Дефеодоризация
Шрифт:
Следующие три дня больше напоминали операцию по зачистке венерианских джунглях десантированным спецназом, чем трудовые будни звездолета. Леш бил без промаха; со временем его любимым занятием стали одинокие ночные прогулки по пустынными коридорам; капканы летели в мусоросборник десятками. Капитан вспомнил бурную молодость, навинтил на бластер оптический прицел и часами вылеживал в засаде за койкой. В капитанской каюте в тайне от Феодора повесили грифельную доску, на которой мелом вели счет личным результатам спортивной стрельбы. Хуже всех приходилось Лиде. Бластера она боялась панически и повсюду ходила с увесистой палкой от штанги, вынесенной
– Может, хоть парализатор возьмешь, а?
– Стонал бортмеханик, прикладывая к ноющему лбу всю ту же злополучную штангу.
– На единичку поставишь, в худшем случае полежу минутку в отключке, и снова в бой... Ты глянь, какая черносливина выспевает!
Лида плакала от жалости и просила прощения, но пересилить себя и притронуться к оружию не могла.
Мышига наносила кораблю периодический, но куда меньший ущерб, ловко минуя капканы. Чаще всего ее видели в грузовом отсеке - смышленая тварь наловчилась делать нуль-дыры в жести, вытряхивая сквозь них содержимое консервных банок. На технику она больше не покушалась, предпочитая ананасы в собственном соку. К ней привыкли и перестали обращать внимание. Сам капитан, повстречав на коридоре испуганно замершую мышигу, опустил бластер, облегченно проворчал: "Ах, это ты, крысюка нулевая!" и прошел мимо, выискивая капканы. Естественно, мышига не стала ждать, пока он опомнится и вернется...
Компьютер починили, но о возвращении на базу с консерволюбивой мышигой и полоумным дератизатором на борту не могло быть и речи. Без справки о дератизации за подписью Феодора планетарная ветслужба не давала ДЛ-13 разрешения на посадку. Дарина запросила Всегалактическую Биобазу и, собрав экипаж в кают-компании, вслух зачитала полученную справку:
– Транс-Мышига, Т.Myshhiga vulgaris, икромечущее семейства Myssh, отряда Kikimorra, всеядна, распространена в пределах созвездия Большой Медведицы, способна к нуль-транспортировке со скоростью света на расстояния до трех световых секунд с частотой 20-30 минут, самцы чрезвычайно редки и после спаривания гибнут, что существенно ограничивает размножение мышиг, в естественных условия поддерживая практически постоянную численность. В настоящее время считаются вымирающим видом, т.к. в знач.количестве истребляются дератизационными службами как вредители. В неволе не размножаются. Законом охраняются только на планете Марилетта данного созвездия, там же почитается как...
Дочитать ей помешали - на коридоре предостерегающе завыла сирена, сигнализируя о неполадках в системе, под потолком зажглась и замигала красная неоновая лампочка.
– Опять?
– Охнул капитан.
– Ну, попадись мне эта тварь!
– Она вам уже попадалась, - мстительно напомнил бортмеханик, с утра отстававший от капитана на три капкана, - вы уступили ей дорогу и пошли дальше.
– Что случилось, Бред?
– Спросил Леш - единственный, не потерявший самообладания.
– Гравитационный генератор в коридоре уничтожен ударом острого рубящего предмета, предположительно ножа, - немедленно отозвался компьютер.
Высший разум припозднился со своим откровением - звездолетчики со священным ужасом следили, как перед открытой дверью в затопленном невесомостью коридоре проплывает черная остроухая транс-мышига, целеустремленно перебирая шестью мохнатыми конечностями. За ней бодрым кролем плыл Феодор,
– Шиноптики обешшают галактишешкие шиклоны! Шкорость швета падает! Радостно закричал он сквозь нож.
– Шем нише шкорошть, шем больше шаншов на отлов мышиги!
– Это можно как-нибудь прекратить?
– Свистящим замогильным шепотом осведомилась Дарина.
– Существуют ли службы по отлову дератизаторов?
– Если нет, придется учредить, - мрачно заметил бортмеханик, шлепая по ладони допотопным гаечным ключом.
– Мы должны поймать и отдать ему эту проклятую мышигу как можно скорее, - убежденно сказал капитан, - пока от нашего корабля остался хотя бы корпус.
Экипаж не проявил должного энтузиазма, скорее наоборот - дружно смутился и потупил глаза. Дарина нервно потеребила застежку комбинезона и внезапно призналась, что мышига иногда забегает к ней в каюту подкормиться печеньем и вздремнуть на теплой крышке аквариума, где поймать ее проще простого, но торопливо добавила, что выдавать беззащитное животное варвару и вивисектору вроде Феодора она не намерена.
Команда испустила долгий трепещущий вздох.
– Это очень разумное существо, - торопливо добавила биолог, на всякий случай пятясь к двери.
– Уж точно не глупее собаки!
– Вообще-то, - застенчиво, сам себе удивляясь, сказал бортмеханик, она отзывается на кличку Машуня.
Он пронзительно свистнул в два пальца, и сквозь мгновенно распахнувшуюся черную дыру к нему на руки прыгнула встрепанная мышига. Вслед ей полетел отголосок возмущенного вопля Феодора.
– На Крысю она тоже откликается.
– С обидой заметила Лида. Мышига тут же перескочила к ней на плечо и по-свойски запустила лапку в нагрудный карман.
Леш благоразумно промолчал, хотя транс-мышига уже четыре дня жила в ящике у него под койкой.
После затянувшегося молчания, сопровождаемого дружным почесыванием затылков, слово взяла осмелевшая Дарина:
– Если на Марилетте мышига находится под охраной закона, можно сдать ее в тамошний зоопарк, и Феодор ничего не сможет возразить. В конце концов, мышига так или иначе уберется с корабля и он подпишет нам эту треклятую справку.
– Но до Марилетты лететь больше семи часов!
– Попытался возразить капитан.
– Вот и отлично, как раз за ночь управимся, - оптимистично подхватила Дарина, - Леш, как только этот... дератизатор... уснет, бери курс на Марилетту! Мы ему устроим... дефеодоризацию!
Андроид невозмутимо кивнул и вместе с Бредом углубился в предварительные расчеты.
Под покровом биологической ночи, то есть пригашенного света в коридорах звездолета, "ДЛ-13" развернулся и понесся к Марилетте. Обласканная мышига дремала у Леша на коленях, свернувшись клубочком.
Кроме мышиги и Феодора, на ДЛ-13 не спал никто. Как только звездолет вышел на околопланетную орбиту, экипаж столпился перед экраном в навигационном отсеке. Капитан, откашлявшись, вышел на связь с диспетчером космопорта и попросил разрешения на посадку. Но диспетчер, точная копия своей коллеги с санстанции, с плохо скрываемым раздражением сообщила капитану, что космопорт принимает инопланетные корабли только с пяти до семи часов вечера, а заявка на посадку подается за две недели вперед.