Делай Красиво
Шрифт:
— Сука, — взбесился Лихой. — Выродок, только развяжи меня, я тебе это припомню. Дохрена о себе возомнил, шкаф тупорылый?
— Так похоже? — невозмутимо спросил меня Сектор.
— Да. Это уже больше напоминает Лихого, которого я помню.
— Чтоб ты сдох, Рейн. Когда уже глубина тебя сожрет, везучий выродок?
— Не скоро, мы вроде как поладили с ней. Сектор, отойдем?
Мы сдвинулись чуть в сторону так, чтобы нас не было слышно, но чтобы при этом держать Лихого в поле зрения, а то вон как дергается, пытаясь освободиться.
—
— Да, ячейку сами открыли. Проверил.
Мне в руки перекочевал сверток плаща, в который были завернуты артефакты и остальные вещи. В номере борделя остался только походный рюкзак со всякой мелочевкой. Я кивнул, накинул плащ и принялся распихивать все по карманам.
— Что ты с ним сделал?
— Это наша семейная техника. Терапевтический прием называется Шатай-Болтай.
— Может, Шалтай?
— Нет. Главное не путай с детской игрой Болтай-Шатай.
— А в чем разница?
— В одном случае человек остается в сознании.
Я посмотрел в сторону пленника. Судя по тому, что Лихой еще шевелится, а это был терапевтический прием… Нет, не надо об этом думать. Это Сектор так шутит.
— А прием простой, — продолжал он. — А потому эффективный, переключает вязаным мозги на раз-два.
— Вязаным?
— Ну да. У этого типа Вязь, очевидно. Он же не в адеквате. Причем уже запущенная стадия, такое не вылечить.
— Ладно, с этим потом разберемся. Пошли.
Вернулись к Лихому, который недобро продолжал зыркать на нас исподлобья, прислонившись спиной к камню. Я сел прямо где стоял и посмотрел на него. Удивительное существо, походу, такие, как он, просто так не сдыхают.
— Где Зиндай? — спросил я.
Лихой открыл было рот, явно намереваясь сказать какую-то гадость, передумал, закрыл. Открыл снова, но так ничего и не сказал, просто отвернулся.
— Можем и по старинке, — пожал я плечами и щелкнул когтями. А затем одним резким движением вонзил их в землю прямо у него между ног.
— Расскажешь про Зиндая или мы проверим, насколько хорошо синтезатор плоти справляется с мелкими частями тела?
— Не знаю, — нервно сглотнул Лихой, не отводя взгляда от когтей, попутно пытаясь вжаться в камень. — Он мне не докладывает. Это я на него работаю, а не наоборот.
— Пока информации даже на сантиметр не набралось, — я начал перебирать когтями, будто бы паук подкрадывается к штанине. — Дай мне хоть что-нибудь?
— Его давно нет в городе, Рейн. Куда-то свалил, оставил на меня ямы, даже не сказал, когда вернется.
— Все еще мало, Лихой, — не останавливался я.
— Я ничего не знаю, — в голосе мужика прорезались панические нотки. — Он собрал большой отряд спиритов, взял самых сильных. И свалил глубиной.
— Может, просто ран в глубину?
— Не на десять дней же.
— Сдох?
— Нет, он именно свалил куда-то. Он заранее предупреждал, что его долго не будет.
— Куда именно? Когда будет?
—
— А кто тогда знает?
— Симба! Он теперь единственный барон. Он живет и работает в особняке барона Гидеона. Клянусь, больше ничего не знаю. Ты можешь мне верить.
— Вот еще, — усмехнулся я.
Достал гипнотический амулет и убедился, что эйба на активацию накопилось достаточно. На разок должно хватить, а большего и не надо. Достаточно проверить уже сказанное.
К моему удивлению, он даже не пытался сопротивляться и все подтвердил. Вряд ли причина в том, что он не боится Зиндая, скорее Лихой просто готов сдать кого угодно, лишь бы выжить.
К сожалению, все подтвердилось. Больше недели назад открылся спуск в глубину. В него нырнули самые сильные спириты города во главе с Зиндаем. Причем не просто спириты, а опытные дайверы. Даже рабов с собой почти не брали, разве что парочку парней покрепче.
Попытался расспросить про самого Зиндая, чтобы понять, какой он породы, но Лихой сам видел его всего два раза. Когда нанимался в команду и когда ему поручили присматривать за ямами, потому что больше некому.
— Бесполезный кусок мусора, — произнес я, качая головой. — Пошли, Сек, лишь настроение все испортил.
— А с этим что делать? — спросил варвар. — Добить?
— Да не трогай ты этот кусок говна, только измажешься. Сам подохнет скоро.
Я снял цепь и пошел первым. Варвар лишь хмыкнул и двинулся следом за мной. Хотелось просто добраться до борделя, помыться и затем лежать несколько дней. Варвару тоже, судя по виду. Но, несмотря на хромоту и общую усталость, он шел и улыбался, как ребенок. Большой, грязный, окровавленный, но это уже нюансы.
— Надо было добить, — произнес Сектор. — Ты слишком добренький для этого мира, босс. Ты силен, но недостаточно, чтобы быть настолько добрым.
— Знаю, я как раз над этим работаю, Сек.
— Вязаным нельзя верить, у них с башкой беда.
— Я и не верю. Как ты уже понял, мне нужен некий Зиндай, он один из местных боссов. И как ты слышал, о его местоположении знает другая важная шишка. Как думаешь, куда побежит Лихой прямо сейчас?
— Плакаться мамочке?
— Ну да, в каком-то смысле. Так что я очень надеюсь, что Лихой сделает так, что информация дойдет до нужных ушей. А после нашего показательного выступления в яме нас воспримут всерьез.
— И убьют.
— О, нет. Если я хоть что-то понимаю в людях, то Симба захочет прикончить меня лично. Глядя в глаза. Но все равно надо будет подготовиться.
— Так, а что с выигрышем в ямах делать? Зря, что ли, выносили эту шушеру и без добычи остались?
— Сектор. Запомни прописную истину. Есть всего три вида заведений, которые нельзя грабить. Букмекеры, бордели и церковь. У этих бизнесов всегда есть покровители, с которыми не стоит шутить.
— С казино и шлюхами понятно, а церковь тут при чем? Боишься гнева богов?