Дело чести
Шрифт:
Спокойствие Рэдвика и его уверенность в могуществе своих нанимателей вызывало у Лада все нарастающее желание доказать, что он не намерен безвольно исполнять отведенную ему роль и собирается идти своим собственным путем.
Тем временем капитан баржи взволнованно считывал показания приборов.
– Их не два и не три… их двенадцать!
– Что? – Изумленный Рэдвик быстро подошел к нему. – Этого не может быть! Что за бред?!
– Сам смотри! Двенадцать! Линкор, корабли сопровождения и четыре эсминца! Если учесть, сколько каждый может нести истребителей,
– Не может быть, чтобы прислали столько… – задумчиво проговорил наемник, уставившись на обзорные экраны, которые показывали приближающуюся армаду, потом помолчал несколько секунд и спросил, не обращаясь ни к кому конкретно: – Но тогда кто же это?
– Адмирал Стюарт, – ответил на его вопрос Лад.
– Стюарт?! Но… откуда?
– Я пригласил, – невозмутимо сказал Каменев, хотя тоже был удивлен таким количеством кораблей. – Перед тем как прыгнуть сюда, я попросил одного человека отправить сообщение, что капитан Каменев будет там-то и тогда-то совершать набег на грузовое судно с ценным содержимым.
Зная ненависть адмирала к «убийце» его дочери, я не сомневался, что он прилетит.
Теперь на лице наемника стали появляться различные эмоции, а не только самоуверенное хладнокровие: искреннее удивление, кратковременная растерянность, затем упрямая решимость… Он посмотрел на Ладимира:
– Решил сыграть ва-банк? Рискнуть всем – своими людьми, кораблем, своей жизнью и ее… – Рэдвик окинул взглядом Валенсию. – Стюарт не посмеет ничего предпринять, пока у меня его дочь…
– Ты разве не понимаешь? – словно в удивлении вскинул брови Лад. – Адмирал думает, что его дочь умерла! И что я виновен в ее смерти. Вы ведь этого добивались? Так пожинайте плоды своих трудов. Ему нужен я. Теперь ты не сможешь торговаться. Для него я сейчас всего лишь совершаю очередной пиратский рейд. Через десяток минут баржа будет кишеть солдатами адмирала.
Рэдвик понимал, что Каменев говорит правду, и не знал, что ему предпринять. Ладимир сразу предложил свой вариант выхода из ситуации:
– Если ты сейчас отпустишь нас, то я дам слово, что не скажу о твоей причастности к похищению. Я позволю тебе и твоим людям уйти…
– Я могу просто пристрелить вас, твое тело предъявить адмиралу, сказав, что оборонялся… – продумывал возможные ходы Рэдвик.
– У моего помощника на стримкристалле сделана запись с подробным описанием всех событий. И приказ передать все Стюарту, если в течение десяти минут после появления в секторе его эскадры мы с тобой не уладим все вопросы. Я догадываюсь, о чем ты думаешь… разумеется, Стюарт не поверит моим словам, но на записи еще несколько человек, с которыми он может связаться и все проверить. Уверен на сто процентов, что эту баржу разберут до последней детали, чтобы опровергнуть или, наоборот, подтвердить услышанное.
Рэдвик никак не мог решиться на какие-либо действия, а время неумолимо уходило, и Ладимир продолжил:
– Ты боишься тех, кто тебя нанял, но выбор у тебя не слишком большой – умереть здесь и сейчас или пожить еще какое-то время.
– Вечно скрываясь и шарахаясь собственной
Лад пожал плечами.
– Наверняка тебе достаточно заплатили, чтобы ты смог найти себе хорошее убежище. – Капитан повернул голову в сторону, пытаясь увидеть наемника, находящегося у него за спиной. – Думай, Рэдвик. И быстрее, пока мой помощник не вышел на связь с адмиралом – тогда уже будет поздно.
Каменев не видел Валенсию, но чувствовал, что она сейчас смотрит на него. Ему хотелось сказать, что все будет хорошо, ситуация разрешится наилучшим образом и все благополучно закончится, но сейчас все его слова были предназначены только Рэдвику. От решения последнего – останется ли он верным своим хозяевам или прислушается к инстинкту самосохранения – зависела их судьба и жизни.
– Темные звезды!.. – негромко прорычал наемник, борясь с сомнениями. Наконец он решился. Сделав несколько быстрых шагов, Рэдвик подошел к Ладимиру, рывком развернул к себе и, склонившись к его лицу, спросил:
– Ты даешь слово, что не сдашь нас?
– Даю.
– А она? – Наемник, не оглядываясь, мотнул головой в сторону Валенсии.
Капитан посмотрел на возлюбленную через плечо Рэдвика, нашел ее взгляд и коротким кивком показал, чтобы она соглашалась на это условие.
Девушка сначала не ответила, и Ладимир даже подумал, что ненависть к похитителям пересилит в ней здравый смысл, но спустя несколько секунд Валенсия сказал:
– Хорошо, Рэдвик. Я даю слово, что не скажу отцу о вашей роли в моем похищении и буду целиком и полностью придерживаться версии, предложенной капитаном Каменевым.
– Но как же тогда вы объясните ее присутствие на моем корабле? – взволнованно спросил капитан баржи. – Что вы скажете, когда Стюарт спросит о том, кто виноват в похищении его дочери?
Рэдвик хищно сощурился, скосил на него глаза, потом распрямился, посмотрел на своих людей и коротким кивком указал на команду баржи.
Капитан судна сразу понял, что сейчас произойдет.
– Нет!.. – воскликнул он, прежде чем лучи прожгли его грудь. Остальные члены команды грузовика не успели даже вскрикнуть – наемники расстреляли их несколькими очередями. Они выполнили приказ своего предводителя быстро, четко, без колебаний. Через несколько секунд тела капитана и его матросов лежали на полу, от ран поднимался синеватый дымок, в рубке запахло горелой плотью и жженой материей. Пробитые лучами панели сканирующих систем добавляли ароматы расплавленной проводки и пластика.
В рубке наступила тишина, только потрескивали поврежденные приборы. Ладимир посмотрел на Валенсию, которая сидела, ошеломленная таким хладнокровным убийством, прижав пальцы к губам, и как завороженная не сводила глаз с убитых людей.
– Негодяи уничтожены, принцесса освобождена, все довольны… я прав? – Рэдвик посмотрел на Каменева, потом на девушку. – Госпожа Стюарт, я прав?
Она убрала руку от губ и молча смерила наемника испепеляющим взглядом.
Лад ответил за себя и за нее: