Давным-давно
Шрифт:
– Ладно, пусть они пойдут в доход государства. Не та сумма, из-за которой нужно переживать, – зло бросил Нижегородов.
После завершения проверки пассажиров и их личных вещей всем разрешили выйти из самолета, но предупредили, чтобы от лайнера далеко не отходили. И добавили: «Лайнер отставших ждать не будет». Однако небольшая группа «дембелей» из Средней Азии, забрав свои вещи и помахав руками оставшимся пассажирам, потянулась в сторону аэропорта. Разведчики по старой привычке осмотрелись и оценили здешний пейзаж. Да, здесь природа мало чем отличается от той местности, где они воевали. Те же горы, та же бедная растительность, то же жаркое солнце, – такие выводы сделали разведчики.
Вдали
– Мужики, опять летим в Афган!
Народ вздрогнул, все приникли к иллюминаторам, рассмотрели что к чему и успокоились. Разведчиков после бессонной ночи стало укачивать и клонить ко сну. Да оно и лучше, время во сне быстрее пройдет. Проснулись от скрежета выпускаемых шасси. А внизу трава зеленая, кругом леса и ухоженные поля. На душе стало радостно и одновременно появилась какая-то тревога, – но радости было настолько много, что тревога сама по себе исчезла. Прошло немного времени, и внизу показался город, который тут же исчез под крылом быстро снижающегося самолета. Самолет приземлился на военный аэродром недалеко от Орши: на тот самый аэродром, из которого три года назад одна из аэродромных группировок дивизии улетала в Афганистан. Солдаты не спеша, с волнением, стали выходить из самолета. Многие из «дембелей» (может, десантников, а может, и пехотинцев), немного дурачась, как настоящие артисты, становились на колени, – а другие ложились и обнимали родную землю. Со стороны все это выглядело трогательно.
– Как долетели? – услышали разведчики родной голос старшины. Бойцы повернулись в сторону голоса и устремились к старшине, а он стоял с улыбкой на лице и широко распростертыми руками, которые были готовы обнять каждого из солдат. Хотя со дня отлета старшины из Афгана прошло менее месяца, встреча все равно была радостной и интересной. Каждый по очереди подходил к Андрейчуку, и старшина для каждого находил теплое слово. После небольшого перекура, махнув рукой оставшимся около самолета пассажирам, разведчики загрузились в машину, которая направилась в сторону Витебска. По дороге некоторые от радости даже пытались запеть какую-то песню, но запевал никто не поддержал. Через пару часов езды (без сопровождения и не держа оружие на изготовку, как в Афганистане!) разведчики подъехали к расположению роты. Здесь раньше из них никто не был, ведь улетали они в Афганистан позднее старшины, из разных дивизий, и только военная служба свела их в это подразделение.
Парни не хотели задерживаться в Витебске, все горели желанием быстрее увидеть родных и знакомых. Старшине тоже хотелось быстрее отправить солдат к родным. Поэтому переодевание гвардейцев в парадную форму проходило организованно, без суеты. Старшина строго осмотрел каждого, а затем сделал несколько шагов назад и, любуясь ими, сказал:
– Вы у меня самые-самые лучшие и красивые парни. Да и награды, которые у вас на груди, вами честно заслужены.
Все почувствовали, что эти слова даются ему нелегко, и он вот-вот может разрыдаться, и чтобы как-то разрядить обстановку, сменили тему разговора. Все разведчики были благодарны старшине за отеческую заботу, которую он им оказывал в Афганистане. Такого старшину поискать!
А вечером с железнодорожного вокзала, кто на юг, а кто на запад, боевые друзья разъехались по родным весям. И только более чем через 15 лет ветераны-афганцы вновь встретятся, но только уже в Москве, около памятника Жукову.
Крещение
Около штаба дивизии утром, после построения офицеров и небольшого объявления, всегда многолюдно. Одни после команды «Товарищи офицеры, прошу разойтись по рабочим местам» продолжают обсуждать новости, которые объявили на построении, а другие молча идут в штаб на свои рабочие места. В это время к одной группе офицеров штаба дивизии подошел командир дивизионных разведчиков Ленцов. Он остановился рядом с начальником кадровой службы Тавтыном.
– Здравия желаю, товарищ подполковник, – обратился к нему разведчик. – Вы часом не видели начальника разведки?
– Видел, он сейчас у Петрякова, и, судя по разговору, речь шла о какой-то предстоящей операции. Ленцов, ну как я тебе в роту подобрал замполита? Как его фамилия? Уже из головы выветрилось!
– Скорняков, товарищ подполковник.
– Вот-вот, Скорняков. И как он тебе?
– Пока еще никак. Он в роте полдня, присматриваемся. Первое впечатление хорошее. Извините, вижу начальника разведки, я пойду.
Начальником разведки был я. Я тоже увидел ротного, остановился и, когда тот подошел, поздоровался с ним за руку.
– Рота готовится к операции? – спросил я ротного.
– Конечно. Взводные вовсю на макете местности разыгрывают предстоящие баталии.
– Это хорошо, что усиленно готовятся. Ну, а ты ко мне по делу или в другие службы решил заглянуть?
– Сначала к вам, а потом к вооруженцам.
– Какой вопрос с Зинатулиным хочешь решить?
– Два автомата надо заменить.
– Что с ними?
– В прикладах нет устойчивости. Я-то к вам вот по какому вопросу. Вчера в роту прибыл новый замполит. Училище окончил с отличием, имеет парашютные прыжки. Но самое главное: как узнал, что рота уходит на боевые действия, как банный лист пристал: «Я тоже вместе с ротой хочу на войну». Вот я и зашел к вам, чтобы посоветоваться, как быть с замполитом?
– Саша, вопрос сам по себе интересный, но есть одно «но». Он кроме выстрелов на учебном поле настоящей стрельбы не слышал и не видел. Его порыв понятен. Как комиссар он хочет вести в бой солдат, да еще впереди на лихом коне. Но совсем не представляет этот бой. Давай поступим так: делай свои дела в штабе, а позднее, когда я приду в роту, мы и решим, как быть с замполитом… Вот, чуть было не забыл, – спохватился я. – Сегодня утром начальник связи обещал выделить для роты несколько очень новых, модных и надежных аккумуляторов для радиостанций. Отправь Тютвина в батальон связи. Они нам завтра и пригодятся.
Все начальники служб дивизии дружили с разведчиками, и если появлялись какие-нибудь новинки, то они в первую очередь попадали к разведчикам. Особенно разведчикам благоволил начальник автослужбы дивизии подполковник Шебеко. Он называл командира взвода разведки Богатикова своим младшим братом за то, что разведчики когда-то выручили тыловую колонну, которая, проходя через кишлак, угодила в засаду. Старшим этой колонны и был Шебеко. Вот с тех пор и завязалась дружба. Все лучшее сначала разведчикам, – а потом войскам. Это, наверное, и правильно!
В это время кто-то громко меня окликнул.
– Скрынников, зайди к оперативному дежурному, тебе звонят со штаба армии.
– Ладно, Саша, встретимся в роте, – сказал я и пошел в сторону штаба.
В комнате оперативного дежурного Проскуряков протянул мне телефонную трубку со словами: «На проводе генерал Дунец».
– Здравия желаю, у аппарата Скрынников.
– Как идет подготовка к операции?
– Полным ходом, товарищ генерал.
– Операция будет проходить по тому плану, который ты мне накануне докладывал или есть изменения?