Делай Деньги

Пратчетт Терри Дэвид Джон

Мойст сидел за своим столом и притворялся сильно занятым, когда вернулся Стэнли, торопя войти мистера Криввса, самого известного и, в его 351 год, наверное, старейшего юриста в городе. Его сопровождали Сержант Ангва и Капрал Ноббс, о котором все шептались, будто он — секретный оборотень Стражи. Капрал Ноббс нес большую плетеную корзину, а Сержант Ангва держала резиновую кость-пищалку и время от времени рассеянно ею пищала. Дела улучшались, но как-то странно.

Обмен любезностями был не таким уж и любезным

из-за нахождения вблизи от Нобби Ноббса и юриста, который пах жидкостью для бальзамирования, но с этим было покончено. Мистер Криввс сказал:

— Я так понимаю, вы вчера были у Миссис Топси Роскошь, мистер Липовиг.

— О, да. Э, когда она была жива, — добавил Мойст и выругал себя и неизвестного автора письма. Он явно начал сдавать.

— Это не расследование убийства, сэр, — спокойно сообщила сержант.

— Вы уверены? В подобных обстоятельствах…

— Мы удостоверились в этом, сэр, — сказал сержант, — в подобных обстоятельствах!

— Так значит, вы не думаете, что это семья?

— Нет, сэр. Или вы.

— Я? — Мойст, как и следовало, открыл рот на такое предположение.

— Известно, что миссис Роскошь была тяжело больна, — сказал Криввс. — И похоже, что вы ей очень приглянулись, мистер Липовиг. Она оставила вам свою маленькую собачку, мистера Непоседу.

— И еще мешок игрушек, ковриков, клетчатых накидочек, маленьких ботинок, восемь ошейников, один из которых с бриллиантами и, о, кучу всяких других вещей, — добавила Сержант Ангва. Она опять пискнула резиновой костью.

Мойст захлопнул рот.

— Собаку, — сказал он глухим голосом. — Только собаку? И игрушки?

— Вы ждали чего-то еще? — спросила Ангва.

— Я даже этого не ждал! — Мойст покосился на корзинку. Она была подозрительно тихой.

— Я дал ему одну из его синих таблеточек, — услужливо подсказал Нобби Ноббс. — Они его ненадолго вырубают. На людей, правда, не действуют. На вкус как анис.

— Это все немного… странно, так ведь? — произнес Мойст. — Зачем здесь Стража? Бриллиантовый ошейник? И вообще я думал, что завещание читают только после похорон…

Мистер Криввс кашлянул. У него изо рта вылетела моль.

— Да, это так. Но, зная содержание ее завещания, я счел благоразумным поторопить Королевский Банк и разобраться с самыми…

Наступила очень длинная пауза. Для зомби вся жизнь — пауза, но сейчас, похоже, он подыскивал нужное слово.

— …Проблематичными актами завещания немедленно, — закончил он.

— Да, ну, я понимаю, что собаку нужно кормить, — заметил Мойст, — но я не думал, что…

— Проблема… Если ее таковой считать, вообще-то, в его документах, — перебил его Криввс.

— Что, плохая родословная? — предположил Мойст.

— Дело не в родословной, — ответил Криввс, открывая свой портфель. — Вы, может быть,

осведомлены о том, что покойный Сэр Джошуа Росокшь оставил один процент акций банка мистеру Непоседе?

Холодный черный ветер подул в сознании Мойста.

— Да, — подтвердил он. — Я знаю.

— Покойная миссис Роскошь оставила ему еще пятьдесят процентов. А это, по обычаям банка, означает, что он теперь новый председатель банка, мистер Липовиг. А он принадлежит вам.

— Стойте, животные не могут…

— О, могут, мистер Липовиг, могут! — возразил Криввс с правоведческим ликованием. — Существует масса прецедентов. Когда-то были даже осел, посвященный в духовный сан и черепаха, назначенная судьей. Очевидно, что в более трудных занятиях такое случалось реже. Например, ни одна лошадь еще не справлялась с работой плотника. Но собака в качестве председателя — это почти обычное дело.

— Это бред какой-то! Она меня почти не знала! — тут вклинился его разум со словами „Еще как знала! Она тебя раскусила, и глазом не моргнув!“

— Завещание было продиктовано мне прошлой ночью, мистер Липовиг, в присутствии двух свидетелей и врача миссис Росокшь, который объявил, что она, если уж не в теле, то точно в своем уме. — Мистер Криввс поднялся на ноги. — Короче говоря, завещание законно. Оно не обязано быть благоразумным.

— Но как он может, ну, председательствовать? Все, что он может сделать с любыми сидениями — это обнюхать ножки!

— Я предполагаю, что фактически он будет действовать как председатель через вас, — сказал адвокат. Со стороны Сержанта Ангвы послышалось пищание.

— А что случится, если он умрет? — спросил Мойст.

— А, спасибо, что напомнили, — сказал Криввс, доставая из портфеля документ. — Да, вот здесь говорится: акции распределятся между всеми оставшимися членами семьи.

— Всеми оставшимися членами семьи? Что, его семьи? Я что-то не думаю, что у него найдется хоть один!

— Нет, мистер Липовиг, — ответил Криввс. — семьи Роскошей.

Мойст почувствовал, что ветер стал еще холоднее.

— Сколько живут собаки?

— Обычная собака? — спросил Нобби Ноббс. — Или собака, которая стоит между кучкой Роскошей и очередной наживой?

— Капрал Ноббс, это было неуместное замечание! — быстро вмешалась Сержант Ангва.

— Извиняюсь, сержант.

— Кхем, — кашель мистера Криввса высвободил еще одну моль. — Мистер Непоседа обычно спит в апартаментах Управляющего в банке, мистер Липовиг. Вы тоже там будете спать. Это условие завещания.

Мойст встал.

— Я не обязан делать ничего из этого, — резко ответил он. — Я никакого преступления не совершал! Нельзя управлять жизнью людей из моги… Нет, ну, вы можете, сэр, тут проблем нет, но она не может просто…