Дело антикваров
Шрифт:
– Но она же с нами…
– Да у нее другого выхода нет! И что ты намерен делать?
– Не знаю. Поеду, поговорю, что там и как.
– Смотри, тебе решать… А с другой стороны, дело громкое – в прессе постоянно пишут. Если вытащишь ее, будет большой плюс тебе! Ну что, на связи?
– На связи. Я сейчас поеду туда, поговорю, а потом позвоню. Кстати, мы ее досье не выбросили?
– Что ты! Все на месте! В архиве лежит, я только вчера перебирал.
– Но я ведь часть документов вернул…
Я быстро вышел из офиса, сел в машину и поехал в Следственный комитет.
На втором этаже, войдя в шестнадцатый кабинет, я увидел парня лет тридцати, который сидел за компьютером. Он махнул мне рукой и показал на стул. Мы поздоровались.
– Я адвокат. Слушаю вас!
– Вот какое дело, – следователь протянул мне заявление. – Я вчера был у нее в следственном изоляторе, она меня срочно вызвала. Цветкова просила, чтобы я с вами поговорил и чтобы вы снова стали ее защитником.
– А какая у нее мотивация? – спросил я.
– Какая может быть мотивация, господин адвокат? Человек попал в беду, просит помочь.
– Но у нее же был адвокат Марычев…
– Она от него отказалась, написала заявление.
– И что?
– Марычев был у нас сегодня утром. Он сказал, что Цветкова находится в возбужденном состоянии, даже в какой-то мере неадекватна в поведении, поэтому он считает, что заявление написано сгоряча, и не хотел бы с ней расставаться.
– Так пусть не расстается! Я-то тут при чем?
– Женщина волевая, упертая… Она нам не поверит, что вы отказались.
– И что же вы мне предлагаете?
– Я предлагаю вам поговорить с ней в следственном изоляторе один на один. Если захотите отказаться – откажетесь, но объясните ей причину сами.
– Но почему такие сложности?
– Да она нас жалобами завалит, что мы не обеспечиваем ей защиту должным образом. Я заранее это предвижу, – сказал Виталий Николаевич.
– Ладно…
В этот момент раздался звонок стационарного телефона. Скачков снял трубку.
– Да, пришел… Да, здесь… Хорошо, сейчас зайдем…
Я понял, что он говорит обо мне.
– Вот еще какое дело, – продолжил Виталий Николаевич, положив трубку, – звонила руководитель нашей следственной группы, Ирина Георгиевна, она хотела бы с вами переговорить. Пойдемте, тут рядом, в конце коридора…
Я встал и пошел за следователем. Вскоре мы оказались возле двери, которая была последней по коридору. Виталий Николаевич постучал и спросил:
– Ирина Георгиевна, можно?
Получив утвердительный ответ, он обернулся ко мне:
– Проходите. А я вернусь в кабинет.
Я вошел в кабинет руководителя следственной группы. Взглянув на женщину, которая сидела за столом, остолбенел. Передо мной была Ирина Комарова – блондинка с голубыми глазами…
– Ну что же вы, господин адвокат, встали на пороге? – спросила Ирина. – Проходите, пожалуйста!
Я молча подошел к ней.
– Садитесь, пожалуйста! – официальным тоном продолжила Ирина. – Давайте знакомиться. Меня зовут Ирина Георгиевна Комарова. – Она подняла глаза к потолку, давая мне понять, что ее могут прослушивать.
– Очень приятно, Ирина Георгиевна, – включился я в игру.
– Вы в курсе, зачем вас сюда пригласили?
– Да, Виталий Николаевич мне рассказал.
– И что вы думаете по этому поводу? – Ирина опустила глаза.
– Честно говоря, ничего не думаю…
– Может быть, вам следует съездить в изолятор, переговорить с вашей клиенткой?
– С моей бывшей клиенткой, – уточнил я.
– Да, с бывшей…
– Хорошо, я съезжу. Вы допуск мне дадите?
– Конечно. – Ирина подняла трубку телефона: – Виталий, приготовь срочно бумагу начальнику следственного изолятора с просьбой выписать разовый пропуск для господина адвоката к Цветковой. Срочно, понял?
Я в шоковом состоянии сидел на стуле. Ирина тоже опустила глаза, как будто бы читая какие-то документы. Странная ситуация, подумал я. Мы знаем друг друга, мы любовники, а сейчас делаем вид, что едва… Она следователь, а я… Да, ситуация неординарная. Но надо как-то выходить из нее.
– Я, пожалуй, пойду к вашему помощнику… Только я забыл, в каком кабинете он сидит. Вы не проводите меня? – обратился я к Ирине, чтобы иметь возможность выйти из кабинета.
– Конечно, – Ирина поднялась, – пойдемте, я вас провожу.
Как только мы вышли из кабинета, я оглянулся по сторонам и взял ее за руку.
– Ира, что происходит? – спросил я тихо. – Почему ты здесь?
– А почему я не должна быть здесь? – ответила она так же тихо. – Я веду это дело.
– Но раньше ты мне этого не говорила!
– Я же не могла разглашать служебную тайну.
– И что теперь мы будем делать?
– Не знаю, тебе решать. Я к этому делу прикомандирована приказом и, в отличие от тебя, отказаться не могу.
– Ну а мне-то что делать?
– Думай сам. Только помни – если ты возьмешься за это дело, у нас с тобой должны быть сугубо официальные отношения.
– То есть?
– Я все сказала.
– Значит, мы не будем встречаться?
– А как ты себе представляешь наши встречи? На период следствия – не будем.
– А сколько еще будет следствие длиться?
– Очнись, пожалуйста! Мы с тобой сейчас не любовники, а официальные лица. Ты адвокат, я следователь. И мы не можем с тобой быть… Ты подумай и прими решение. – Ирина подвела меня к нужному кабинету.