Декамерон 2

Коробов Андрей

— Верховные… Вас же они интересуют, верно?.. Петефи отправился к герцогу на аудиенцию в замок. Он и его свита ближе к утру должны вернуться. А Буассар и персекуторы планировали налёты на вас. Собираются зачистить места, где вы окопались. Они убьют всех. Понятия не имею, когда вернутся.

Гексер поджал губы, размышляя об услышанном. Он сипло выдохнул, закипая от гнева. Сектант хотел одним выстрелом убить двух зайцев: и вырезать в одном месте оставшихся инквизиторов, и захватить Верховных.

Однако план оборвался, ведь

сведения в сегодняшних реалиях так быстро устаревают. Впрочем, невелика потеря.

— Ну что ж, хорошо, — произнёс чернокнижник, вставая. Он часто закивал, примерно представляя, какие действия следует предпринять в дальнейшем. — Ещё кто-нибудь остался?..

— Все остальные мертвы уже… — проронил миротворец, ожидая только одного — чтоб кандалы исчезли и перестали жечь ему руки.

— Славно! — добродушно ответил магистр.

Из широкого рукава в его ладонь лёг серповидный кинжал. Лезвие блеснуло в тусклом магическом свете. Всего на мгновение.

Чернокнижник тут же полоснул старого латника по горлу. Тот внимательно выслушал его соображения перед смертью.

Кровь брызнула фонтаном.

Инквизитор, захлёбываясь, рухнул лицом на плиточный пол.

— Я человек слова, — начал гексер. — Противоположности — это ложь. Но Равновесие в Аштуме — истина. И ты действительно отправишься к своим родным. На тот свет…

Питание не доходило до мозга латника. Он потерял связь с реальностью прежде, чем осмыслил сказанное. Его поставили в безвыходное положение. Узнали, что хотели. Раз так, пёс Инквизиции был больше не нужен и не важен.

— Похоже, нам придётся задержаться в этом славном заведении, братья, — подытожил сектант, стряхивая с кинжала последние капли крови. — Тито, да убери ж ты кандалы! Эфир надо беречь…

— Да, магистр! — подал тот голос.

Псионик засмотрелся на казнь тех, кто мучил его всю жизнь.

Мрак вернулся в Зал Суда. Старый миротворец ещё бился в конвульсиях, и освобождённые руки его разошлись в разные стороны.

— Верховные Инквизиторы будут здесь, так или иначе. Дождёмся их. Сорвём их головы с плеч и отправим порталом в Цим. Наши единомышленники в Вечном Городе займутся остальным, — рассуждал тот, посвящая в замысел учеников.

— Я извиняюсь, достопочтенный магистр, но для чего нам такие «трофеи»? — спросил один из апельсинов.

— Хороший вопрос, Эннио, — поощрил его магистр.

Он переминался в луже крови с ноги на ногу.

— Прямо сейчас Янтарные Башни рушатся по всему Равновесному Миру. От залесских княжеств на востоке до Кордугала на юго-западе. Не буду врать, братья мои, начинания Братства не везде ждёт успех. Но саргузский Круг Магов — точно вам говорю! — в числе победителей.

Головы Верховных— это наше послание Папе. Борьба за свободу не обходится без кровопролития. И уж лучше Святому Престолу понять посыл Братства Скорпиона, завязать с нами диалог.

Лучше обойтись малой кровью,

чем обагрить материк целиком. Ради блага всего человечества. И тогда мы расскажем миру давно забытую правду…

Радикалы выразили согласие кивками, радуя магистра.

У Альдреда ёкнуло сердце.

«Беда не приходит одна».

Чума и повсеместное восстание чародеев неуклонно порушат и без того шаткий порядок. Власть Людей ещё никогда не была так близка к исчезновению.

«Местный дурачок как в воду глядел…»

Грядёт Апокалипсис, который коснётся всякого живущего.

— Я попрошу вас ещё кое о чём, братья мои, — нарушил тишину чернокнижник. — Настоятельница бьёт тревогу. Она обнаружила Киафа. Служит в Инквизиции. В последний раз его видели, когда он шёл в направлении Акрополя.

Душа ушла в пятки.

«Это он про меня?..» — подумал он в ступоре, теряя ощущение собственного веса.

— «Киаф»? Какие такие «Киафы»? — будто чайки, загалдели оранжевые хламиды, глядя на магистра в полном недоумении. — Прямые потомки Пантеона? Что же нам делать? Это о них говорится в Железной Скрижали?.. Значит, мы победим Церковь Равновесия? Они вернулись?..

— Чересчур много вопросов, — сказал тот, как отрезал. — Слушайте приметы. Внимательно слушайте…

Пока гексер составлял дословный портрет, Флэй размышлял над услышанным.

«Сдаётся мне, Ио наткнулась на останки своей собачонки. Поняла, что так просто меня не сцапать. И теперь каждый апельсин будет знать, по меньшей мере, как я выгляжу. Даже после выздоровления. Чудесно. Поймать меня станет в разы проще…»

— Настоятельница считает, что Киаф появится здесь рано или поздно. Он нужен Братству, поэтому цель требуется взять живьем. Строго живьем!

«Как быстро меняется риторика. Ведьма сама хочет спустить с меня шкуру?»

— Будет сделано! — сказал Эннио, а остальные поддакнули.

— Эннио, доложи магистру Гесперу о том, что узнали. Его люди сейчас подминают Форум, — продолжил чернокнижник. — Остальные — за мной. Нужно расставить печати у входа во дворец и встретить церковных свиней как подобает…

Возвращенец услышал предостаточно. Нельзя было допустить, чтоб Культ Скорпиона уничтожил последних Верховных. Без них корпус мог попросту развалиться. Уже порознь они станут лёгкой добычей. От целостности воинства Равновесия зависела безопасность и самого Альдреда.

Был не лучший момент, чтобы показывать себя, раз Флэя объявили в розыск радикалы. Но ренегат знал точно. Если спустить мятежникам с рук падение последних Мечей Церкви, террористы рано или поздно до него доберутся. И впереди всей ватаги — неугомонная Иоланта Ламбезис.

Четверо террористов пошли к коридору, который привёл бы их в Зал Ожидания. А Эннио побежал туда, откуда они вели миротворцев.

Альдред придержал кацбальгер. В руку лёг метательный нож.