Дарт Лонгботтом
Шрифт:
Англия, днём раньше.
В кабинете Палпатина не было личных вещей и дорогих безделушек, так милых сердцу любого руководителя высокого ранга, лишь голая функциональность и порядок. Шив посмотрел на дубовую дверь, за которой только что скрылся Малфой, и погрузился в размышления.
У Люциуса появилась интересная идея: наладить поставки продукции с виноградников на восток. Их совместное предприятие успело раскинуть свои представительства по всему миру. И Шив пообещал, что обсудит этот вопрос с Велимиром и узнает
В хранилище Гриндевальда было много артефактов, которые Палпатин без особого сожаления передал славянскому архимагу. Взамен Шив получил от Велимира небольшой сундучок, украшенный серебром и золотом, внутри которого находилось расширенное пространство. Тот также легко расстался с архивом друидов, потому что, как понял бывший ситх, славяне не нашли способов его расшифровать.
Как предполагал Палпатин, в славянских артефактах, украденных Гриндевальдом, была встроена похожая система защиты. Древние маги использовали весьма изощрённый способ шифрования. Если человек не обладающий определённым набором генов брал в руки эти артефакты, то видел лишь их внешнюю оболочку, не содержащую ничего магического. Однако стоило «правильной» капле крови коснуться обложки такой книги, как всё сразу менялось.
Договорившись с Велимиром о новой встрече, Шив заперся в хранилище и приступил к проверке содержимого сундучка. «Пиктская магия древних. Составитель сборника заклинаний: Лавена Пуффендуй», — прочитал он на обложке первой книги проявившееся название и хищно усмехнулся. Стоило ему отложить фолиант в сторону, как буквы на обложке тут же запрыгали, формируя безобидное: «Однолетние и многолетние растения Шотландии».
Продолжая исследовать содержимое сундучка, Шив обнаружил множество интересных книг. Нашлись и утраченные знания о магии пиктов, и методики подготовки боевых друидов, и способы устройства защитных сооружений из растений, и даже несколько книг с важнейшей информацией о развитии таланта прорицания.
Когда защита опознавала кровь потомка истинных друидов, пространные описания свойств растений и животных древности трансформировались в совершенно иные тексты. Любой современный волшебник мог бы руку отдать за обладание такой информацией. В двадцатом веке уже почти не помнили, как защищаться от изощрённых чар и проклятий древности. А то, что друиды творили с растениями, заставило Палпатина восхищённо цокнуть языком. Даже ситхи древности не могли похвастать такой изобретательностью в наказании своих врагов.
Время перевалило за полдень, и Палпатин подумал, что пора заканчивать. Он решил навестить учителя Невилла, чтобы передать сыну портал домой. Попрощавшись с управляющим гномом, Палпатин вышел на улицу. Яркое летнее солнце заставило его прищурить глаза, успевшие привыкнуть к полумраку гномьих подземелий.
Ещё рано утром, когда они с Велимиром встретились в атриуме Международной конфедерации магов, Шив заметил человека, который слишком пристально за ними наблюдал. Это был смуглый невысокий мужчина неопределённого возраста, вероятно, француз или итальянец, и, судя по ауре, —
Неизвестный понял, что его заметили, и неторопливым шагом направился к нему. Подойдя поближе, маг представился с насмешливой улыбкой на французском языке:
— Добрый день, месье Лонгботтом! Меня зовут Кастор Прут.
— И что вам от меня нужно, месье Прут? — спросил Палпатин, переходя на французский и внутренне переключаясь в боевой режим. Теперь внимание этого волшебника казалось ещё более подозрительным.
— Я хочу получить от вас дарственную на родовые виноградники и ключи от хранилища Гриндевальда, — со всё той же дружелюбной улыбкой признался француз.
Брови Палпатина удивлённо поползли на лоб, и он рывком ускорил на порядок течение внутреннего времени.
— С чего вы взяли, что я немедленно отдам вам своё имущество, господин Прут? — спросил Палпатин, демонстрируя удивление и страх.
Самодовольная улыбочка француза стала ещё шире, и тот создал иллюзию комнаты над своей раскрытой ладонью. Было видно: Невилл и учитель мальчика валяются на полу связанными. Кровавые брызги на стенах и потолке впечатлили бы кого угодно, поэтому Шив постарался выглядеть ещё более испуганным.
— Может быть, потому, что ваш сын у меня в плену, месье Лонгботтом? — усмехаясь, сказал француз. — Вы же не хотите лишить ваш род самого ценного — единственного наследника?
— Это ужасно, месье Прут, — сказал Палпатин, постаравшись как можно убедительнее сымитировать отчаяние. — Я хочу лично убедиться, что Невилл жив.
— Хорошо, месье, тогда давайте прогуляемся к дому вашего земляка Адриана Уиттла, — беззаботно пожал плечами француз. — Идёмте со мной.
Палпатин понял, что Прут успел оценить его доступную постороннему взгляду ауру и не увидел для себя угрозы. Шиву не нравилась идея устроить сражение на глазах у магглов, к тому же он не был уверен, действительно ли Невилл находится в доме своего учителя или француз спрятал сына где-то в другом месте.
Они молча зашагали рядом. Прут начал расспрашивать Палпатина о семейных виноградниках, но, видя нежелание собеседника говорить, тоже замолчал. Через десять минут они подошли к нужному дому.
— Прошу, — элегантно взмахнул рукой Прут. — Сразу скажу, ваш наследник спит под воздействием особого зелья. И только от меня зависит, как вы понимаете, сможет ли он очнуться. Поэтому не советую вам пытаться совершить какую-нибудь глупость. Иначе я перестану быть вежливым и милым, месье Лонгботтом, — с угрозой добавил француз.
Войдя в комнату первым, Палпатин сразу заметил Невилла. Тот явно был в порядке, хотя это можно было определить исключительно по ауре. Все внешние признаки жизни отсутствовали, даже лицо было бледным, как у мертвеца.
— Не волнуйтесь вы так, месье Лонгботтом, — неправильно истолковал Прут выражение его лица. — Ваш сын жив, как и его учитель. Просто расколдовать их могу только я один. Всё закончится, когда мы с вами подпишем все документы о передаче имущества. А теперь жду от вас клятву магией и жизнью, будьте так добры, — усмехнулся француз, поигрывая палочкой.