Дарт Лонгботтом
Шрифт:
Через минуту он вышел в «Дырявом Котле», вежливо поздоровался с хозяином и, пройдя в дверь возле стойки, оказался посреди оживлённой волшебной улицы. Косая аллея встретила его шумом, криками уличных лоточников, магическими фейерверками открывшегося магазина братьев Уизли и запахом булочек с корицей из кафе Флориана Фортескью. Решив, что непременно попробует свежих сконов на обратном пути, Шив поспешил в Гринготтс.
Глава 43
Дела судейские
В Гринготтсе Палпатина с оркестром и цветами никто не
Едва услышав его фамилию, гоблин-операционист уважительно поклонился, попросил немного подождать и поспешно умчался вглубь коридоров. Уже через минуту появился давно знакомый Палпатину старый гоблин. Одежда, богато украшенная драгоценными камнями и золотым шитьём, отражала изменившийся статус поверенного.
— Лорд Лонгботтом! — уважительно кивнул гоблин. — Рад видеть вас снова. Чем Гринготтс в моём лице может помочь вам?
— Добрый день, мастер Радикс, — так же серьёзно поздоровался Палпатин, помня про отношение гоблинов к улыбкам. — У меня есть важный разговор к директору Гринготту. Но он не касается моих швейцарских капиталов, — тут же произнёс Шив, заметив в глазах собеседника алчный блеск.
— Но вы всё же подумайте, лорд, — оскалился поверенный. — Гринготтс гораздо ближе коренному англичанину, чем все эти… недогоблины!
— Где бы сейчас был наш мир, если бы не здоровая конкуренция между волшебными финансистами, — с ухмылкой ответил Палпатин. — Но стоит гномам хоть раз поступить неправильно, я, несомненно, рассмотрю идею о переводе капиталов в другой банк. К вам… — сказал Палпатин, уважительно кивнув, но заметив опять нездорово заблестевшие глаза гоблина, продолжил: — Или… к пакваджи!
— Пыррр-фыррр! — Подавился поверенный разрушенными мечтами. — Только не к этим недоразумениям, лорд! Даже гномы лучше, чем они! Пакваджи и так слишком много нахапали золота, украденного из славянской Аляски. Впрочем…
Гоблин-операционист подбежал к своему старшему коллеге и тихо зашептал тому на ухо.
— … директору Гринготту уже доложили о вашем желании встретиться с ним, — повернулся к Палпатину мастер Радикс. — Позвольте, я провожу вас.
Шив с гоблином спустился по коридорам банка и, достигнув прохода в пещерный лабиринт, сел в одну из вагонеток. Гоблин Радикс дёрнул за длинный рычаг, и магический транспорт незамедлительно пришёл в движение. Путешествие в подземельях коротышек не заняло много времени, но Шив ощущал, как на протяжении всего пути его ауру постоянно сканировали разнообразные артефакты.
Волшебное средство передвижения остановилось на широком скальном уступе. Он легко выбрался из вагонетки и через минуту вместе с сопровождающим подошёл к массивной каменной двери кабинета директора банка. Двое охранников в начищенных до блеска кирасах убрали перекрещённые алебарды, тем самым молчаливо давая им возможность пройти.
В просторном кабинете все стены и даже потолок были отделаны блестящими полудрагоценными камнями. Только большой стол,
— Добрый день, лорд Гринготт, — учтиво поздоровался Палпатин.
Гоблин ответил на приветствие и поднялся из-за стола. Подойдя к бывшему ситху, Гринготт протянул ему свою когтистую лапу для пожатия, что было высшим проявлением уважения гоблина по отношению к посетителю-человеку. Шив оценил этот жест, но виду не подал.
После того как волшебные финансисты признали его эксклюзивное право на сокровища Гриндевальда, в глазах гоблинов, гномов и пакваджи Палпатин стал считаться гораздо более влиятельным английским магом, чем Дамблдор или даже Малфой. Гоблины оценивали волшебников по количеству золота и драгоценных камней в их хранилищах, а уже потом по их магической силе и влиянию на общество.
С комфортом расположившись в кресле, Палпатин неспешно обсудил с Гринготтом и Радиксом цены на рынке драгоценных металлов, подарил директору банка великолепный алмаз, привезённый из Африки, и только потом, чётко следуя традициям общения с гоблинским народом, перешёл к интересующему его делу.
— Сегодня я узнал печальную для волшебного мира новость, — тяжело вздохнул Шив. — Умер глава древнейшего и благороднейшего рода Блэк.
— С людьми это постоянно происходит, — ответил Гринготт, безразлично пожимая плечами.
— У меня появилось подозрение, что глава Блэков успел оставить завещание, — вкрадчиво сказал Палпатин. — Вот только у Сириуса не было прямых наследников. Я знаю, что в таких случаях банк отправляет запрос в Министерство Магии, чтобы там отыскали одного из носителей крови рода. Желательно, зрелого волшебника, способного взять на себя ответственность за возрождение исчезнувшей фамилии. Однако в Министерство или Визенгамот никакого запроса из вашего банка не поступало, что очень странно…
Главный гоблин встревожился. Только сейчас до Гринготта дошло, что некогда могущественный род Блэков прекратил своё существование, не оставив после себя ни одного наследника. И пока не отыщется волшебник, в чьих жилах течёт хотя бы капля крови магов этого древнего рода, хранилище Блэков будет заморожено, и вся энергия, текущая из него в пещеры, начнёт бесполезно рассеиваться в пространстве.
«Такие огромные хранилища терять никак нельзя, — с ожесточением подумал Гринготт. — Без золота нет магии. С каждым днём энергии, поддерживающей нас, будет становиться всё меньше, и этот мир вытеснит нас за кромку. Планета забытых богов вернёт гоблинов обратно на Лелеакухонуа, но ведь наш родной мир уже давно необитаем, и мы все погибнем! Не станет золота — навсегда растворится в бездонной пустоте великий народ гоблинов, включая недомерков гномов и гордецов пакваджи. Каждый галлеон — это наша жизнь. Что же теперь делать?!»