Декадент

Брэдли Шелли

Дик встал, его стул со скрежетом сдвинулся по деревянному полу.

– Отвали от меня, блять.

Люк поднял руки в знак капитуляции.

– Твое дело. Но я скажу тебе сейчас: если она так и будет в неведении, это не останется в прошлом. Это будет фактом того, что ты не настолько доверяешь ей, чтобы рассказать все, и недостаточно веришь в ее силы, чтобы увидеть, что она не повторит судьбу Хизер.

Сжав кулаки, Дик сделал шаг к своему надоедливому кузену.

Люк поднялся, встречая его вызов. Дик не поднимал руку на кузена

в течение двенадцати лет. Но в этот момент он не был уверен, что сможет сдержаться, чтобы не уложить этого сукиного сына. Вдруг он понял, что душ выключился, и вода перестала с шумом течь по трубам.

Мужчины стояли в тишине, сверля друг друга гневными взглядами.

– Ты не хочешь продолжать меня злить, - предупредил Дик.

– Да, мистер спецназовец, я понимаю, что ты знаешь двенадцать способов убить меня голыми руками. Но если ты хочешь надрать мне задницу за то, что я насильно скормил тебе немного правды и здравого смысла...

– Ты хочешь добраться до здравого смысла и правды? Хорошо. Расскажи мне, почему ты не перезвонил Алиссе Деверо. Она явно хочет поговорить с тобой, и ты избегаешь ее, потому что, таким образом, тебе не нужно будет признавать тот факт, что ты потерял свое драгоценное самообладание.

– Алисса не является темой этого разговора, - выплюнул Люк.

– Это сравнение. Пойди мне навстречу. Почему ты не объяснишь Алиссе причину, по которой вел себя с ней, как пещерный человек целых 6 часов?

– Я буду честен с Алиссой, как только ты будешь честен с Кимбер.

– Не лезь в мои дела.

– Держись подальше от моих, - вернул Люк.
– Ты хочешь заниматься любовью с Кимбер один?

Это был удар ниже пояса. Ублюдок.

– Я могу взять маленькую лодку снаружи прямо сейчас и уехать домой, оставив тебя здесь наедине с ней на несколько часов. Дней...

И переложить на Дика полную ответственность.

– Прекрати, - Дик проглотил новый порыв желания съездить по физиономии Люка.
– Просто остановись. Я не готов ей ничего рассказывать.

– Не ожидай, что у нее будет безграничное терпение. Она отдалась тебе, полностью открыла себя для тебя. Если ты не ответишь взаимностью, она уйдет.

В глубине души Дик боялся - знал - Люк прав. Из дальнего конца коридора он услышал звук открывающейся двери ванной. Вышла Кимбер.

– Мне показалось, или я слышала крики?

Дик посмотрел на Люка, который тут пошел навстречу девушке.

– Телевизор, - пробормотал кузен и поцеловал ее в раскрасневшуюся щеку перед тем, как выйти из комнаты и спуститься с пристроенной по периметру вокруг дома веранды.

Оставляя Дика наедине с Кимбер.

Долгое время никто из них не проронил ни слова. Молчание затянулось. Кимбер бросила подозрительный взгляд на телевизор, слишком умная, чтобы купиться на обман Люка. Но она не стала допытываться.

– Есть еще кофе?

Кивнув, Дик развернулся и налил порцию. Он добавил два кубика сахара и немного сливок.

–

Ты запомнил?

Она улыбнулась, выглядя... взволнованной.

Боже, какого это греться в лучах ее улыбки каждый день? Знать, что она сберегла такую красоту для него и ни для кого больше? Будут одни неприятности и ничего кроме них.

Он пожал плечами в ответ.

– Знаешь, мы, парни из спецназа, обращаем внимание на детали. Иногда они спасают жизни.

Ее улыбка поблекла.

– Конечно.

Проклятье, он точно знал, как сморозить глупость. Дик сравнил ее с террористкой, а не со своей подружкой. Болван...

Кимбер взяла кружку и, сделав глоток, села в кресло, которое освободил Люк, погружаясь в свой собственный мир.

Но Дик не мог выдержать этого молчания, словно прошлой ночью и этим утром ничего не было. Она, возможно, надеялась на заботу и близость. Ну, по крайней мере, на доброту.

До сих пор он, действительно, не дал ей ничего из вышеперечисленного. Хотя он вообще сомневался, что способен на эти долговременные чувства, и ненавидел себя за это. Но ради нее он попытается. Реальность оказалась такова: научиться делать что-то, кроме как трахаться и сбегать, займет уйму времени.

Дик вздохнул и подошел к ней, совсем не уверенный в том, что собирался сказать или сделать. Кимбер подняла взгляд, однако стоило ему вторгнуться в ее личное пространство, как на ее лице появились удивление и настороженность.

– Что?

Дик не проронил ни слова. Вместо этого он наклонился, поднял ее на руки и, усевшись в ближайшее кресло, стал убаюкивать девушку на своих коленях. Он убрал влажные волосы с ее лица, и она посмотрела ему в лицо.

– Я не очень хорошо умею говорить. Я...
– Как бы ему сложить весь этот беспорядок, в те правильные слова, что он хотел сказать?
– Мне понравилось быть с тобой прошлой ночью.

Он прижался нежным поцелуем к ее губам, безумно гордый собой. Казалось, слова прозвучали идеально.

Кимбер разорвала поцелуй.

– Если тебе понравилось, почему ты так боролся с этим?

Как женщины делают это? За две целых две десятые секунды прервать прелюдию, милые слова и загнать по колено в дерьмо?

– Котенок, не сейчас.

– Именно сейчас. Несмотря на мой ограниченный опыт, я понимаю, что двенадцать часов в постели не дает мне права выдвигать требования, но с тобой что-то происходит. Я хочу знать что.

– Это в прошлом. Неважно...

Она резко вскочила с его колен.

– Если тебе пришлось через силу спать со мной, то это, безусловно, важно и не в прошлом.

Проклятье, не об этом ли только что у него был разговор с Люком?

– Потому что я идиот с благородными намерениями, который не хотел забирать твою девственность без твоей абсолютной уверенности в этом. Можем мы побыть просто друг с другом сейчас вместо всего этого?

Дик снова потянулся к ней. Кимбер попятилась.