Дед Матвей (сборник)

Вишня Остап

– - То мыши, дед!

А я говорю:

– - Чтобы мне этих мышей больше не было! А то головы раз... И поотрываю. Для ранятых собрано, ранятым и должно быть.

У меня не попасешься!..

Нагрузил воз и в Кременчуг, в лазурет... Привезу.

– - Здоровы были!

– - Здравствуйте, дедушка!

– - Воспитания вам привез!

Встаю и иду в палату... А дохтур за мной. Подхожу к больному; лап за тухляк:

– - Перемените, потому негодящий!

Подхожу к другому: лап.

– -

Переменить!

А я новые тухляки привез...

Вношу хлеб, вношу яйца.

– - Ешьте, товарищи ранятые!

А дохтур:

– - Так нельзя, дедушка. Им по назначению есть полагается.

– - Как, -- говорю, -- нельзя? Пусть едят и поправляются. Ешьте! Чтобы все при мне поели!

– - Нет, -- говорит дохтур, -- так нельзя... Мы выдадим им сколько нужно.

– - Ну, -- говорю, -- выдавайте. Только чтобы все до щепки им было выдано!

– - Да не беспокойтесь.

Хороший дохтур был...

– - А чего, -- говорю, -- дух у вас в лазурете тяжеловатый? Прибирать нужно!

Сразу же помыли, карбол-кислотой побрызгали...

– - Вот это, -- говорю, -- так. Так и должно быть!

Ходят они за мной, слушаются.

"Шехпалка" я -- ничего не попишешь.

* * *

Правду люблю. Разорву, если не по правде... Вот в Полтаву ходил, на суд, ходил за правду.

– - Как же так?

– - А так... Лесники обыск в селе делали... Все село трясли. Дерево, что ли, искали... Приходят ко мне:

– - Здравствуйте, дед!

– - Здравствуйте!

– - Можно ли у вас обыск сделать?

– - Почему же, можно, -- говорю, -- а из Манжелии, из района, у вас мандат на обыск есть?

– - Нет.

– - Так идите, -- говорю, -- откуда пришли!

Один ко мне... Замахивается.

А я его метлой.

Подали в Манжелию, в суд... Не берет ихняя.

Тогда они в Полтаву...

Приходит повестка... На суд в Полтаву. Я за палку, за торбу -- и в Полтаву... Приходю... Сидю в суде. Когда вот?

– - Матвей Деревянка!

– - Тут, -- говорю, -- здесь я.

– - Пожалуйте за решетку...

А там сбоку помост такой и решетка.

"Ну, -- думаю, -- заграбастали!.."

– - У меня, -- говорю, -- и хлеба нет, а вы за решетку...

– - Ничего, -- говорят, -- пожалуйте...

Стал я, на решетку оперся. Ничего. Стоит хорошо...

Сидят они: вот так -- трое, так -- один, а этак -- один... Напротив них -- я...

– - Ну, -- спрашивают, -- отец, расскажите, как дело было.

– - Да как было дело. Вот так и вот так дело было... Пришли, а я их послал.

– - Как же вы их, отец, послали?

– - А разве, -- спрашиваю, -- здесь можно сказать так, как я им сказал! Ничего мне за это не будет?

– - Говорите чистую правду, как было.

– -

Идите вы, говорю, к... Так я их послал!

Они так и попадали.

– - Ничего, -- говорят, -- отец. Посылать умеешь!

– - Кто знает, -- говорю, -- умеет ли еще кто-нибудь так, как я умею.

– - Ну, а вилами-тройчатками бил?

– - Разве там написано "вилами"?

– - Вилами!

– - Брехня, -- говорю, -- метлой!

– - Ну, -- говорят, -- садись, отец.

Ушли они в совещательную. Вышли.

– - Идите, дедушка, домой! Напрасно они вас по судам таскают...

А я им:

– - Как же я, -- говорю, -- пойду домой, если у меня и хлеба нет?

Тогда они:

– - Нате вам эту, дедушка, бумажку, и идите в комфуз [3]. Там все вам дадут.

Дали они мне бумажку не больше этого пальца... Пошел я в тот комфуз и прямо к окошку... Вдруг один дядько из Ганновки:

– - Чего это вы здесь, дед Матвей?

– - Так и так, -- говорю.

– - Поедем, -- говорит, -- а то вы здесь три дня проходите. Видите, сколько здесь народа у окошка...

Забрал он меня.

Сплел я ему за это две корзины.

* * *

– - За правдой не только в Полтаву пойду. Далековато Харьков... Вот бы мне рублей семь, я бы к Петровскому! К самому Петровскому!

– - А чего, дед?

– - Дела есть. Такие есть дела, что только к Петровскому. Ни к кому иному!.. Мне сказано, что Петровский -- этот разберется...

– - А что такое, дед?

– - Дохтура нет, фершала нет... Разве это порядки? . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

И стоит дед Матвей на стерне у пшеничных копен и вдаль куда-то смотрит...

* * *

Если приедет дед Матвей в Харьков и "загнет" где-нибудь, не составляйте на него протокол.

Шестьдесят пять лет над дедом Матвеем издевались, а теперь, когда правда показалась, хочет дед Матвей, чтобы была правда во всех узеньких щелях, чтобы на месте трудового пота крестьянского, что землю озерами покрыл, всюду чтобы правда цвела...

Везде и всюду!..

1925 ------

[1] _Крашанка_ -- яйцо.

[2] _Сборня_ -- сельская управа.

[3] _Комфуз_ -- комхоз. ______________________________________________________________________

Вот такая мать...

Жила да была себе в селе вдова старенькая, а у той вдовы старенькой да был себе сын удалец, молодой молодец...

Вдова себе жила да жила, до старости лет дожила, а неграмотность так и не ликвидировала.

– - Куда уж нам? Пусть помоложе!..

И хотя была та вдова неграмотная, а любила, как муж ей вычитывал, бывало, о пришествии, или про Серафима Саровского, или про мироточивую голову чудотворную.