Death can dance 2
Шрифт:
Первое задание.
Дом будто сразу ожил. После того как Мира вымыла его весь, сверху донизу, с кухни донеслись ароматы ужина. За всеми делами и заботами я как-то упустил из внимания, что сегодня даже крошки во рту не было. Однако рабыня приняла решение вместо меня и в первый перечень необходимого, внесла ещё и продукты.
Голодным я, конечно же, весь день ходить не собирался и думал перекусить немного позже где-нибудь в трактире. Само собой, домашняя еда намного лучше, так что капризничать
Ужин больше походил на перекус: яичница на сале, ветчина, купленная на рынке, хлеб и кувшин с квасом. Порция вышла немаленькая, так что я вполне даже насытился.
– Простите, господин, я не успела приготовить нормальный ужин, – начала виниться Мира.
– Всё нормально, – улыбнулся я, – я не собираюсь ругать тебя. Мне нужно отойти по делам, если кто спросит, то я вернусь примерно через полчетверти.
– Да, господин, – поклонилась она, – я успею подготовить вам список.
Я кивнул и вышел на улицу. От этого "господин", меня всё ещё передёргивало. Но я не могу заставить её обращаться к себе иначе, потому что такое вполне может обрушить её мир. Есть некие привычки, которые не стоит исправлять, потому что это не приведёт ни к чему хорошему.
Взять хотя бы мой старый, привычный мир. К начальству положено обращаться по имени и отчеству, есть люди, которые нарушают эти стереотипы, а впоследствии, сами же страдают от панибратского отношения, теряют авторитет и послушность работников. Здесь – всё точно так же.
Нельзя заставлять раба, обращаться к себе на "ты" и выбросить из оборота слово "господин", или "хозяин". Это вбито в них кнутами и выжжено в мозгу. Таких историй тоже хватает: когда добрый хозяин просит говорить с ним на равных, а рабы думают, что это он так над ними издевается, глумится гад, заставляет делать непотребное. Бывало, что на такого хозяина рабы кляузы писали, а он ещё потом удивлялся, мол, за что так, я же как лучше хотел?
А не нужно как лучше, нужно так, как положено. Ты разреши рабу дом покидать, корми его хорошо и этого достаточно. Не стоит лезть против устоявшихся правил, люди в принципе этого не любят.
До таверны я добрался быстро. Площадь давно опустела, люди почти все уже сидели за праздничными столами. Скоро начнётся карнавал и жители вновь выйдут на улицы, заполняя их пением и радостным смехом. Торговцы выкатят свои лотки, чтобы ещё раз утяжелить свою мошну, станут торговать сладостями, вином и уличными закусками.
Откуда я это знаю? Да всё просто – они уже занимают места на площади, а на сцене, которая по совместительству и эшафот, и биржа для аукционов, уже настраивают свои инструменты, прибывшие в Эллон музыканты.
В таверне на входе стоял человек, который пропустил меня без всяких вопросов. Я поднялся на второй этаж и вошёл в комнату, в которой уже находился сегодня утром. Встретил меня там не Глава, видимо он общается с подчинёнными в редких, исключительных случаях.
– Добрый вечер, – поприветствовал я человека.
– Угу, –
– Да, – подтвердил я его слова кивком.
– Тогда вот тебе первое задание, – протянул он мне лист бумаги. – Читать умеешь?
– Научили, – сухо ответил я. – Что я должен сделать?
– Заставить исчезнуть этого господина, – криво усмехнулся Клис. – А ты чего ожидал?
– Откуда мне знать, – пожал я плечами.
– Короче, это скорее проверка на вшивость, – немного подумав, продолжил тот. – Если всё сделаешь чисто, за следующую работу тебе заплатят.
– Есть конкретные пожелания по клиенту? – тут же включил я профессиональный лексикон, а Клис вдруг приподнял от удивления бровь, пришлось слегка "прикусить язык".
– Да в общем-то нет, – пожал он плечами. – Его жизненный путь должен прерваться до рассвета и всё.
– Где я могу его найти, особые приметы? – продолжал я выяснять о человеке информацию.
– Он, скорее всего, будет сегодня на празднике, – ответил Клис. – Всё остальное – на бумаге. Там даже портрет его имеется. Надеюсь, ты разберёшься.
– Я могу идти? – поинтересовался я.
– Да, ты свободен, – кивнул тот. – Посиди немного внизу, выпей глоток эля для запаха и прикинься пьяным.
– Слушаюсь, – кивнул я и покинул комнату.
Спустившись вниз, я заказал себе небольшой стакан эля у бармена, который находился здесь именно для этого и принялся читать информацию на листке. Выходило так, что этот человек обычный торговец, чем он помешал клану – непонятно. Но и в первом же деле падать в грязь лицом и пытаться что-то выяснить я не хотел. Придёт время, и я узнаю всё, что нужно.
Лицо у клиента самое что ни на есть купеческое: толстые щёки, борода щёткой, нос длинный, с горбинкой, близко посаженные и немного заплывшие глаза. Рисунок выполнен карандашом, но вполне профессионально, будто фотографию рассматриваю.
– Дайте, пожалуйста, огонь и блюдечко, – попросил я бармена.
Тот молча подал блюдо и пододвинул керосиновую зажигалку. Пламя быстро перекинулось на бумагу, я несколько раз перевернул лист, убедился, что он сгорел окончательно и покинул таверну.
На улицу вышел, слегка пошатываясь, и прямой наводкой отправился на площадь, где понемногу уже скапливались люди и звучали первые мелодии со сцены. Побродив немного по площади, я не смог отыскать нужного мне человека и отправился к гостинице, где тот остановился.
В этом месте я уже знал каждый переулок, в котором можно скрыться в тени. Сейчас я стоял в одном из таких и наблюдал за выходом.
Большинство людей, всё ещё сидели за столами и улицы пока оставались пустыми. Я даже задумался, а есть ли смысл ждать клиента здесь? Наверняка он сейчас в каком-нибудь трактире и уже отмечает начало праздника в обществе неприличных девок.