Давным давно была...
Шрифт:
Здесь у реки с Серёжкиной мамой случилась истерика. После этого Сергея как будто отпустило что-то тревожившее, и он стал прежним — шебутным парнем, только он стал носить эту красную ткань на груди, как пионерский галстук. Мама предложила ему свой пионерский галстук, у нее он тоже хранился, но Серега отказался.
В пятницу, 7 мая, в школу № 9 пригласили для выступления ветерана Великой Отечественной войны. Учащиеся 7–9 классов собрались в актовом зале. Ребята надеялись увидеть старичка,
— Дорогие ребята! — начала Ольга Юрьевна, директор школы. — Хочу представить вам замечательного человека, редкой судьбы. Александру Семеновичу Кошелеву во время войны было столько же лет, сколько вам сейчас. Он награждён одним орденом и тремя медалями, но не носит их, говорит, что стесняется. Поприветствуем его и попросим рассказать о самом запомнившемся эпизоде войны!
Когда смолкли аплодисменты, смущенный Александр Семенович попросил:
— Ребята, честно говоря, я не знаю о чём вам рассказать. Давайте так: вы задаёте вопрос, можно написать записку, если стесняетесь, а я буду отвечать. Ну, спрашивайте!
Возникла неловкая молчаливая пауза… Подняла руку одна девочка:
— Александр Семенович, а какой у Вас орден и за что его Вам дали?
— Орден «Красной звезды» я получил…
Обычный семиклассник Серёжка Парнов сидел на предпоследнем ряду, закрыв глаза потирал внезапно разболевшийся шрам чуть выше левого виска и слушал…
Он никак не мог поверить, что такое бывает…
— И мы пообещали друг другу встретиться. Так и сказали, что обязательно встретимся. — С грустной улыбкой сказал Александр Семёнович, показывая самодельный складной нож.
— Говорят, что ножи не дарят, что это — к беде, надо заплатить, хоть копеечку, но у меня не было и копеечки. А я в школе был знаменосцем пионерской дружины… Я Сережке, когда его увозили в тыл, отдал свой галстук…
В огромной степени мне повезло, ведь из тех, кто начал воевать в 1941 году до победы дожил только один из тысячи…
Странно, но в актовом зале была очень тихо. Было слышно, как между оконными рамами жужжат проснувшиеся мухи.
— Александр Семёнович! — нарушила тишину какая-то девочка. — Вы с этим мальчиком — Серёжей, встретились после войны?
Все разом зашумели и вновь затихли, когда ветеран продолжил.
— Я искал его очень долго… Можно сказать — всю свою жизнь. Я не просто так приехал в ваш город. Это его родной город. Да и у вас находится Центральный военный архив… Серёжка … Я ведь и фамилии его не знал. Он конечно говорил, там в милиции, но её забыли.
— Круто! Я бы тоже сумел… — заявил один мальчишка.
— Как же, смог бы… — передразнил его другой. — Ты от вида своей крови, помнишь, когда из вены брали, в обморок упал! Ты бы там настрелял!
Вновь поднялся шум.
— Тише, тише, ребята! — успокаивала всех классный руководитель.
— А потом Серёжка совершил ещё один подвиг… Он сумел пробраться в немецкий штаб и добыть секретные документы… Но документы оказались не те, и это была не вина Серёжки … И тогда Серёжка посоветовал захватить полковника, предложив себя в роли приманки. Кто же не остановится, увидев пойманным своего обидчика? Всё прошло здорово, если бы не адъютант полковника, который, видимо, получил приказ в случае опасности убить своего командира… И Серёжка прикрыл собой от выстрела ценного "языка". Думали, что он умрет, но Серёжка выжил, попал в Калининское суворовское училище — сейчас это город Тверь, — голос Александра Семеновича зазвенел, окреп и опять стал тише. — Из суворовского училища убежал на фронт. И опять его след потерялся… И вот сегодня я узнал, что он… — ветеран сглотнул подступивший к горлу комок. — Что он погиб 21 июня 1944 года…
И в этой тишине раздалось:
— Сергей! — стыдя, произнесла классный руководитель 7-го «Б» Елена Ивановна. — Как ты можешь спать, когда рассказывают о войне, о гибели боевых товарищей! А ещё рваную красную тряпку, как галстук, на шее нацепил! Тоже мне — пионер!
Серёжка от неожиданности вскочил с места. Все обернулись в его сторону… Александр Семёнович, посмотрев на Серёжку, стал лихорадочно теребить воротник рубаха, резко дернул его… посыпались пуговицы…
«Скорая» увезла ветерана в больницу с подозрением на инфаркт, сердце Александра Семёновича не выдержало такого испытания, а Серёгу стыдили, пилили, прорабатывали, и вызвали на субботу родителей. А Серега был в ступоре… он просто не понимал, что произошло…
В субботу продолжили пилить, скоблить, стыдить… вспомнили про переходный возраст, гормональные взрывы, перепады настроения… посоветовали обратиться к хорошему психологу и, на всякий случай, показать психиатру, что мама Сережки обещала сделать. А Серега стал ждать выздоровления Александра Семеновича… Сашки…