Давно пропавший

Моррелл Дэвид

Джейсон.

Услышав за собой быстрое шлепанье чьих-то ног, я резко обернулся. Но это был не Пити, а неизвестно откуда взявшаяся перепуганная собака. Не обратив на меня внимания, она побежала вдоль ручья.

В воздухе опять запахло гарью. Огонь подбирался и сюда.

Я побежал по следам. Дорогу преградило упавшее дерево. Поднырнув под него, я выпрямился, и тут же что-то тяжелое ударило мне прямо по лбу.

Удар откинул меня назад. По лицу потекла кровь. Я старался сфокусировать взгляд, но перед

глазами стояла пелена.

Неожиданно я увидел бешеные от наркотиков глаза. Надо мной стояла Кейт, занося над головой ветку, больше похожую на дубину. Джейсон прятался за матерью.

– Не надо, Кейт, – едва смог сказать я. – Не делай этого...

– Ублюдок!

Я едва успел защититься правой рукой от удара. Дубина угодила пониже локтя. Боль была такая, что я решил – кость сломана.

Пистолет упал в грязь.

– Кейт! Это действительно я, Брэд, твой муж!

– Брэд?! – завизжала Кейт и ударила еще раз.

Я еле успел отскочить в сторону. Дубина подняла столб водяных брызг. Кейт снова замахнулась, потом неожиданно вскрикнула и уставилась на что-то позади меня.

Я обернулся.

Из-за дерева, перегородившего тропинку, выглядывал Пити. Его волосы и борода обгорели. Рубаха почернела от дыма. Из левого плеча струилась кровь. Очевидно, мой последний выстрел попал в цель.

Пити положил дробовик на ствол дерева и навел его на меня.

Джейсон начал отступать назад.

– Ни шагу больше, сынок, – велел ему Пити.

Я лежал спиной в воде. Правая рука не двигалась – вероятно, Кейт все-таки сломала ее. Левая, раненая, страшно болела, однако шевелиться я мог, и, обливаясь холодным потом, потянулся к ножу на поясе.

Джейсон все еще пятился назад.

– Слушайся отца, – произнес Пити. – Остановись. Джейсон раскрыл рот в немом крике.

А потом закричал Пити – я перекатился под дерево и всадил нож ему в бедро. Он отшатнулся, но успел выстрелить.

Заряд прошел над моей головой.

Нет!..

Испугавшись, что дробь задела Кейт или Джейсона, я снова вонзил нож в бедро Пити. Меня окатило кровью; остервенев, я всадил лезвие брату в бок.

В ответ он ударил прикладом, угодив по раненому плечу. Я чуть не потерял сознание, но сумел всем весом навалиться ему на ноги, и мы вместе упали в ручей.

Я взобрался на Пити и хотел ударить ножом в лицо, однако он спихнул меня и вцепился в горло с такой силой, что едва не сломал гортань.

К нам уже подобрался дым. Огонь трещал совсем близко. Я ударил Пити ножом в раненое плечо. Он оттолкнул меня, перевернулся и оказался рядом с упавшим дробовиком. Схватив его, передернул затвор и нажал на спуск.

Я отшатнулся, ожидая, что моя грудь сейчас разорвется на части, но курок лишь сухо щелкнул.

Кончились патроны.

Зарычав, Пити замахнулся дробовиком,

как дубиной. Все-таки он слишком ослабел от потери крови и не сумел ударить как следует – приклад лишь скользнул по моей ноге. Я попытался ткнуть его ножом, однако левая рука совсем перестала слушаться, и ничего не вышло.

В грязь между мной и Пити ударила пуля.

Мы разом обернулись.

В нескольких шагах от нас стояла Кейт. Покачиваясь на непослушных ногах, она двумя руками держала мой пистолет.

Моя жена изо всех сил старалась контролировать себя: я понял, что, несмотря на тяжелые испытания, в какой-то части мозга у нее сохранилось достаточно света, чтобы сделать попытку оценить происходящее.

Кейт ничего не знала об оружии, но ей достаточно было просто навести ствол и спустить курок.

Однако наркотики сделали свое дело, и один раз она уже промахнулась даже со столь малого расстояния. Вероятно, сейчас остатки ее разума смущали двойные образы, повторяющиеся в кошмарах, – два Пити, два Брэда.

– Помоги, – простонал Пити. – Я пришел спасти вас. Убей его!

Кейт заколебалась, потом навела на меня пистолет.

– Прошу тебя, Кейт, не надо, – попросил я.

Палец на спусковом крючке напрягся.

– Убей его, – повторил Пити.

– Я люблю тебя, Кейт.

– Я твой муж. Делай, что я говорю, – произнес Пити.

Она повернулась к Пити и выстрелила ему в лицо.

Шагнув вперед, Кейт выпустила еще одну пулю, но промахнулась. Подошла ближе, остановилась прямо над ним – и выстрелила ему в грудь.

Следующая пуля разорвала горло Пити. Кейт не целилась. С расстояния слишком малого, чтобы не попасть, она стреляла и стреляла, и пули превращали в кровавое месиво плечи, колени, пах, сотрясали уже безжизненное тело до тех пор, пока в обойме не кончились патроны.

По лицу Кейт текли слезы.

Я умудрился встать.

Но как только я подошел к своей жене и хотел обнять ее, она в страхе отпрянула. Потом подняла пистолет и нажала на курок.

Если бы остался хоть один патрон, она убила бы и меня – за компанию с Пити.

– Все хорошо, – сказал я как можно спокойнее. – Ты и Джейсон в безопасности. Я не собираюсь обижать вас.

Но темная ярость в глазах Кейт говорила о том, что она не верит моим словам.

– Никто вас не тронет, – сказал я ласково. – Разреши помочь вам. Пожалуйста.

За спиной я почувствовал сильный жар. Услышал треск и гул огня.

– Мы должны уходить отсюда.

Я шагнул вперед. Кейт бросилась в сторону.

– Джейсон? – спросил я. – Где Джейсон? Господи, он не ранен?

Я заглянул под дерево, возле которого в последний раз видел Джейсона, а Кейт рванулась мимо меня. Я бросился за ней, боясь, что сейчас увижу бездыханное тело сына.