможности… К тому же, я теперь даже выйти из Гильдии не могу. На улице засел Высший.

– Значит отдай. От нее больше проблем, чем пользы.

Ильта принялась задумчиво жевать бутерброд, периодически поглядывая на Грома.

– А ты что здесь делаешь? – спросила она, наконец.

– Завтракаю с тобой.

– Нет, я имею в виду, почему ты еще в Гильдии? Почему не отправился домой?

Гром растерялся.

– Моим друзьям же плохо, а я должен домой ехать?

– Ты ничем здесь не поможешь, Гром. А вот проблемы у тебя из-за всего этого могут быть большие. Езжай домой.

На лице Грома появилось недоверие.

– И бросить тебя и Шелти?

– Шелти забери с собой. Я вам денег перекину, так что сможете безбедно жить.