Дайлети. Принц
Шрифт:
– И я пошел. В первых рядах. Как и полагается хорошему командиру.
– Помогло?
– Да. По этому поводу мне кошмары больше не снились.
– А по другим?
– Не чаще, чем любому нормальному человеку.
– Принц пожал плечами.
– Людям с неустойчивой психикой в разведке делать нечего!
– Первые ночи на Мирралине тебе тоже снились очень плохие сны, - напомнил ему Король.
– Мне Рохосы докладывали, что ты кричал во сне....
– Вам не кажется, что, в сложившейся ситуации, это довольно нормальная реакция?
– желчно поинтересовался
– Да, от Росаны я то же самое услышал, - согласился Король.
– Еще она сказала, что надо дать тебе время привыкнуть к новым обстоятельствам и принять их. Уверяла меня, что ты сам прекрасно справишься со стрессом.
– Интересно, почему она была так в этом уверена?
– вначале Кириму самому так не казалось.
– Потому что ты не убивался по поводу того, что с тобой случилось. А постарался приспособиться к изменившимся обстоятельствам и придумать, как жить дальше. Принял новые условия игры.
– А что мне оставалось делать?
– Кирим сердито дернул плечами.
– Надеюсь, Вы и конфедератов прижмете по полной, и они согласятся подписать договор на выдвинутых нами и СНМ условиях.
– Ты о запрете рабства?
– В первую очередь.
– Ты в курсе, что в ответ они требуют, чтобы Дайлети не пересекали границ подконтрольных Чистым территорий?
– поинтересовался у наследника Король.
– Да пусть подавятся! Хотя обычных людей, лишенных помощи Единых, мне бесконечно жаль!
В тех мирах, где народ Кирима жил бок о бок с людьми, не знали неизлечимых болезней. Там не было калек. Почти не рождались дети с отклонениями. Но если такое все же случалось, достаточно было обратиться в Центральную клинику, где обязательно работал, по крайней мере, один представитель народа Дайлети. Достаточно было записаться на прием и через несколько минут унести из кабинета здоровое дитя. Кирим знал, что на многих планетах Единые работают в клиниках по очереди, сменяя друг друга. В других службах, как правило тоже. Спасатели.... Эксперты полиции.... Исследователи.... Разведчик среди Дайлети был только один.
А еще Содружеству не грозило перенаселение. Единые с Природой могли безошибочно определять пригодные для жизни миры и, что самое главное, выводить к ним через подпространство корабли без использования навигационных компьютеров, что при первом визите было чрезвычайно важно. Потому что навигационному компьютеру было мало знать точку А и точку В, важен был и сам маршрут, который система не могла проложить через незнакомый и неисследованный космос.
В Конфедерации на исследования космоса тратили уйму денег и времени, и часто результатом становились такие планеты, как Урумай - равноудаленные от центральных миров той и другой стороны, лежащие вдали от основных путей и малопригодные для жизни.
Содружество заняло Урумай уже через три недели после взрыва верфи. Туда отправили медиков и... Дайлети. Добровольцев набралось много. Но недостаточно, чтобы помочь всем. Кир Асаи тоже был среди них. Помнится, Раев посмотрел на командира "Вайрес" как-то странно, когда тот пришел с просьбой предоставить ему отпуск на четырнадцать дней. Но отпустил.
Кир очень волновался перед первой встречей со своим народом со времени Изгнания. Нет, он и раньше пересекался с Едиными в Содружестве, но это были просто мимолетные встречи на улицах. А теперь ему предстояло с ними работать. И он не знал, примут ли его.
Дайлети видели его тусклый Знак. Чувствовали его оборванные связи с родными. Ощущали пустоту там, откуда старейшие вырвали воспоминания. Но не отстранялись. Не обходили его стороной. Работали с ним бок о бок. Держали его за руки, когда Единые все вместе пытались очистить планету от той гадости, что на нее сливали десятилетиями. Никто не ждал, что у них получится справиться с большим объемом сразу. Но не попробовать они не могли.
И коситься на Кира стали только после того, как поняли, какой силой он обладает. Когда догадались, что родители молодого изгнанника давно носят Белые Плащи. Если не оба, то, по крайней мере, кто-то один. Что, несмотря на ценность Кира для всего народа, путь ему на Дай-Санай был закрыт. Единые удивлялись. Качали головами. И... сочувствовали. Это было тяжелее всего. Вынести сочувствие.
– Знаете, я, ввиду своей специфической профессии, посетил больше чужих миров, чем своих, но для того, чтобы почувствовать разницу, этого было достаточно, - Кирим усилием воли заставил воспоминания об Урумае отступить в те глубины памяти, откуда он их извлек.
В Содружестве далеко не все планеты были так благополучны и богаты, как Семь Миров. Но к большинству из них вполне подходило определение "бедненько, но чистенько". Там, в отличие от Конфедерации, не было таких районов, в которые не залетали бы полицейские патрули - потому что боялись; или посещение которых чужаками было чревато, как минимум, ограблением, а по максимуму - непременным и жестоким убийством. И пусть люди не везде могли позволить себе дорогие привозные продукты, но повального голода на планетах Содружества не было, а бездомные дети, оборванные и голодные, не шатались стаями по космопорту, в надежде разжиться съедобным кусочком или предложить себя в уплату за возможность улететь с планеты.
Впрочем, равнять всех конфедератов под одну гребенку было нельзя. Кирим помнил Мион, Туаран, Цилокис. Там губернаторы хоть и правили железной рукой, но зато их миры могли похвастаться хорошей экологией, стабильной экономикой и низкой для Чистых плотностью населения. Велика ли беда в том, что за неправильную организацию утилизации отходов предприятия, к примеру, его руководителя в этих же отходах и топили?
С губернатором Миона Киру пришлось столкнуться лично. Он помнил, как его, Вьюгу и Оползня, окровавленных и обожженных, втолкнули в кабинет господина Ньютари. Тот бросил на Асаи один единственный взгляд и спросил: