Де’Бинэ Сача
Шрифт:
Я же лишь молча кивнул.
— Сача, завтрак на столе. Мойся, ешь и спускайся вниз. Через полчаса я за тобой заеду, — раздались наставления подруги уже из коридора.
Потом хлопнула входная дверь. И в залитой солнечными лучами спальне наступила, наконец, благословенная тишина.
Глава 26
Эй, пошли уже! Че ты там копаешься? Кати ненавидит ждать! — брюзжал под черепушкой Каспер.
— Отвали! Она еще даже не приехала.
Озвученные
— Млять! Да куда ж подевались мои вчерашние шорты? — от злости я шарахнул даже кулаком по трюмо, сбив там несколько склянок катькиной косметики. — Я ж помню, что в этот угол их положил.
Ага положил он, — хмыкнул зануда сосед. — На самом деле ты швырнул их через плечо, не глядя.
— Но ведь в этот угол?
Да в этот, в этот.
— Ну и где ж тогда они?
Эй, хорош уже фигней страдать! — возмутился Каспер. — Скажи, вот нафига тебе сдались старые грязные шорты, когда ты после душа уже новые чистые натянул?
— Ищу, значит надо!
Нас Кати внизу ждет!
— Пока шорты вчерашние не найду…
Фак! Как же ты меня достал своим ослиным упрямством!.. Да в стирку бросила старые шорты Кати, наверняка. Слышишь, стиралка в хозблоке пашет? Вот там твоя пропажа в барабане и крутятся.
— Гадство! Да как так-то! — я рванул в хозблок — а точнее в кладовку, львиную долю крошечного пространства которой занимала монструозного вида стиральная машина, а на оставшихся двух десятках сантиметров возле стены с грехом пополам притулился высоченный шкаф-стеллаж, со всякой моющей химией в коробках и пластиковых бутылках.
Э-э, ты че задумал-то! — очканул Каспер, почуяв мой решительный настрой. — Псих ненормальный, не вздумай люк у стиралки выдирать! Тогда соседей внизу зальешь! А из-за такого скандала, нас точно отсюда выселят!
Пока истеричка голосил, я ворвался в тесную каморку хозблока, и тут же мой глаз случайно зацепился за кусок пропавших шортов, торчащий из мешанины тряпья в корзине грязного белья. Потому потянувшаяся было к дверце стиральной машины рука (к облегчению Каспера) тут же развернулась в противоположенную сторону и выхватила из корзины искомую вещицу.
Ну и нафига тебе они сд?.. А это еще че за ерунда? — зачастил с вопросами невольный соучастник моих деяний. — Это че там, кровь? Фу гадость!
— Не гадость, а крайне полезная для нас вещь: карточка с телефоном Люсьена, — ответил я, возвращаясь с окровавленным кусочком картона обратно в спальню
Да бомжара он, а не блогер!.. Э-э, ты че серьезно? Звонить балаболу этому отмороженному собираешься?
— Думаешь, слишком рано, и наш болезный еще не проснулся? — хмыкнул я, забивая номер с карточки в телефонную книгу гаджета.
Да срать: проснулся он или нет! Люсьен же чокнутый! С ним нельзя иметь дел! Ты, разве, этого не понимаешь?!
— В нашей с тобой кризисной ситуации, Каспер, поддержка психа — это как раз то, что надо, — объявил я пафосно, слушая длинные гудки из динамика приложенного к уху телефона.
Не надо этого делать! Умоляю: нажми на сброс, пока не поздно! — заверещал отчаянно Каспер.
Но я, разумеется, его не послушал.
— Ало? Кто это? — прохрипел сонным голосом принявший наконец вызов Люсьен.
— Поздравляю с воскрешением, — откликнулся я весело.
— Че, сука, шестерки уже доложили тебе, как вчера со мной облажались? — неожиданно окрысился в ответ Люсьен.
— Э-э, ты меня, наверное, с кем-то…
— Бельмо, не прикидывайся шлангом, — перебил зло реально отмороженный тип. — Думал с левой симки позвонишь, и за помехами под левого чувака проканаешь? Да я твой мерзкий голосишко…
— Слышь, чудило, — потеряв терпение, уже я перебил не дослушав, — нормальный у меня голос. И это, вообще-то, Сача тебе звонит — спаситель твой вчерашний. Ты сам мне номер этот дал, и сказал: звонить можно в любое время.
— Сача? Какой еще, нахрен?.. А-а САЧА!.. Бро, извини, богом тебя заклинаю! Просто меня тут шнягой всякой по самые бровищи обкололи, и такая пурга лютая при отходняке пригрезилась, что просто зашквар… А тут как раз твой звонок. Ну я и… Короче, прости еще раз, дружище!
— Ладно, проехали… Люсьен, я че звоню-то. Ты говорил, вроде, что блогер-миллионник?
— Ага, есть такое, — даже через чудовищную хрипоту болезного послышались нотки самодовольства в его голосе. — Если точно, то миллион сто семнадцать тысяч фолловеров на моем канале зарегалось.
— Ничтяк, бро. Я хочу репортаж, от первого, так сказать, лица через примерно часа полтора замутить. Не поможешь прямую трансляцию через свой канал организовать?
— Для тебя, дружище Сача, все что в моих скромных силах. Только, имей в виду, у меня контент на канале жесткий: грубость, насилие, злые приколы, ну и т.д. И если народу твой видос не зайдет…
— Вот об этом вообще не парься. Я там такой лютый трэш замучу, что все отморозки твои обкончаются от восторга.
— Заинтриговал, бро. Прям, самому уже охота глянуть: что за бомба там у тебя рванет через полтора часа.