Делия
Шрифт:
***
– Может, в раздевалку?.. А то еще мячом… У меня уже так было.
– Да хватит тебе, давай посмотрим на игру.
– Смысл?
– Мне нравится.
На уроке физкультуры наш класс играл с общеобразовательным – участвовали только сильные в футболе ученики, в основном парни, поэтому мы с Машей, профаны, могли спокойно отдохнуть на скамейке. Возможность легально не заниматься несказанно радовала меня – я с первых классов ненавидела физкультуру.
Большинство девчонок из нашего класса остались в раздевалке, а кто-то и вовсе умудрился сбежать домой,
За лето он возмужал и стал больше, чем раньше, похож на романтического героя: уверенная походка, стройная фигура, красиво выгоревшие на солнце волосы. Еще сохранившийся после лета загар очень ему шел – мне даже казалось, что он похож на суперзвезду.
Вероятно, на уроке математики он все так же жался и мялся у доски и выглядел глупо – это вряд ли добавляло ему привлекательности. Но спорт всегда был его стихией, и здесь-то он мог показать себя во всей красе. Я невольно восхищалась тем, как хорошо он играет: как быстро бегает, как ловко отбивает мяч, как яростно бросается в атаку – и поделом нашему гуманитарному! – и как увлечен происходящим. Глаза горят, взгляд напряженно-восторженный (вовсе не глупый!), лицо раскраснелось…
Хотя возможно, я была необъективна, потому что Маша с отвращением пробормотала:
– Свиньи.
– Ты о том, что «простой» класс обыгрывает наш? – переспросила я.
– Да плевать. Я говорю – парни. Бегают, орут…
– Они поглощены игрой, – возразила я.
– Нашли чем. Я вообще таких – не-е-е, бр-р.
– Не любишь тех, кто спортом увлекается?
– Ага.
– Ну, не все они тупицы…
– Да все.
– Ладно, – не зная, что возразить, довольно резко сказала я, и тут раздался громкий свисток и физкультурник крикнул:
– Все, звонок!
– Нет, ну подождите! – завопили мальчики из нашего класса (у всех – одинаково бешеные глаза, всклокоченные волосы, прилипшие к телу майки – да, зрелище то еще… может, Маша и права).
– Два-один в пользу восьмого «Б», – заключил учитель, и восьмой «Б» – общеобразовательный класс – запрыгал от радости.
– Йе-е-ес! – крикнул Гусев, вскинув руки вверх, и под мышками у него обнаружились огромные пятна пота.
Вопреки логике, вместо отвращения это вызвало у меня восхищение: надо же, какой молодец, так старался ради своей команды!
Кивнув на дверь раздевалки, Маша вскочила со скамейки и направилась туда нехарактерным для себя быстрым шагом – сильно, видимо, не терпелось уйти, – и я, с сожалением бросив еще один взгляд на Колю, последовала за ней.
«Когда теперь я с ним столкнусь? – угрюмо подумала я. – Может, почитать его расписание? Ага, и что – караулить его у кабинетов, как влюбленная дура? Нет, до такого я не дойду! Да и не влюблена я вовсе… так, нравится немножко…»
Я не хотела признаваться себе в том, что с начала нового учебного года мое прежнее чувство приобрело новые краски. Коля был небезразличен мне с шестого класса, но это было довольно спокойное увлечение – я вспыхивала, только когда думала о том, что ему могут нравиться другие. В остальном…
Теперь же все изменилось: я скучала по нему, все время надеялась встретить его в коридоре и опускала глаза, поймав его взгляд. Я коллекционировала все эти взгляды, все его слова, обращенные ко мне, – в основном это были «привет» и «здравствуй» – ну и что с того?
И как-то постепенно мои неясные мечты стали принимать более четкие очертания: в них Коля держал меня за руку, обнимал, целовал… да-да, я хотела всего этого, несмотря на то что ненавидела прикосновения. Это было совсем другое. Именно его я бы подпустила. И мне было бы не только не противно, но и приятно.
***
В раздевалке одна из девчонок попросила нас с Машей помочь ей найти упавшую серьгу. Сережка была крохотной, поэтому поиски затянулись, в процессе них выяснилось, что Маша проголодалась (а может, ей просто лень было ползать по полу?), так что мы отпустили ее в буфет. Я благородно осталась и нашла-таки серьгу. После этого впервые за долгое время я шла по коридору одна… и именно в этот момент мне улыбнулась удача.
Вернее, началось все не слишком удачно: я проходила мимо мужской раздевалки, и меня с размаху ударило открывшейся дверью. Схватившись за ушибленное плечо, я отскочила подальше и с негодованием воззрилась на «обидчика», но растерянно улыбнулась, встретив испуганный взгляд Коли.
– Оля! Извини, пожалуйста! – проговорил он взволнованно. – Сильно я тебя?..
– Пустяки… – пробормотала я, стараясь скрыть смущение.
– Слава богу! Прости еще раз. Понятия не имел, что ты здесь.
Ясное дело, что он понятия не имел, иначе, вероятно, не ударил бы меня дверью. Этого как раз можно было не говорить… а значит, он это сказал, только чтобы продлить разговор на несколько секунд! И искренняя тревога в глазах…
Я отогнала непрошеную мысль о том, что так реагировал бы любой нормальный человек. Нет! Я ему небезразлична! Боже мой…
– Все в порядке. – Осмелев, я вдруг добавила:
– Кстати, ты… твоя команда здорово играла. Поздравляю.
– Спасибо! – расцвел он. – Мы очень старались! Надеюсь, ты не в обиде, что мы обыграли ваших.
Ему важно, не в обиде ли я? Мне точно будет о чем подумать перед сном…
– Ну что ты. Вы определенно играли лучше. А я – за справедливость, – независимо отозвалась я.
В тот момент я чувствовала себя голливудской звездой с восхитительной непринужденной улыбкой и красиво развевающимися по ветру (?) волосами – хороша, уверена в собственной привлекательности и поэтому свободно и легко общаюсь с мужчиной своей мечты.
– За справедливость? – переспросил Коля. – Вот молодец. Уважаю.
В этот момент из раздевалки вышел парень из его класса, что-то ему сказал, и Коля немедленно отвлекся, забыв про меня. Поскольку логически наша беседа вроде бы завершилась, ожидать, пока он вновь обратит на меня внимание, было странно и неловко, поэтому, пусть и медленным шагом, я направилась к лестнице.
Это был самый приятный спуск в буфет за всю мою школьную жизнь. Я буквально порхала, я улыбалась, я даже не замечала здоровавшихся со мной знакомых.