Дела земные
Шрифт:
— Ну, как говорится, кому суждено счастье, тому его не миновать. Только не задержимся ли?
— Не понял. Разве у нас нормированный день? — шутливым тоном спросил Касым.
— Да, столько дел надо успеть сделать сегодня. Завтра я еду на стройку.
— Завтра? — переспросил Касым. — А чего так рано?
— Хочу по пути заехать в аил, к родителям.
— Я поеду дня через три.
— Один? Тогда захвати с собой Сагынай. Она тоже хочет посмотреть на взрыв. Встретимся у мавзолея Манаса, это рядом с нашим селом.
— А чего бы ей не поехать с тобой? — улыбнулся
— Никак не уговорю, — отвечая на шутку, щелкнул языком Медер.
— Плохо уговариваешь, — сказал Касым и продолжил: — Хочешь, помогу тебе её похитить?
Медер улыбался, наверное, вспоминал Сагынай.
— Ну зачем мне ее похищать? Мы и так каждый день с ней вместе.
— Ай, койчу [4] ,— махнул рукой Касым, — у вас не разберешь…
…Остановились у перекрестка, пропустили пешеходов, сидели молча, а когда тронулись, Касым с напускным безразличием, как бы между прочим спросил:
4
Койчу (кирг.) — перестань.
— Ты что так ополчился против моего проекта? Не поздно ли?
Медер ждал этого вопроса, но дать сразу обстоятельный ответ не мог.
— Я не был готов раньше. Были сомнения.
— Но ведь поздно. Все уже давным-давно завертелось.
— Я так не думаю. Никогда не поздно указать па ошибку. Тем более, если она может обернуться бедствием.
— От твоих слов прямо мороз по коже. Что ты все кличешь конец света?
— Нет, я не кликуша. Но катастрофа возможна.
— Стихийная? От этого никто и ничто в мире не застраховано.
— Не стихийная, а получается запланированная, коль скоро мы догадываемся о последствиях.
— Ты настойчив, Медер, но не конкретен. Ты пугаешь тем, что якобы будет в необозримом будущем.
— Не столь необозримом.
— Через сто, через двести лет. Так ведь?
Медер согласно кивнул.
— А я думаю, что через сто лет, а может, и гораздо раньше с нашими темпами развития науки и техники люди придумают, как предотвратить возможные бедствия.
— А если не придумают? Это тот случай, когда мы должны думать за наших внуков.
— За внуков? — засмеялся Касым. — Ты женись вначале, «дедушка».
Шутка рассмешила обоих.
В кафе их обслужили быстро и без лишней суеты, видно было, что их здесь ждали.
— Медер, давай будем откровенны, — начал разговор Касым после того, как они выпили по пиале кумыса и оценили его мягкую и душистую терпкость. — Мы хорошо знаем друг друга и нам нечего ломаться или скромничать ложно. Я предложил остроумный и наиболее выгодный для данных условий проект возведения плотины. Его приняли восторженно, были аплодисменты, премии, благодарности. Я стал популярен, теперь я работаю над новыми заказами, короче, я на гребне волны… А ты, мой однокурсник, подававший надежды, пока, будем искренни, Медер, не раскрыл себя. Это не мое мнение, мне сказали, что так выглядит ситуация со стороны.
Что
— Но ведь это неправда, — спокойно возразил Медер.
— Повторяю, это не мое мнение. Но мне не безразлично, как думают о моем товарище другие. Говорят, что ты искал случай себя показать и как-то' утвердиться. И вот этот случай подвернулся. Случай, прямо скажем, сомнительный. Тебе следует быть осмотрительнее.
— Осмотрительнее? — переспросил Медер.
— Да, мой друг.
— Это неправда насчет моих комплексов неполноценности, — просто и без обиды сказал Медер. — Я не предполагал, что меня зачислили в неудачники. Мне наплевать, что говорят сплетники, главное, чтобы ты рассуждал правильно.
Касым ел шашлык и своим выражением лица давал понять, что он свое мнение высказал и его ни в чем упрекнуть нельзя.
Потом они пили кумыс и глядели на жизнь оживленного уличного «пятачка».
— Предположим, что верхний блок склона, отторгнутый трещиной, подвижен, — сказал Касым. — Пусть будет по-твоему: блок подвижен. Но ведь сдвиг минимальный…
— Но он есть.
— Мы забьем трещину бетоном, скрепим.
— Это будет как заплатка на старых штанах. Скала не монолитная, кроме основной, есть побочные трещины. Тем более нельзя в этом месте возводить плотину направленным взрывом — может произойти резкое смещение верхнего блока.
— Ты все строишь на предположениях — может случиться, может произойти. Конечно, все может случиться, даже самое невероятное… Если опасностей бояться, то и в лес не ходить. А в науке, когда приходится быть первооткрывателем, первопроходцем, всегда сталкиваешься с таким понятием, как риск.
Я бы сказал, что научный риск — это явление объективное и неизбежное. Если нет риска в твоих открытиях, нет отрицания шаблонов, то вполне вероятно, что ты топчешься па месте. Конечно, метод направленного взрыва не нов, но он еще не вошел в широкую практику. И может, поэтому он кажется неприемлемым. А я не случайно предложил именно этот метод: направленный взрыв огромной мощности сбросит за какие-то секунды целый горный склон в ущелье и перекроет реку. За несколько секунд будет готово тело плотины выше ста метров, на возведение которого раньше уходили месяцы, годы напряженного труда тысяч людей. Это экономия миллионов и миллионов рублей государственных средств. Согласись, ради этого стоит рисковать…
Касым помахал рукой знакомому. Официантка, обворожительно улыбаясь, принесла порцию горячего, еще в дыму, шашлыка и, вежливо поинтересовавшись у Касыма, не нужно ли еще чего, унесла на подносе голые шампуры.
— Ты здесь в почете, — сказал Медер.
— А как же, — улыбнулся Касым. — Устроил племянника директора в институт.
— Слушай, а у пего нет еще одного племянника? — шутливо спросил Медер. — Может быть, я помогу.
— Это мы узнаем, — засмеялся Касым и вдруг спросил неожиданно: — Так стоит ли рисковать? Ты не ответил.