Дайлети. Принц
Шрифт:
– Мы ведь оба с Вами здравомыслящие люди, Ваше Высочество, - вкрадчиво говорил Отрекшийся. На этот раз Кирим висел и вовсе вниз головой. Уже довольно долго, чтобы это стало неприятным. Но особенно сильно кровь почему-то пульсировала не в висках, а в обрубках пальцев.
– И понимаем, что это не сможет продолжаться долго. Вы знаете, что Символ, который прячется в вашей руке, воздействует на Ваш организм? Что мы не можем даже Вашу ДНК выделить и установить личность? Но я уже и так многое понял, наблюдая за Вами с момента Церемонии.
Кирим не удивился ни капли. Он
– И я, знаете, о чем еще подумал, Ваше Высочество?
– поинтересовался Дайзери, хватая Кирима за покалеченную кисть.
– Король ведь не просто так захотел внушить мне мысль о своей незаинтересованности в переговорах! Не мог же он взять и приговорить Вас к медленной и мучительной смерти! Он же не зверь какой!
Отрекшийся сдавил пальцами обрубки, и Кирим задергался в тщетной попытке вырвать руку. Но и силовые браслеты, и сам Дайзери держали крепко.
– А что если Ваш Символ не особенно отличается от королевского, Ваше Высочество?
– как ни в чем не бывало, продолжил бывший Единый.
– Не хотите ли прогуляться со мной на Алдан?
Принц отчаянно замотал головой.
– Ну, зачем Вы так?
– спросил его Дайзери, сдавливая кисть сильнее и сильнее.
– Если Вы будете благоразумны, то я верну Вам пальцы. И мы поговорим о Вашем будущем: Король, конечно, не простит Вам предательства, но я смогу обеспечить Ваше безбедное существование до конца жизни вдали от Семи Миров. Они ведь бросили Вас, Ваше Высочество! Ваш отец бросил Вас, а Вы, почему-то, упрямитесь....
Кирим постарался отрешиться от всего хотя бы ненадолго. Символ пульсировал уже третьи сутки к ряду: "Где ты? Где ты?"
– Я думал, Король поставит на уши разведку, полицию, военных, чтобы Вас найти, - продолжал Дайзери, а в его руке опять появился нож. Третий палец... смог бы Суон относится к их потере просто как к очередной порции боли, которая пройдет со временем, если бы знал, что останется калекой навсегда? Ведь раньше люди не умели восстанавливать отрезанные конечности, а Дайлети прятались и не демонстрировали свои способности.
Это сейчас все просто: либо Отрекшийся его убьет - и на том свете пальцы Кириму уже не понадобятся, либо Ривран его найдет, и тогда Тэор вернет все, как было. А боль... боль забудется. Люди умеют забывать плохое.
"Где ты?" Тире-тире-точка, тире-точка-точка, точка. Тире, тире-точка-точка-тире.
Люди научились преодолевать безграничные просторы космоса, терраформировать планеты, использовать инопланетные технологии. Но для связи по-прежнему частенько применяли старую добрую азбуку Морзе.
Символы Риврана и Росаны рассылали сигнал по всей системе, и, раз Кирим его чувствовал, значит станция "борцов за свободу и демократию" границ Семи Миров не покидала. Ривран и Росана прыгали сейчас из точки в точку, пытаясь запеленговать
Считалось, что Символы чувствуют только его носители, да еще Рохосы, и что связь и общение с их помощью засечь невозможно. Но у Дайзери это получилось.
Отрекшийся зарычал вдруг раненым зверем, с силой полоснул ножом по пальцу - так быстро на этот раз, что Суон почти ничего в тот момент не почувствовал, и отбросил ставший ненужным кусок плоти.
– Что ты сделал?
– заорал Дайзери, меняя поле силовых наручников так, чтобы лицо Принца, закрытое маской, оказалось на уровне его лица.
– Что? Ты? Сейчас? Сделал? Отвечай!!!
Кирим отвернулся и зажмурился, когда сила Голоса ударила его по мозгам, грозя их испечь.
– Я,...
– начал, было, он, но прикусил себе язык. В прямом смысле слова. Сильно, больно, до крови. Это отвлекло.
Голосом легко управлять слабыми, неуверенными в себе и неуравновешенными людьми. Теми, кто напуган, зол, растерян. Теми, кто не знает, как это происходит. И что нужно делать, чтобы избавиться от влияния извне. Не слушать. Не подчиняться. Это просто звуковые волны....
– Отвечай!!!
Дайзери ударил Суона по лицу. От такого маска защитить не могла.
– Кто ты такой?!
– рычал Отрекшийся, нанося удар за ударом. Еще и еще. В какой-то момент он, видимо, решил, что неудобно бить пленника, когда тот так высоко подвешен вниз головой, и вовсе отключил силовое поле браслетов. Кирим полетел на пол и едва не свернул себе шею. Дайзери долго вымещал на нем свою злость, бил со всей силы, куда ни попадя. Принцу даже показалось, что тот не сумеет вовремя остановиться. Что все закончится здесь и сейчас. В этой камере.
Но Бешеный вдруг застыл с занесенной для удара ногой, весь скукожился и заскулил, как побитая собака. Потом он рухнул возле окровавленного, изломанного тела своего пленника на колени и, трясясь, начал Исцеление. Даже пальцы отрастил - все три.
– Завтра летим на Алдан!
– прошипел он Принцу в ухо на прощание и ушел, а Кирима еще долго рвало потом желчью - в желудке уже давным-давно ничего не было. Пальцы, которые Отрекшийся вернул на место, хотелось теперь уже самому себе отрезать. Или хотя бы отгрызть. От вмешательства Дайзери, от его мерзких ледяных прикосновений, Кирим чувствовал себя чудовищно грязным... оскверненным.
Некоторое время спустя появились Лысый и Рогатый. Они принесли еду и воду. Издеваться в этот раз не стали - вытащили из пола прерыватель и пропихнули поднос и бутылку в образованную им дыру в энергетическом поле. И молча ушли.
Пить хотелось зверски, но часть воды Кирим потратил на то, чтобы умыться и ополоснуть руки. От одной мысли о том, что к нему прикасалась такая тварь, как Отрекшийся, его снова затошнило. Но он заставил себя прополоскать рот и медленно съесть густой наваристый суп-пюре, а потом и сладкую кашу с орехами и фруктами. Запил свою трапезу остатками воды и забился в угол камеры.