Декалог

Кесьлевский Кшиштоф

Артур. Розовый австрийский Меркурий… Хорошо должен смотреться рядом с этими двумя… розовый…

Уже ночь. Братья сидят на противоположных концах стола, обложившись кляссерами, каталогами, с лупами и пинцетами. Обмениваются записями отца. Ежи показывает открытый кляссер. Пустая страница.

Артур. Не хватает мне их. Красивое название: цеппелин.

Ежи. Сопляк… хотел как лучше.

Артур. Я что-нибудь

придумаю.

Уже рассвело. Артур на балконе, потягивается: ему холодно после бессонной ночи. Высовывается с балкона и на мгновение замирает. Зовет Ежи. Перегнувшись через перила, братья смотрят вверх на кажущиеся особенно темными на фоне светлеющего неба верхние этажи.

Артур. Спускаются по веревке и порядок. Всего три этажа.

Ежи. Решетки.

Артур. Одну на балкон, вторую на окно. Отец заколотил гвоздями… Трах — и они уже внутри, стекло есть стекло. И привет.

Ежи. Артур… я забыл, что у меня есть другие дела. Напрочь забыл…

Артур. Приятно.

Ежи. Очень.

Артур. Может, ничего больше и нет? Если не хочется, значит, просто нет.

Ежи. Напиши об этом песню.

Артур. Напишу, когда окончательно уговорю тебя согрешить… Слушай, у меня идея. Давай подберем марку. Дорогую… тысяч на сто. По официальным ценам, наверно, это где-то записано?

Братья возвращаются в квартиру, листают каталоги.

19

Магазинчик на Вспульной. Владелец — сегодня уже в другом шейном платке — высовывается из-за портьеры. Любезно улыбается посетителю. Артур, небритый, длинноволосый, в зеленой куртке, озирается: одни ли они. Ставит на прилавок сумку, достает бумажник. Кладет перед владельцем какую-то марку.

Артур. Я слышал о вас много хорошего… говорят, вы большой знаток.

Владелец. Да, кое в чем разбираюсь.

Артур. Я тут нашел… мелочишку… Она что-нибудь стоит?

Владелец берет каталог, листает. Разговаривая с Артуром, не отрывает глаз от каталога, хотя Артур видит, что он давно нашел то, что искал.

Владелец. Где вы ее взяли?

Артур. Дома.

Владелец. У себя дома?

Артур. Не совсем.

Владелец. Она стоит пятнадцать тысяч. Могу купить за три.

Артур. Пять.

Владелец. Четыре. Марка краденая.

Артур. Идет.

Владелец лезет в сейф, достает

четыре тысячи. Артур пересчитывает деньги, но при этом внимательно следит за владельцем и, прежде чем тот успел взять марку, забирает ее с прилавка.

Владелец. Вы что…

Артур садится на стул. Стряхнув с прилавка невидимую пылинку, вытаскивает из сумки магнитофон. Прокручивает пленку обратно. Нажимает на «стоп».

Артур. Включить? Проверим, записалось ли…

Владелец. Чего вы хотите?

Артур указывает на висящую над ним лицензию, которую владелец недавно с гордостью демонстрировал Ежи.

Артур. Такая лицензия сейчас целое состояние.

Владелец. Ладно. О чем речь?

Артур. О трех марках с цеппелинами. Немецкие, 31 год. Я даю вам четыре тысячи и совершенно новую кассету. Basf. Записано всего несколько минут, а рассчитано на девяносто!

Владелец. Ловко. Знаете, меня будто что-то кольнуло, когда вы вошли.

Артур. Надо было прислушаться к внутреннему голосу.

Владелец. Был тут у меня один…

Артур. Мой брат.

Владелец. Он не такой хитрый.

Артур. Он тогда еще не располагал всей информацией. Не знал вас.

Владелец. Вам нужны деньги или марки?

Артур. Марки.

Владелец. Понятно. Вы — сыновья…

Артур. Да.

Владелец. Понятно.

Достает металлический ящик, похожий на те, что стоят у отца в шкафах, открывает. Вытаскивает тоненький целлофановый пакетик с тремя марками. Прежде чем отдать марки Артуру, приветливо улыбается.

Владелец. Разрешите задать интимный вопрос… вы собираетесь расстаться с отцовской коллекцией или намерены ее… сохранить?

Артур. Сохранить. По-английски: to remain.

Владелец опять улыбается. Артур ему нравится.

Владелец. Вы с братом хоть что-нибудь в этом понимаете?

Артур. Начинаем, как видите.

20

Балконная дверь и окна уже оборудованы решетками. Артур обжился в отцовской квартире: повсюду разбросаны ноты, лежит гитара, еще какие-то музыкальные принадлежности. Сам он сидит напротив огромного пса и подсовывает ему под нос кусок колбасы. Когда пес хочет схватить колбасу, кричит.