Даррелл. Тетралогия
Шрифт:
Вечером этого же дня я при полном содействии Эдвина и нескольких наиболее влиятельных дворян княжества ввел особый режим на территории княжества. Страна, которая и так по факту стояла на военных рельсах, получила официальный документ. Все увеселительные мероприятия, естественно, отменялись, в том числе и коронация. Понятно, что Ивар так или иначе ее проведет, но я хотя бы закрыл ему доступ к государственным деньгам. Пусть устраивает праздник на собственные деньги.
Новость княжича взбесила. По словам доверенных людей, которых Эдвин умудрился прикрепить к Ивару, он поносил меня всеми известными ему ругательствами
Вообще, в текущих условиях, система управления страной: вождь – князь, себя полностью исчерпала. Уверен, в других странах, правители, лишенные такого сдерживающего фактора как Четверо, уже прибрали власть к рукам, но у нас ситуация была уникальна. В прямой конфронтации Ивар ничего не мог мне сделать, иначе давно вызвал бы на дуэль, к тому же меня поддерживала армия, поэтому княжичу приходилось, стиснув зубы, мириться с моим существованием.
Как я и предполагал, Ивар от идеи короновать себя не отказался. В назначенный день в столицу начали съезжаться представители кланов княжества. Хотя, надо отметить приехали далеко не все. Многие дворяне отказались от приглашения по тем или иным причинам.
Тем не менее, народу хватало. Кто-то не хотел ссориться с будущем правителем, кто-то приехал из вежливости, а кто-то надеялся получить место возле Ивара, а то и сосватать ему дочку, породнившись с королевским уже родом.
Забавно, но я тоже получил приглашение на коронацию, причем еще за неделю до ее начала, и даже всерьез обдумывал, что мероприятие это стоит посетить, но в назначенный день, прямо с утра после завтрака меня скрутила жуткая боль.
Началась она настолько быстро и была такой сильной, что я едва не потерял сознание. Мне будто кто-то воткнул кинжал прямо в печень. Упав на пол в спальной комнате, я скрючился в позе эмбриона, и лишь неимоверным усилием воли смог заставить себя обратиться к внутреннему взору – в голове все плыло, и сделать это получилось далеко не с первой попытки.
Глазам открылась страшная картина – в центре желудка я увидел огромное черное пятно, которая как спрут раскинуло в стороны свои щупальца и очень быстро пожирало мое тело. Счет шел на секунды, если эта клякса доберется до сердца или других жизненно важных органов мне конец.
Собрав в кулак остатки сил, я попытался нащупать доступную мне энергию и все, что нашел, обрушил на пятно, выжигая скверну, как паучье гнездо. Удар получился не самым сильным, но хотя бы замедлил продвижение заразы, и совсем немного унял терзающую меня боль. Значит я на верном пути. Еще один поток силы прошел сквозь тело, но опять успех был лишь частичным, а мне тем временем с каждой секундой становилось все хуже.
Раз за разом я прогонял сквозь энергетические каналы тела порции силы, преодолевая боль и желание сдохнуть, прекратив тем самым мучения, но все это лишь оттягивало неизбежное.
Помощь пришла извне. Мое слабеющее сознание вдруг уловило, как кто-то помогает выжигать ту дрянь, что поселилась в животе. Минута, две, три. Чем больше времени проходило, тем легче мне становилось. Свечение тела, что готово было погаснуть в любую секунду, начало разгораться вновь, а черная клякса становилась все меньше и меньше, чтобы наконец полностью исчезнуть в какой-то момент.
Весь
– Надо гаденыша все-таки прибить, – с трудом поднимаясь с пола, проскрипел я.
– Кого? – непонимающе спросил Айвин.
– Ивара, суку. Наверняка это его рук дело. Отравить захотел в день коронации, решил, наверное, двойной праздник себе устроить, урод.
Глава 18
– Ты уверен, что это он?
– Ну а кто еще? Не аппендицит же у меня воспалился. Ивар это. Понять бы только чем он меня так. Я-то наивный рассчитывал, что он убийц подошлет, охрану усилил, а эта мразь через отравление пошел. И что мне теперь вообще ничего не есть?
– Амулет, – тихо произнес Мортен.
– Что? – не расслышал я.
– Есть амулеты, которые могут распознавать яд. Я слышал о таких.
– Хорошая новость. Айвин, задание тебе – отправь людей, пусть перевернут весь город, но такой амулет найдут. Как видишь, он мне жизненно необходим.
– Сделаю, – кивнул мужчина. – Как будешь реагировать на покушение?
– Не знаю еще, – ответил я, – но для Ивара это без последствий точно не останется.
Естественно на коронацию я не пошел. Честно говоря, не видел в этом никакого смысла, для меня Ивар был уже мертв, так что нахрен этикет. А ведь у него едва не получилось. Я, конечно, думал о возможном отравлении, но почему-то был свято уверен, что легко справлюсь с любой напастью. Моя исцеляющая способность раздробленные кости лечила, неужели спасует перед каким-то ядом? Оказалось – спасует.
Не понимаю я Ивара. Зачем убивать человека, который по сути является единственной преградой между тобой и остальным враждебным миром? Что это даст княжичу? Моральное удовлетворение? Пусть недолгую, но полную власть над государством? Не знаю. В любом случае, от этого урода надо избавляться, видимо, топтать землю этого мира может только кто-то один из нас.
Весь день я провел в доме, ожидая пока люди Айвина найдут нужный мне амулет. Северянин, кстати, привлек еще около десяти человек, серьезно усилив мою охрану. К вечеру искомый предмет все-таки был найден, и мне вручили маленькое золотое кольцо с изумрудом в центре оправы.
– Как работает? – спросил я, надевая амулет на палец.
– Если рядом с камнем будет отрава, он потемнеет, – ответил Айвин. – Нам артефактор показывал. Взял кольцо, поднес его к крысиному яду, и камень вместо зеленого стал почти черным.
– Интересно. Ну давай поищем, чем же меня княжич попытался травануть.
Как и предполагалось, амулет среагировал на еду. Я специально после отравления запретил трогать хоть что-то в помещениях, ну и на всякий случай приказал задержать слуг. В доме жила пожилая семейная пара. Женщина отвечала за готовку и чистоту в комнатах, а ее муж работал во дворе, занимался мелким ремонтом и поддержанием здания в приличном состоянии. Честно говоря, мне очень не хотелось верить, что эти два незаметных и очень испуганных человека как-то причастны к покушению на мою жизнь, но исключать этого точно не стоило.