Шрифт:
Она терпеть не могла зиму всеми фибрами своей души. Только какое-то светское мероприятие могло на несколько часов её вывести из состояния затянувшейся депрессии, но стоило ему закончиться, а ей выйти на улицу, как градус настроения снижался.
Вот и в этот раз её энергичная подруга Тоня позвала свою меланхоличную в зимнее время года подругу Лену на выставку обложек книг, нарисованных известным художником Макаром Радужным, отчасти чтобы разогнать Ленину тоску. Тоня была личностью увлекающейся и на сегодняшний день мнила себя второй Джоан Роулинг. А
Лена поддерживала ищущую себя Тоню во всех её начинаниях. Подружки отправились в музей, в котором проходила выставка. Лена давно никуда не выбиралась, поэтому сборы на мероприятие проходили с придыханием, и Лена надела на себя всё лучшее сразу. Она понимала, что ещё чуть-чуть и новогодняя ёлка будет повержена как конкурент, но Лене сегодня хотелось такого перебора. Лена редко выкручивала что-то на максимум, была стойким середнячком.
– Привет! – услышала Лена знакомый голос.
– Ну, наконец-то! Ты чего опаздываешь? На тебя не похоже, я уж думала, что я что-то перепутала: не туда приехала или не в то время. Ладно, пошли! Куда нам? – спросила Лена, и подружки подняли головы на станции метро «Китай-город», чтобы сориентироваться и найти нужный выход из метро.
Пока они выбирались на улицу, Тоня рассказала, как не могла выйти из дома, потому что то избы горели, то кони скакали. Тонин младший брат носился по дому и врезался в шкаф, ссадину пришлось обработать, соседка забежала отдать ключи от своей квартиры, улетая в теплую страну, чтобы Тоня кормила соседского кота, а любимая кофта оказалась в стирке, и нужно было срочно погладить план Б.
– Ты сегодня прям ух! – как могла тактично заявила Тоня, осматривая Лену с ног до головы.
– Да, один раз живём! – пыталась оправдать свой вид Лена.
– Билеты электронные, но я так и не поняла, нужно ли их всё-таки печатать. Надеюсь, что нет. Хочется верить, что вопросы организации выставки не испортят нам впечатление о ней.
– Ого, Елена Богатырская? – спросили на входе контролёры билетов.
– Да, добрый день! – ответила смущённо Лена. Её популярность ещё не сошла на нет, хоть и её команда КВН давно уже в известном клубе не состоит. Лена играла второстепенные роли, ровно такие же, как и в жизни, фактически она жила на сцене, но её чувство юмора делало её той самой актрисой второго плана, которая даст фору любому фронтмену. Поэтому её популярность пока и не падала.
– Ох, я тоже скоро буду знаменитой! Хочу, хочу, хочу! Вселенная, услышь! – вклинилась в разговор Тоня.
Девчонки прошли в первый зал. Тоня была в восторге. Лена тоже была приятно удивлена, хоть и, как всегда, сдержана.
В первом зале были представлены обложки для книг на исторические темы, размер обложек был единым – метр на полтора, и это были действительно картины, произведения искусства: юбки с кринолином, веера, мушки, парики, шпаги, ордена, огромные соборы и усадьбы – всё пестрило.
Во втором зале был резкий переход
Тоня отрабатывала по полной: что-то записывала, фотографировала, пыталась максимум вобрать в себя полезной информации, чтобы составить грамотное техническое задание для того художника, который будет работать над обложкой её бестселлера.
– Боже, я в восторге! Тебе нравится? – догнала Тоня свою подругу в следующем зале.
– Да, как всегда, я тебе премного благодарна, что ты взяла меня с собой.
– Надеюсь, тебе действительно нравятся те места, куда я тебя зову, а то в прошлый раз у Олега ты так и не повеселела, – напомнила Тоня.
– Да, это было начало осени, и я категорически была против того, что эта рыжая лиса началась с таких жутких холодов. Брр… – поёжилась Лена. – Нет, но там тоже было классно. Главное – мы были не на улице.
Девчонки погрузились в воспоминания о том, как были в гостях у их общего друга гитариста Олега. В его квартире друзья праздновали день рождения Коляна, начинающего стендапера. И хоть Колян и развлекал гостей отрабатыванием на них своего материала, всё же гитара Олега солировала в этом дуете.
– Не влюбиться в то, как он играет, невозможно, – сказала Тоня.
– Не могу не согласиться, – подтвердила Лена. – Но характер…
– А как ты хотела? Ты сама творческая личность. У нас тут без характера никак.
– Ну, не знаю, не знаю, – ответила Лена, намекая, что она-то уж точно ангелок.
Теперь уже Тоня согласилась с Леной, вспоминая, что в поведении последней за много лет дружбы ничего из ряда вон замечено не было.
Девчонки прошлись по всем залам, заливая фотографии в соцсети, и в завершение решили посетить музейное кафе. Выбор еды там был невелик, но разнообразие напитков поражало. Обе подруги всегда восхищались хорошей работой маркетологов и не отказывали себе в удовольствии вестись на их уловки. Тоня заказала себе мармеладный джин, а Лена – коктейль с громким названием «Напиток для поддержания талантливости», приготовление которого было приурочено к выставке. Прекрасно зная, что талант либо есть, либо его нет, Лена не могла не оценить такую попытку маркетологов продать водку с соком крыжовника.
Лена глотнула из своего бокала, Тоня рылась в сумке, ища судорожно номерок гардероба. Увидев перед собой за соседним столиком мужчину, она поймала себя на мысли, что именного его взгляд чувствовала на себе в залах музея. Мужчина встретился с ней глазами, Лена быстро их отвела.
Хоть он и сидел, но можно было рассмотреть, что он прилично одет, даже по-деловому, в костюм, весьма ухожен, его борода напомнила ей Киану Ривза в свои пятьдесят шесть лет. Он был спортивного телосложения, а именно такой и только такой тип мужчин и нравился Лене.