Давай навсегда...

Смит Анна

– Привет.
– сказал Дан, широко улыбаясь. Я пропустила его внутрь, не говоря ни слова.
– Лин, что с тобой?

Я продолжала молчать, хотя мне хотелось расхохотаться от всего сердца. Ну почему он такой милый?

– Ангелин, ты в порядке?
– Даня встал напротив меня и схватил за плечи.
– Что происходит?

И я не выдержала:

– Как день прошел? Наверное, загружен очень был, да?

Почувствовала как Дан выдохнул. Нет, вот и зачем я так? Поняла, что веду себя как ребенок.

–

Не обращай внимания, кушать будешь?
– я прошмыгнула мимо него на кухню и включила свет. Знала, что мужчина идет следом. Когда обернулась, то увидела на его лице радостную улыбку.

– С чего это такая покорность?
– спросил он, усаживаясь за стол. Поставила перед ним тарелку с горячим и салат, пока он ел, налила чай.
– Ты сама почему не ешь? Кстати, очень вкусно.

– Спасибо. Я уже покушала.
– соврала я. Ну что поделать, если аппетита нет совсем.

– Я не видел. Ешь давай.
– он подвинул мне свою тарелку.

Разобравшись с тем, кто, что должен съесть, мы уселись перед телевизором. Я на одном краю дивана, Дан - на другом. Постоянно чувствовала на себе его взгляд, но никак не реагировала на это.

– Ты останешься сегодня?
– спросила я, подавив очередной зевок, спать хотелось страшно.

Дан посмотрел мне в глаза и пару секунд молчал, а потом произнес:

– Да.

Я надеялась на этот ответ, поэтому, услышав его, тут же радостно улыбнулась. Хорошая штука жизнь. Мужчина придвинулся ближе и приобнял меня за плечи. Я чуть откинула голову назад, чтобы видеть его глаза, но наткнулась на губы. Мне вновь нестерпимо захотелось их поцеловать...

– Я хочу чаю.
– вдруг вырвалось у меня. В панике я отодвинулась на свое место и посмотрела на Дана. Он улыбнулся краешком губ и поднялся.

– Я принесу.

Как только он вышел, мне тут же захотелось дать себе по лбу. Он же хотел тебя поцеловать, сам! А ты? Сама мечтаешь об этом и сама же все портишь!

Дан вернулся через пару минут с двумя чашками чая и блюдцем с печеньками. Странно, у меня дома не было печенья.

– Это я сегодня купил.
– словно прочитав мои мысли, ответил он.

– Ух, спасибо.
– ответила я, провожая его глазами. Мужчина сел рядом со мной и пальцем указал на щеку:

– "Спасибо" не отделаешься, с тебя поцелуй.

Я пару секунд непонимающе смотрела на него, а потом медленно приблизилась к его лицу. Только мои губы должны были коснуться его щеки, как он резко повернул голову и наши губы встретились. По моему телу словно пустили разряд тока. Даня обхватил мое лицо ладонями и притянул ближе к себе. Я несмело провела рукой по его плечам, а потом обняла за шею. Целоваться с ним, когда он в твердом уме, а не под действием алкоголя, гораздо приятнее, нежели по пьяни.

Для меня были не свойственны

чувства, которые я начала испытывать с Даном. Я привыкла все контролировать в своей жизни, но когда он рядом, мне хочется наплевать на все предрассудки и просто жить. Например, мне постоянно хочется улыбаться, говорить ему, какой он милый, целовать его хочется, обнимать. Если это не любовь, то что это?

Мы отстранились друг от друга почти одновременно. Дан провел пальцами по моей щеке и опустил руку. Я открыла для себя еще одно чувство: мне нравилось, когда он касался моей кожи.

Даниил захватил с собой пару вещей, и, сходив по очереди в душ, мы снова устроились на моей кровати. Сегодня мы больше не целовались, вопреки моим желаниям, а только разговаривали. До самой поздней ночи мы узнавали друг друга, делились своими воспоминаниями, мыслями. Обсуждали все, начиная с любимой музыки и заканчивая городами, куда бы хотели съездить. Теперь я видела в глазах Дана что-то большее, чем простая влюбленность, я видела в них отражение своих чувств".

Глава 5

– Мы знаем, - дрогнувшим голосом ответила мама на мое признание. Я в недоумении посмотрела на нее, и она тут же кинулась мне на шею. Рыдания сотрясали ее.
– Я прочла это в твоем дневнике. Прости меня, пожалуйста, но я не могла поступить по-другому. Мы чуть не потеряли тебя. Когда я узнала об этом... я так сильно возненавидела Дана, что не смогла тебе ни в чем признаться.

– То есть, вы все это время знали, а сейчас пустили этого человека в дом?
– переспросила я, поглаживая маму по спине.

– Да...
– ответил за нее Вадим.
– Когда Дан впервые пришел пару дней назад, я не сдержался и ударил его, но он смог нам все объяснить...

Я бросила быстрый взгляд на Дана и только тут заметила ссадины на его брови и губе.

– Я не хочу ничего слушать. Пусть он уйдет, пожалуйста.

– Ангелина...
– начал Даниил, но я закрыла глаза и ровным голосом повторила:

– Уйди, пожалуйста.

Он бросил на меня последний взгляд и быстрым шагом вышел из комнаты. Через пару секунд хлопнула дверь.

– Ангел, прости меня! Прости нас, что мы скрывали от тебя все это. Но нам...
– мама продолжала плакать. Я обняла ее сильнее и закончила:

– ...тоже было тяжело. Это вы простите меня, я... столько страданий принесла вам, столько боли.

Мы втроем обнялись и сидели вот так, пока мышцы рук и ног не начали болеть. И даже потом мы продолжали опираться друг на друга, безмолвно ища поддержки.