Даррелл. Тетралогия
Шрифт:
Интересно, насколько хуже интерьер в вагонах, предназначенных для обычных людей? Хорошо, если там лежачие места есть, но в такое мне верилось с трудом.
До Миргорода нам предстояло колесить более девяти часов, и если прикинуть, что за это время мы преодолеем расстояние в четыреста километров, то скорость, которую могли развивать поезда не особо впечатляла. С другой стороны, многие жители княжества все еще перемещались между городами на лошадях, так что нам еще повезло и до места назначения мы по современным
Ехать оказалось безумно скучно. Сразу после отбытия Дмитрий завалился спать, а так как других попутчиков в купе не было, то на несколько часов я оказался предоставлен сам себе. Гулять по вагонам показалось дурной затеей, да и смысла в этом особо не было, так что я занялся самым полезным на данный момент занятием — тренировкам с магическим полем.
Лягушка, подаренная Ларионом Ильичом, водрузилась на стол, и уставилась на меня своими нарисованными глазами.
— Ну что земноводное, летать будем? — вздохнул я, и в очередной раз попытался освоить левитацию предметов.
Через час, в течении которого бумажная фигурка совершала хаотичные рывки в разные стороны, я начал злиться. Хорошо хоть Дмитрий на незапланированное перемещение бумажной фигурки не обращал внимания и знай себе посапывал. Еще час потребовался чтобы погасить в себе желание разорвать эту тварь на лоскуты и взять себя в руки. Я будто учился жонглировать, закрыв при этом глаза и привязав одну руку к телу. Подбрасывать предметы у меня уже получалось без особого труда, а вот поймать или удержать в воздухе — нет.
Еще через час мне начало казаться, что в нелегком деле намечается прогресс. По крайней мере лягушка перестала реактивной жабой устремляться в воздух, а, подражая взлетающей птице, рывками поднималась вверх. И тут меня, можно сказать озарило. Ларион Ильич не просто так предложил начать тренировки с бумажной лягушки. Ее задача была помочь сознанию смириться с мыслью, что вещи могут подпрыгивать, вот она и скачет как ужаленная, но мне то сейчас нужно совсем другое.
Не медля ни секунды, я отыскал дневник Даррелла, и, вырвав лист бумаги, собрал самый обычный бумажный самолет. Незатейливая фигурка легла на стол, а через пару неудачных попыток, зависла в воздухе, повинуясь моему желанию.
Глава 7 Новый дом
Мой радостный возглас, наверное, услышали даже в соседнем вагоне. И такое бурное проявление эмоций мне совсем не понравилось. В прошлой жизни я считался довольно сдержанным человеком, а тут был готов чуть ли не прыгать от радости. Контролировать внутренние порывы в юном теле оказалось не самой тривиальной задачей. Гормоны, будь они неладны. И никуда от этого не деться.
— Случилось что-то? — сонно спросил Дмитрий, разбуженный моим радостным воплем.
— Нет, тренируюсь с магией, — успокоил я попутчика, — получаться
— Хорошее дело, — зевнул Горчаков, — не переусердствуй только, а то я помню в детстве даже сознание терял. Ладно, еще похраплю часок, как раз до обеда. Не пугайся, если в дверь постучат — кормят тут отменно.
Дмитрий вновь отвернулся к стенке и практически мгновенно засопел. Хорошее умение — вот так засыпать без долгой подготовки и ворочаний в кровати. Хотя, если вспомнить мои последние годы, то после тяжелого дня я вырубался почти также — только лег и уже спишь.
Работа с магией сжигала огромное количество энергии и к тому моменту, когда улыбчивая девушка принесла в купе большой поднос, заставленный блюдами, я готов был сожрать все что угодно, вплоть до куска сырого мяса. К счастью, такой экзотикой нас потчевать не собирались, и мы вдоволь наелись отлично прожаренной говядиной, сдобренной большим количеством специй.
Пока длилось наше путешествие в столицу, поезд несколько раз останавливался в провинциальных городах, но задерживался там не дольше чем на пару минут, после чего вновь продолжал свое неспешное путешествие.
Низкая скорость и относительно прозрачные стекла позволяли во всей красе наблюдать за жизнью княжества. Природа, не испорченная промышленностью, радовала чистыми, едва ли не девственными лесами, очень часто встречались возделанные поля, где нет-нет, да и виднелись крестьяне.
Как рассказал Горчаков, в княжестве Орловском дворяне владели практически всей землей, на которых жили обычные люди, и, хотя последнее время многие молодые люди предпочитали перебираться в города, старые роды держались за сельское хозяйство и кормились с земли.
Дмитрий говорил о землевладельцах с неким пиететом, а я в это время вспоминал историю своей родины, где больше века назад люди так же цеплялись за старые устои, а потом пришли промышленники, банкиры, торговцы и перевернули все представления о том, кто теперь владеет настоящими богатствами. Если здесь начали массово строиться железные дороги, то помещикам не так уж и долго осталось.
Стук колесных пар убаюкивал, и вскоре я сам не заметил, как задремал, а когда очнулся, то оказалось, что мы уже приехали в Миргород.
К сожалению, насладиться красотами столицы не получилось. Дмитрий сразу после приезда, нашел извозчика, который согласился довести нас до интерната, так что город я практически не видел, зато по достоинству оценил качество дорог. Пока мы катились по брусчатке в потрепанной, скрипящей, как несмазанная дверь, карете, нас почти не трясло, но стоило только выехать на проселок началась форменная пытка. Не удивлюсь, если после поездки у меня появились трещины на зубах — пару раз я так громко щелкал челюстью, что едва не откусил себе язык.