Дары Света
Шрифт:
– Останься со мной до конца, - сказал он непонятную фразу, которая могла означать, что угодно, но я кивнула, не желая уточнять ее смысл.
– Да, - произнесла я, - до конца.
– Моя Айли, - внезапно севшим голосом ответил мой лорд, и толпа вдруг снова заревела.
Обернувшись, мы обнаружили, что стали центром всеобщего внимания. Люди определили, где стоит маг и подтянулись поближе. Только сейчас до меня дошло, что вокруг нас воцарилась любопытствующая тишина, прерванная моим ответом.
– Ормондт, -
– За Ормондта и Айлин, - заорал вездесущий толстяк.
Совершенно пьяная улица подхватила клич. Похоже, им уже было все равно за кого пить. Ормондт расхохотался и запустил самую последнюю надпись: 'Даллен - лучший город на свете'. После этого мой лорд стал всенародным любимцем. Уйти получилось только при помощи магии. Пока не отвели глаза горожанам, нам все тянули и тянули стаканчики с вином. Лично я уже не держалась на ногах, и Ормондт просто вынес меня из шумной толпы.
Было так хорошо, что уже даже плохо. Почувствовав подступающую тошноту, я призвала источник, очищая кровь и проясняя голову. Глядя на Ормондта, я заметила, что он делает то же самое. До гостиницы мы добрались в том состоянии, в котором вышли из ресторации. Почему-то отрезвлять себя до конца совсем не хотелось. Легкий хмель, бродивший в голове, толкал на безумные поступки. В нашей комнате я буквально толкнула Ормондта в свою постель, уселась сверху и, нацелив палец, сообщила тоном, не терпящим возражений:
– В этой комнате у тебя есть два пути, моя постель или дверь.
– Ого, - усмехнулся мой лорд.
– Это сказала моя скромница?
– Да, - все так же деловито кивнула я.
– На кресле ты спать не будешь.
Он вдруг заразительно расхохотался, а я стремительно покраснела, сообразив, как он мог понять мои слова. Правда, быстро справилась с собой, позволив хмелю взять над собой верх, и начала расстегивать его рубашку. Мой лорд перестал смеяться и смотрел на меня округлившимися глазами.
– В одежде тело не отдыхает, - сообщила я и замолчала, зачарованно глядя на обнажившуюся мужскую грудь.
Руки помимо воли скользнули на гладкую кожу, матово святящуюся в мягком освещении светильника. Я провела по ней вниз, спускаясь к животу, дрогнувшему при приближении моих ладоней. Мой взгляд следовал за руками, на лицо Ормондта я не смотрела. Поддавшись порыву, я нагнулась и поцеловала тело, освобожденное от оков рубашки. Взметнулись руки, схватившие меня за плечи, и меня подняли. Вот теперь я взглянула в глаза моего лорда. Его взгляд слегка замутился, и сквозь приоткрытые губы вырывалось хриплое дыхание.
– Нет, Айли, - глухо сказал Ормондт.
– Так можно зайти слишком далеко, а я не хочу, чтобы утром ты ненавидела себя и меня.
– Ормондт, - внезапно осипшим голосом начала я, но он прервал.
– Не раньше, чем на твоем пальчике появиться мое родовое кольцо, - мой лорд поцеловал
– Пока ты не станешь леди Ронан, мы ограничимся более невинными ласками.
– А я стану леди Ронан?
– кажется, голос совсем перестал меня слушаться.
– Ты уже дала согласие, - его глаза коварно сверкнули, и я вспомнила странный вопрос, заданный мне на той шумной улице.
– Меня не примет общество, - все еще шептала я.
– Тебя принимаю я, - неожиданно жестко ответил Ормондт.
– Я уже тебе говорил об общественном мнении и моем отношении к нему.
– Но Орден...
– Я не расстанусь с тобой, - отчеканил мой лорд.
– Никакая сила не заставит меня сделать это.
– А...
– И я не верну тебе твое согласие.
– Так же чеканно закончил он.
Я несколько мгновений смотрела на него, пытаясь осознать сказанное, затем скрестила руки на груди и ответила:
– И не надо.
– Правда?
– недоверчиво спросил Ормондт, и я поняла, что он приготовился держать долгую оборону.
– Ага, - кивнула я и оказалась зажата между лордом и кроватью.
– Не устаю тобой восхищаться, - прошептал он и захватил мои губы в плен.
Засыпала я в этот раз, лежа на плече Ормондта.
* * *
Когда я вышла из ванной, Ормондт уже вернулся и сидел на диване, закинув ногу на ногу. Он встал при моем появлении, взял за руку и подвел обратно к дивану, усадив на него. Затем достал из кармана темно-синюю бархатную коробочку, открыл ее и достал тонкое колечко с белой стекляшкой, вместо камня. Взял мою руку и надел колечко на палец.
– Это не обручальное, - извиняющимся тоном пояснил Ормондт.
– Знаешь, такая безделушка, которую дарят друг другу влюбленные. Когда соскучишься, дотронься до камешка и на втором кольце он потемнеет, так вроде работает. Я немного поработал над колечком и соединил его со своей аурой. Если вдруг окажешься далеко от меня, я почувствую где ты, и что с тобой.
– Затем посмотрел мне в глаза как-то мрачновато.
– Не знаю, зачем я это сделал. У меня нехорошее предчувствие. Мой дед был прорицателем, иногда и у меня срабатывает. Так вот, с утра меня не отпускает ощущение тревоги. Мне будет легче, если ты будешь под моим контролем.
– Хорошо, - я не стала спорить. Хоть и не верилось, что что-то может испортить этот чудесный день, но если ему так проще, то почему бы и не пойти навстречу?
– Спасибо, - Ормондт поцеловал мою руку, открыл рот, собираясь что-то еще сказать, как вдруг...
– Где эта скотина?!
– раздался рев на лестнице.
Ормондт нахмурился встал и направился к двери.
– Что-то мне подсказывает, что данное высказывание относится непосредственно к нашему неутомимому, - сказал он и открыл дверь.