Дебютантка
Шрифт:
Взяв кружки, мы вышли на улицу и сели на ступеньки. Косой дождь бился о стены, брызгая на нас желанной прохладой. Глим прикурил трубку.
— Меня убивает то, что я не смогу тебе помочь, — сказал он чуть слышно.
Я смотрела под ноги, на грязь, прилипшую к дорожным ботинкам. В горле застрял комок, медленно спустился вниз и залег в груди. Лежит и ноет привычной болью.
Я справлюсь. Я обязательно справлюсь.
И уж точно не стану плакать. Уже и не помню, когда в последний раз позволила себе раскиснуть. Больше этого не случится, я защитила себя от чувств, от
— Летиция заподозрила, что мы ей солгали. — Я сменила тему.
— Конечно, заподозрила, она неглупая женщина. Но раз согласилась помочь, значит, поверила, что ты ее не подведешь. В конце концов, ей ведь не важно, каким образом ты добьешься милости короля, через мужа или нет.
— Я сделаю все возможное, чтобы она смогла вернуться в столицу.
— Все? Даже выйдешь замуж?
Глим выдохнул дым. Серые кольца поплыли мимо меня, и я нацепила их на палец.
— Пусть замужество будет моей самой большой проблемой.
— Да, пусть. — В голосе Глима звучала сизая печаль. — Вот скажи, Тай: я помог тебе договориться с Летицией?
— Еще как помог!
— Значит, ты попадешь в столицу благодаря мне?
— Да.
— Значит, если ты погибнешь, в этом будет моя вина?
— Нет! Это мой выбор, и ты тут ни при чем. Каждый отвечает за свои поступки…
— Вот и я о чем, — прервал меня Глим. — В том, что случилось с Аннет, нет твоей вины. Не наказывай себя! Ты не заставляла ее…
— Хватит! — Не выдержав, я резко поднялась на ноги. Глим уже пытался отговорить меня от участия в сезоне, по-всякому пытался. Надеюсь, это его последняя попытка. — Я еду в Амадену на королевские испытания. Я получу бесконечную силу и… все исправлю.
— И ты не боишься погибнуть?
— Пока у тебя есть цель, ты бессмертен. Погибают те, кто теряет цель из виду и допускает возможность проигрыша.
— Хорошие слова, смелые… но ты забываешь, что я воевал. Погибнуть может любой, смерть не избирательна. Иногда она бьет вслепую.
— У тебя была цель вернуться к детям, которые остались одни. И ты вернулся. Я тоже вернусь.
— К кому?
Это удар в больное место, я его не заслужила. Наклонившись, Глим коснулся меня плечом вместо извинения. Я тихо хмыкнула. Я не обижаюсь, вообще никогда и ни на кого. У каждого свои мотивы, причины и цели, и не мне судить. Обида всего лишь чувство, еще одно, от которого я избавилась.
— Что ж… тогда будем готовиться к сезону! — вздохнул Глим.
— Будешь со мной танцевать? Делать мне прически?
Смех Глима казался слишком громким, грубым даже, но от него стало теплее. И светлее, несмотря на поздний вечер.
— Я тебе такую гульку на голове накручу, что женихи в обморок попадают! Кстати… — Глим постучал пальцем по моей сумке, в которой лежали собранные Летицией досье, — давай-ка посмотрим, кого тебе подобрали в женихи!
— Нет уж, никаких шуток! Я должна отнестись к сезону серьезно.
— Да я серьезен как никогда! — Глим состроил забавную мину, что с его шрамом на месте потерянного глаза выглядело угрожающе. Обняв меня за талию, он
Я не успела вырваться, потому что смеялась в голос. Глим самый угрюмый и мрачный человек из когда-либо мною встреченных, и видеть, как он забавляется, странно. И смешно.
Распахнув мою сумку, Глим вытащил наружу список участников сезона.
Внутри меня все сжалось. Я дернулась, пытаясь вырвать бумагу из его рук, но он не позволил. Он раза в два больше и сильнее меня, и мне с ним не справиться, это точно.
— Подожди, Глим, это не то, что ты ищешь! Вот, смотри, досье на кандидатов!
— А это что за список? — У Глима дар чуять чужой страх, особенно мой. Поэтому он вцепился в список мертвой хваткой.
Я пыталась отвлечь Глима, совала ему досье, но он вырвался из моих рук и отошел к окну, буравя список взглядом.
Я сдалась. Убрала досье и села обратно на ступеньку, готовясь к буре, которая, несомненно, грядет.
Голос Глима был на удивление спокойным.
— Тай, обнадежь меня, девочка… это ведь не список участников сезона, правда?
Я молча смотрела на дождь, ожидая продолжения.
— Потому что, если это список участников сезона, то я не позволю тебе участвовать в испытаниях. Ты слышишь меня? Не позволю! — Его голос разгонялся, набирал силу и ярость. Склонившись, он тряхнул меня за плечи и ткнул пальцем в последнюю страницу списка. — Три лъэрда запределья! Три! В последние годы король не пускал лъэрдов на испытания, да и раньше если пускал, то только одного.
А в этом году их трое! — Выругавшись, он ступил под дождь, не замечая, как вода течет по его лицу, по волосам, за шиворот. — Яьэрды владеют землями запределья, но это не делает их благородными людьми.
Они вырвали эту власть зубами. Или они сами, или их предки были сосланы в запределье за совершенные преступления, и они завоевали территории и силу, чтобы стать лъэрдами. И на сезон они приезжают только ради испытаний…
— Как и я!
Глим посмотрел на меня с гневной гримасой, почти с презрением.
— Нет, Тай, не как ты! Ты наказываешь себя за прошлое, а они борются за будущее, за выживание в запределье. Там нет светлой силы, без нее жизнь становится кошмаром и все поглощает мгла. Лъэрды будут бороться до конца и затопчут тебя по пути. Даже не оглянутся!
— Если мы не знаем, в чем состоят испытания, как можем сравнивать участников?
— Уже давно никто не проходил испытания до конца. В последний раз это произошло шесть лет назад, и тогда выиграл лъэрд запределья. И тринадцать лет назад это тоже был лъэрд, и девятнадцать. Тебе это о чем-то говорит?! — Глим опустился передо мной на колени, прямо в размытую грязь под ступеньками. — Тай, детка, одумайся! Если ты погибнешь, кто будет заботиться об Аннет? Я хоть и пытался тебя отговорить, но не возражал против твоей затеи, но это только потому, что в последние годы король не позволял лъэрдам приезжать на сезон. У меня и мысли не было, что в этом году приедут трое!