Дайвинг для крокодила

Калинина Дарья Александровна

И Надежда Михайловна внезапно замолчала. Потом она скользнула взглядом по Лесе и Диме и вроде бы смутилась.

– Простите меня! У вас тут рандеву. А я со своими никому не нужными воспоминаниями. Уже ухожу!

Но никуда уйти Надежда Михайловна не успела. Потому что кусты зашелестели снова. И возле колодца появилась Зоя Ивановна с готовым вопросом:

– Вы тут чего?!

Ответить ей никто не успел. Потому что как раз в этот момент Кира закричала со дна колодца:

– Ау-у-у! Ты там засну-у-ула-а-а-а?!

Эхо

исказило ее крик. И из колодца прозвучало нечто жутко пугающее, состоящее из одного воя и завывания. Неудивительно, что все перепугались чуть не до смерти.

– Призрак!

– Призрак со дна колодца!

– А-а-а-а!

Дима шарахнулся в сторону, налетел на кусты облепихи, споткнулся, упал, исцарапался в кровь, но даже этого не заметил. Глаза у него выкатились из орбит, а рот открывался и закрывался так часто, словно ему не хватало воздуха.

– Чертовщина! – шипел он. – Чертовщина!

Зоя Ивановна вопила, не затыкаясь. Достойней всех держалась Надежда Михайловна. Она выпрямилась во весь свой небольшой рост, вытянула руки по швам и так в позе оловянного солдатика рухнула навзничь в обморок.

– Ле-еся-а-а-а! – надрывалась со дна колодца ничего не понимающая Кира. – Тащи меня-а-а-а!

Новая порция завываний заставила всех задергаться еще больше. Дима судорожно завозился в зарослях многострадальной облепихи, пытаясь выкарабкаться из них. И бежать, бежать, бежать! Зоя Ивановна уже давно металась взад и вперед, словно курица с отрубленной головой.

Одна Надежда Михайловна вела себя образцово. Лежала себе на травке. Не шумела. Не дергалась. Леся готова была бы поставить старушке пятерку с плюсом за поведение. А вот остальные ее разочаровали. Особенно Зоя Ивановна.

– Гога! – зачем-то вопила она. – Гога! Тут мумия!

При чем тут мумия, Леся так и не поняла.

– Мумия! Мумия!

– Замолчите!

– А-а-а! Спасите! Караул!

– Леся-а-а-а-а! Тащи меня-а-а-а!

– Караул! Гога! На помощь! Убивают!

Это была уже вовсе откровенная и наглая ложь. Леся могла присягнуть, что никто на дражайшую жизнь Зои Ивановны и не думал покушаться. Но та продолжала самозабвенно вопить и рыдать. И вскоре со стороны дома послышался шум приближающихся торопливых шагов. А через минуту к колодцу выскочил решительный Гога с топором в руках.

– Где? – завопил он. – Кто? Что?

При этом, не поняв до конца ситуации, он замахнулся топором на дергающегося на колючей облепихе Диму. Но вовремя признал его. И топор, к огромному Лесиному облегчению, опустил к ноге.

– Эй, – недоуменно произнес он. – А вы тут это чего?

– Что тут происходит?

Это прибежала Анастасия с мужем, взъерошенные, готовые увидеть по крайней мере призрак деда Лаврентия с огненным мечом в руках. И в этот момент Кира, которой уже изрядно надоело висеть в колодце

дико взвыла:

– Вы-ы-ытащи-и-ы-ы-ы!

– Ой! Что это? – шарахнулась в сторону Анастасия.

И все прибежавшие уставились на колодец. И на толстый канат с узлами, который был привязан к вороту колодца и спускался вглубь. Постепенно первая волна страха прошла. И до всех стало доходить, что происходит нечто весьма интересное.

– Что это такое? – уже с большим нажимом спросила Анастасия у замершей Леси. – А?

– Это… Это так. Ерунда.

– Нет, не ерунда!

Видя, что их все равно рассекретили, спасибо Диме, который первым поднял панику, Леся решила, что пора признаваться:

– Ну, там Кира.

– Боже! – охнула Зоя Ивановна. – Бедная девочка. Она туда свалилась?

Надо отдать должное, все тут же забыли про свои распри и в едином порыве бросились к колодцу спасать Киру.

– Где она?

– Я ничего не вижу!

– А что это за веревка с узлами?

– Где девка?

– Она утонула!

– Конечно, там же глубоко!

– Какой ужас!

– Кошмар!

– Новый труп!

Леся поняла, что если сейчас все немедленно не объяснит, то может возникнуть новая волна паники.

– Кира там, – кашлянув, сказала она. – Но она не утонула.

– Нет?

– Нет.

– Бедная девка! – снова заголосила Зоя Ивановна. – В воде бултыхается. В ледяной! Простудится насмерть. И умрет.

– Да не в воде она! – разозлилась Леся. – Она висит на этой веревке!

И Леся для убедительности подергала за канат.

– Повесилась! – тут же ахнула Зоя Ивановна. – Господи, зачем?!

Леся всплеснула руками:

– Не повесилась она! Не повесилась! Просто висит!

– Просто висит, – тупо повторила Зоя Ивановна. – А зачем? Зачем она там висит?

– Хотели посмотреть, что там в колодце.

– И как?

– Не знаю. Надо Киру вытащить. Она все расскажет.

Гога деликатно кашлянул.

– Другими словами, – произнес он, обращаясь к Лесе, – ваша подруга жива и невредима. Но висит в колодце, держась за веревку?

– Вот именно!

– Так давайте же ее тащить!

Совместными усилиями Кира вылетела из колодца словно ракета.

– Что так долго? – спросила она у Леси, еще не видя, что происходит вокруг.

– Да тут… Понимаешь…

– Понимаю, – сказала Кира, обводя глазами толпу. – Откуда они тут взялись?

– Прибежали.

– Не понимаю. Зачем прибежали?

– Дима начал вопить. Все и прибежали.

Кира сердито уставилась на Диму. И в голове у нее зародились нехорошие подозрения. Дима явился сюда явно неспроста. Наверное, тоже на дедов клад зарится. Ишь, умник какой нашелся! Не его колодец, так нечего и соваться. В пылу гнева Кира даже не вспомнила, что колодец и не ее тоже.