Делай что должно
Шрифт:
Ольга сидела, бессмысленно ковыряясь в тарелке. Ей стало жаль Беллу, озорную, но, в общем-то славную. В последнее время она стала ловить себя на том, что все чаще в восхищении смотрит на Тилоса - как тот небрежно сидит у костра, опираясь спиной о дерево, вытянув скрещенные длинные ноги и закинув руки за голову, как грациозно и страшно убивает врагов в бою, как улыбается своей еле заметной улыбкой, даже не разжимая губ… А ведь она знает его без году неделя, что же говорить про Беллу? Ольга поклялась себе, что никогда больше не бросит на девушку косого взгляда. И одежда ее бесстыжая - наверняка
– Странный, это точно, - откликнулся Хлаш.
– Но ты сам подумай - куда ее отослать? Все его княжество пешком за пару часов пересечь можно. Кроме замка да домиков пахарей тут и нет ничего. Совсем отослать разве что. Ну да ладно, у нас и без нее проблем хватает. Скажите-ка мне, друзья, как вам наша сегодняшняя прогулка показалась? Что скажете?
– Кузня у них - это что-то!
– восхищенно покачал головой все еще смущенный Телевар.
– Молоты, небось, стопудовые, такими только подгорным великанам мечи ковать. А подковы отливают, ишь ты! Колдовство, одно слово.
– Магией там и не пахло, - возразил Заграт.
– Скорее, как на складе, в холодильнике. Это, как его… электричество. А еще пахло как от молнии. Не от этой, колдовской, - с его пальца сорвалась крохотная искра, - а настоящей, в грозу. Хотел бы я знать, как Тилосу ее приручить удалось?
– Если в каждом холодильнике столько мяса, сколько в первом, то на складе запас на сотню человек на пару лет, - задумчиво произнес Телевар.
– И наверняка этот погреб не единственный.
– Гараж, - робко подсказал Теомир.
– Столько повозок! Вот бы нам такую. Мигом бы до дома домчались, никакие жугличи бы не догнали.
– По степным кочкам на такой не поездишь, - хмыкнул Заграт.
– По лесу - тоже. Дорога нужна вроде местных. Но тот амулет, который кристаллы Силой заряжал, это да! Там в кристалл хорошо если сотая часть уходит, остальное в воздух рассеивается. Честно скажу, ребята: если он мне позволит в его лабораториях покопаться - никуда отсюда не уйду. За хлеб и воду работать буду, а не уйду. Самому-то ему с этим возиться без толку, раз магию не чувствует, а вот мне…
– Хотел бы я знать, что это за оружие - пулемет, - вздохнул Хлаш, аккуратно откладывая ложку.
– Пойдемте-ка подышим свежим воздухом на сон грядущий.
– Итак, - продолжил тролль, размеренно шагая по асфальтовой дорожке.
– Белла показала нам многое, но далеко не все, что могла. Но и того, что показала - вполне достаточно. Взять хотя бы оружие. Если патрон хоть чем-то походит на стрелу, то пулемет - это десница самой смерти. Один пулемет выкосит целую армию, а таких боевых повозок у них явно больше, чем одна, и наверняка такие же пулеметы установлены у торговых ворот - единственного прохода в долину, которым может воспользоваться армия. Горные тропы же никому, кроме местных, не известны и неприступны, так что взять долину штурмом не удастся никому и никогда. Осада тоже обречена - осаждающие вымрут от недостатка припасов раньше защитников. Местные любят князя, да и он их наверняка назубок знает, поэтому врагу не стоит надеяться и на предательство, и на подсыльных убийц. Нет, пока люди не научились летать как птицы, Серый Князь может сидеть и поплевывать в потолок.
– Скажи-ка,
– Не знаю, - пожал плечами Хлаш.
– Возможно, мы отсюда не уйдем. Так и останемся навсегда. Для вас всех, кстати, это наилучший выход. Куда вам идти? К жугличам в гости? Теомир с Ольгой нарожают детишек, Телевар их воспитывать будет… - Ольга с Теомиром одновременно вспыхнули, Телевар хмыкнул в усы.
– Тебе, Заграт, дома за вождя свои же башку оторвут, забыл? Впрочем, завтра утром мы с ним говорить должны, вот и спросишь у него самого.
– Да уж спрошу, не сомневайся, - угрожающе пообещал Заграт.
– Я не трус и не предатель, чтобы от своих бегать. Пусть даже и башку оторвут, но дома, а не здесь.
– Электричество… - пробормотал тролль, не обращая внимание на браваду орка.
– Пахнет молнией… Вот вам, кстати, еще одно. С прирученной молнией он бы кого угодно завоевал, никакие маги бы не спасли. А ведь не хочет. Бессмертен, могуч, но сидит как квочка в малюсенькой долине, только изредка прогуливается поразвлечься. Непрост этот парень. Если бы он против Майно пошел, я бы на того и медного гроша не поставил.
– Это еще почему?
– удивился Телевар.
– У Майно - империя на полмира, захочет - и оставшуюся половину приберет, а этот правит тремя тысячами землеедов, и то сбегает при первой возможности.
– Фантазии у Разрушителя маловато, - усмехнулся Хлаш.
– И подданные его уважают лишь потому, что боятся. Да и потом, ты слышал про пулеметы и молнию у Окаянного? Я - нет. А что сбегает - я и говорю, что непрост он. Только не развлечься он уходит, нет, а переговоры никому не доверяет. Очень правильный подход, кстати. Посланник обязательно что-нибудь да напутает, не так поймет, напортачит…
– Чего же все князья да цари сами не ездят?
– фыркнул Заграт.
– Много бы таких умных нашлось.
– Если царь едет собственной персоной, то это уже официальный визит, - терпеливо объяснил Хлаш.
– Свита, охрана, пиры, покушения… Огромные расходы и, в общем, не до переговоров. А простым посланником переодеваться да смиренно лишения в пути терпеть охотников мало. Опять же, посланника могут и казнить сгоряча, а еще кто-нибудь из родственников может озаботиться бандитов нанять, чтобы переодетому императору горло в лесу перерезать. Тилосу же глотку перерезать… хм… затруднительно, охранная дворцовая магия на него не подействует, да и вообще… Но вот на кой мы ему сдались, что он нас как нянька оберегал, этого я не знаю.
– Вот завтра сам у него и спросишь, теоретик хренов!
– мстительно откликнулся Заграт.
– Кстати, насчет предательства я бы не был так уверен. Сперли же у него огнеплеть. Ладно, вы как хотите, а я дрыхнуть пошел. Вдруг нас завтра отсюда вежливо попросят, так хоть отоспаться как следует на дорожку…
Ольга сама почувствовала, что у нее слипаются глаза, хотя даже солнце еще не село. Овраги, горы, огненные плети, самодвижущиеся повозки замелькали у нее перед глазами, голова закружилась, и она, чтобы не упасть, оперлась на плечо Теомира.