Дельфания
Шрифт:
Константин утверждающе кивнул головой.
— Вот она-то и должна была все дело исполнить, а другие воры недалеко в кустах поджидали. Ее задача была мальчика прельстить чем-нибудь и отвести от пещеры.
— Так что же произошло, старче?
— Только она, женщина та, собралась отозвать сынишку твоего в сторонку, да исчез он. Прямо у нее на глазах растворился, — улыбнулся торжествующе Нектарий. — Вот уж испугалась она! — Старец вовсе развеселился.
Константин снова посмотрел на пустынника непонимающе, вновь он говорит о непонятном исчезновении, может быть, действительно не в себе старик? Подумал Константин
— Разум мой светел как никогда! — укорительно произнес Нектарий.
— Простите, старче, — извинился смущенный Константин, еще не привыкший к тому, что старец слышит его мысли.
— Не знаю, радость моя, как сказать тебе на ученом языке, чтобы ты понял? — Нектарий посмотрел на Константина в размышлении и продолжил. — В мире есть такие, как бы тебе сказать, тоннели, которые землю нашу насквозь пронизывают. Только тоннели те не в прямом смысле дырки в земле, а как бы отверстия во времени и пространстве. Через такие пустоты можно и на край земли попасть, и даже в другое время провалиться. В общем, спас Господь твоего сынишку и тебя, если бы тогда не попал он в этот тоннель, то погибли бы все.
— Где же сейчас, отче, сын мой?
— Вот этого не могу сказать тебе, радость моя, не знаю и не ведаю. Закрыто для меня знание это. Но знаю, что все с ним хорошо будет, позаботится о нем Маточка Божия, не волнуйся.
Константину стало мучительно больно от того, что он только что нашел сына и будто вновь потерял. И вдруг он почувствовал, что старец стоит рядом с ним, положив руку ему на плечо. Константин повернулся и посмотрел прямо в глаза Нектарию. А у пустынника в глазах стояли слезинки, которые поблескивали в свете огня. Нектарий внезапно сильно, до боли сжал своей сухой ладонью Костино плечо и дрожащим голосом произнес:
— А вот Машенька, голубица твоя, Костенька, погибла. — Константин застонал. — Улетела она, радость моя, в небесные обители, как лебедушка!
В пещере воцарилась свинцовая тишина.
— Так она не доехала до Казахстана? — прошептал Константин, чувствуя, что его тело холодеет от ужаса.
— Нет, Костюшка, сняли с поезда ее, лебедушку твою, и заточили в темницу.
Судорога прошла по телу Константина.
— А ты поплачь, радость моя, поплачь, — нежно произнес старец.
И Константин не выдержал и уткнулся в старца, пряча свое лицо в его волосах и листьях и давая волю слезам.
— Ты плачь, радость моя, а я тебе поведаю радостную весть, что родилась у тебя доченька — колокольчик, Аннушка, которая совершит много дел добрых и людям русским поможет годины трудные пережить. И путь укажет, как Русь-матушку возродить.
Константин еще долго всхлипывал, пряча в старце свое лицо. Наконец старец положил руки на голову Константина и сказал:
— Ну а теперь отдохнуть тебе пора, радость моя, устал ты от дорог и новостей. Усни, Костюшка, и пусть тебе приснятся сладкие сны.
После этих слов Константин вдруг почувствовал, что в его тело через руки старца вливается нектар неземного покоя и блаженства. Пещера закружилась в фантастическом вихре, и он мгновенно погрузился в глубокий, детский сон, и ему действительно снились добрые, светлые сны.
Нектарий подхватил паломника на руки и отнес на свое ложе. Потом заботливо
— Спи, Костюшка, радость моя, все пройдет. Все пройдет. Твоя жизнь только и начинается, а вот моя к закату приблизилась.
А потом вышел наружу и стоял под звездами, читая молитвы и перебирая четки. Пустынник уже много лет не спал, готовясь в последний путь, и сегодня этот путь стал настолько близким, что до него можно было дотронуться рукой.
Глава 12. ТАЙНА АФОНСКОГО МОЛИТВЕННИКА
Константин открыл глаза и не сразу понял, где он находится. Он осмотрелся вокруг и наконец вспомнил все: как он встретился с пустынником Нектарием, его откровения у очага, полные драматизма, с одной стороны, а с другой, вселяющие надежду. Ведь самое главное, его дети живы! У него родилась дочь Аннушка! — Слава Богу за все, — прошептал Константин.
Сейчас он чувствовал себя удивительно бодро и легко, ему казалось, что он долго-долго спал и за это время в его душе все улеглось, успокоилось и воцарилось некое подобие гармонии. Будто за время сна в нем произошли глубокие перемены, которые выровняли его внутренний мир, погасили шторма, переплавили тревоги, перемололи отчаяние. Это был просто волшебный сон, отметил Константин, если бы не он, то ему пришлось бы бороться с самим собой не один месяц, а возможно, и годы.
Он вдруг вспомнил, как пустынник Нектарий положил на его голову руки и как через них в его разум, тело, душу начал вливаться поток мира и блаженства. Нет сомнений в том, что Нектарий подлинно чудотворец, подумал Константин, недаром, видимо, он носит такое удивительное имя — Нектарий, что означает дающий нектар радости и умиротворения. Потом Константин подумал, что в тот первый вечер он так ничего и не узнал о старце, о его жизни и судьбе.
Константин продолжал лежать и размышлять обо всем, что с ним произошло. Снаружи в пещеру падал луч солнца, в котором летали маленькие, искрящиеся пылинки. Слышно было звонкое пение птиц, доносился аромат летних трав, благоухающих после ночи под горячими лучами солнца. Все это было для Константина ново и необычно, однако ему почему-то показалось, что все для него здесь до боли близко и знакомо. Будто он раньше уже здесь не просто был, но даже жил. Бывает такое, подумал Константин, попадаешь в совершенно новое и абсолютно незнакомое место, а кажется, что уже с тобой такое было. Что это? Да и старец Нектарий показался таким родным и близким, словно давно с ним знаком.
Вдруг размышления Константина были прерваны громким звериным ревом. Он вскочил с ложа, сбросил накидку и выскочил наружу, где его взору предстала удивительная картина. В десяти метрах от пещеры, посередине поляны сидел огромный медведь, а пред ним на корточках сидел Нектарий, уткнувшись головой в живот зверя. Константин видел Нектария со спины, одна медвежья лапа лежала на плече старца. И в первое мгновение Константину показалось, что медведь напал на Нектария и тот вырывается из его опасных объятий: Константин, ища глазами поблизости подручное орудие защиты, ринулся в их сторону, чтобы помочь освободиться старцу и прогнать зверя, но тут Константина остановил спокойный и громкий голос Нектария: